Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 93
Кощей хмыкнул, потом жестом подозвал Демона. И когда тот подошел, попросил себе чаю. То есть разговор подразумевает продолжение.
— Так если карта есть, то я зачем? — спросил он.
— Карта конкретного места. А вот где это место — я без понятия совсем. Вот и пришел уточнить.
— В обмен на…? — подсказал мой собеседник.
— Сговоримся, — пожал я плечами. — Для начала знать неплохо о чем там вообще речь идет.
— Речь идет о том, что когда-то люди помыли золотишко с прииска. Из Желтухина. Со стрельбой взяли, три трупа там было. Наши люди, из русских. Ушли конями, лесом, до самой Гранд-Ривер, там их походу судно должно было ждать. Так вот на судно они не сели, их там всех и положили. И кто это сделал — уже без понятия.
— "Висельники"?
— Могли быть и "висельники", почему нет, — согласился Кощей. — Потом этот Пэт тут появился. Сказал что знает кто золото взял и что сдаст тайник если мы ему вперед заплатим. Меня тут не было, я в Нерчинск ездил, зимником, с ним Захар беседы вел. А потом Пэта завалили, до того как я вернулся. Но вперед по-любому бы платить не стал никто, тут без мазы.
— И много золота?
— Много. Говорят что много. Только мы так и не знаем где оно. Карта, я так понимаю, у тебя такая, что "от церквы направо и до большого дуба", верно?
— Верно, — не стал я отнекиваться.
— А мы где та церква не знаем.
— А Захар с этим Пэтом разговаривал?
— Да разговаривал, но по делу ничего не узнал. Щас позову его.
Разговор с Захаром, высоким жилистым мужиком с полуприкрытым из-за шрама левым глазом, многого не дал. Да, он с Брауном встречался, сам ничего решить не мог, сказал тому ждать когда Кощей вернется, но тот не дождался, и дальше все знают чем история закончилась.
Захар говорил медленно, мне даже показалось что у него это из-за привычки базар фильтровать. Скажет и потом обдумает, так ли сказал и то ли. Может и не так, но впечатление именно такое сложилось. Сам он был из сидевших и ранее, судя по партакам, да и партаков не надо чтобы определить.
Но все же что-то полезное он упомянул. Сложилось у него впечатление, что Пэт из Доусона. По крайней мере если и упоминал он какие-то места, то больше Доусон. По делу не говорил и даже за бутылкой лишнего не выкладывал, но если человек болтлив, то что-то все равно вывалит. Так вот рассказы от него были больше про столицу этой земли — город Доусон.
В общем, к концу разговора Кощей явно к теме интерес потерял. Нет, сидел за столом, вел себя вежливого, потом нам всем еще и по пиву заказал, но тему задвинул куда-то за шкаф в своей голове. Реалист.
А мне в Доусон так и так надо ехать. За товаром, за ценами, как раз с началом навигации, которая как раз на днях и начнется. Лед сошел, паводок тоже на убыль прет, так что скоро пойдут буксиры с шаландами и двинет по Гранд-Ривер "стимбот" "Гордость Доусона" — почти такой, какие раньше по Миссисипи ходили. И вот на него я попасть и планирую.
До прибытия "Гордости Доусона" оставалось порядка десяти дней. За это время мы с Хадсоном дважды сходили на охоту, на разлившееся болото, с подсадной уткой. Утка была лично выращена шерифом, то есть хорошая, горластая и энергичная, так что за пару выходов мы настреляли селезней от души.
С весной спрос на патроны подскочил невероятно, так что я начал всерьез опасаться что останусь без товара. Многие отправлялись из города надолго, на весь сезон, так что запасались. Так что поездка в Доусон становилась уже остро необходимой. Да и оружия взять не помешало бы, ассортимент стволов у меня так себе, откровенно говоря, большая часть — отремонтированный секонд-хэнд.
Билеты купил в маленьком домике на пристани, где, как оказалось, постоянно сидит "пароходный агент" — короткий толстый пройдошистого вида масляный мужик, который не только билеты на "стимбот" реализует, но и фрахтом занимается — найдет тебе и шаланду, и попутный буксир, и все что хочешь.
Затем в город пришел буксир "Манитоба", который взял первый караван шаланд, причем на очень дальний маршрут, куда-то сильно ниже Доусона. Вышли они еще в разгар паводка, как мне кажется, и шли вверх по течению рискую налететь на плавающее бревно или выйти из обычного фарватера и сесть на мель, но риск, похоже, оправдывал себя на все сто — "хвост", как здесь было принято называть эти вереницы шаланд, сформировался сразу. Товара у многих накопилось много. В честь этого в городе была гулянка, потому что открытие навигации здесь за праздник, а "Манитоба" ее точно открыл.
Еще через два дня пришел с угольными шаландами "Энтерпрайз -1", и праздник был уже у Кощея, а заодно и у хозяина угольной горы Пита Быка — огромного как медведь канадца, который ее нашел и удержал за собой. Впрочем, удержать ему помогли, потому что у Пита была своя бригада, тогда человек в десять, а сейчас и сказать трудно во сколько. Потому как публика соответствующая, говорил уже. Сейчас он уголь рубит, а подкинут ему денег — сменит инструмент на дробовик и сделает за что заплатили.
К Кощею на пьянку меня, к удивлению, позвали. Захар днем заехал в магазин, купил несколько коробок патронов 30–30 и 45–70, после чего предложил зайти в "Берег". Хорошо что догадался с вечера предупредить Виталю о том, чтобы меня не ждал с утра, потому что появился в магазине я только после обеда. Помучился, пострадал, после чего попрощался до завтра и ушел сперва к Сули, а потом в ее салун поправлять здоровье.
Улицы начали понемножку подсыхать, пусть и не слишком сильно, но все же риск утонуть сменился максимум риском изгваздаться по уши. Из-за этой грязюки классические высокие сапоги русского покроя стали тут основной обувью, а кто из американцев и прочих поумней, тот еще и носки сменил на портянки. Низкие ботинки стали атрибутом людей ну совсем успешных, таких, кто кроме как в коляске и не перемещался. И творческая мысль начала приближаться к изготовлению такого раритета как калоши, потому что оттереть обувь так, чтобы не натащить грязи в кабак, например, все равно не получалось.
Другое дело, что мысль так и оставалась мыслью, потому что делать калоши было некому и не на чем. Думаю, что уже и секреты калошестроения обществом утрачены давно.
И вот у причала появилась "Гордость Доусона", встречать которую вышла чуть не половина города, включая бордельных таек и филипинок. Длинный трехпалубный пароход с низкими бортами, выпуская клубы черного дыма из высокой черной трубы, шлепая по воде шлицами бортовых колес, подрулил к причалу. Он не был до конца похож на пароходы с Миссисипи, те, что я видел на картинках, а больше напоминал мне пароходы волжские, конца девятнадцатого века, с черно-белых фотографий. Задняя часть нижней палубы была отведена под товар, то есть "Гордость Доусона" был еще и грузо-пассажирским, а передняя считалась "третьим классом", и именно в нем прибыли в город новые поселенцы, решившие попытать счастья в Батлер-Крик. Увидев их, я понял, с какой "финансово-имущественной" форой я начинал здесь свой путь. Простенькие бушлаты, дешевые кирзачи, зеки зеками, у каждого тощая котомка за спиной. Впрочем, зато им не надо чуть не месяц идти через безлюдную глушь, являясь при этом объектом охоты, так что все справедливо.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 93
