Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105
В отличие от своей дамы Михаил отличался невероятным обилием одежды и навешанного поверх нее холодного оружия. Причем жалкие аналоги – разряженные в пух и прах короли, султаны или императоры – меркли на его фоне.
Все описание следовало начинать с ног, которые оказались обутыми в светло-коричневые сапоги из мягкой кожи. Причем на толстой подошве поблескивали серебром оригинальные ритуальные шпоры. Верх сапог резко расширялся возле колена и, распадаясь в стороны, свисал кожаной бахромой с вплетенными золотистыми нитями. Чуть выше сапог просматривались широкие шаровары яркого фиолетового цвета, перехваченные широким, сантиметров пятнадцать в ширину, поясом. Верхняя часть одежды состояла из нескольких частей: белой рубашки с серебряной вышивкой, черного камзола с галунами и прочими изысками фантазии портного и стоячего кружевного воротника. Но все эти верхние детали плохо просматривались из-за поблескивающих нагрудных пластин в виде выпуклой кирасы из двух половинок, шаровых наплечников странной конструкции и перекрещивающих торс во всех направлениях разноцветных ремней. А уж на них и на поясе что только не висело из того самого холодного оружия. Огромный, почему-то расширяющийся к центру лезвия двуручный меч с левой стороны. Богато украшенные ножны скорее являлись просто направляющими для оружия, потому что в середине меч открывался почти полностью. Только кончик утапливался в кожухе, а затем просто защелкивался у основания специальными зажимами. Удобно и красиво, не порежешься случайно. На правом боку – то ли нож, то ли кортик, могущий сойти и за короткий меч. Несколько ножей, скорее всего декоративных, торчали из голенищ сапог, кармашка пояса и чехла, придерживаемые ремнями. На шее красовалась воистину императорская цепь с бриллиантами размером с орех, а пальцы рук скрывались под сплошным слоем колец. Создавалось впечатление, что таким способом Кормильцу удалось вынести все самое ценное из всех исторических музеев мира.
Ну и венчало великолепного красавца немыслимое сооружение в виде сидящей чуть наискосок шляпы, на левой стороне которой уходили вверх на высоту более метра диковинные перья неизвестных земной науке птиц.
Первым опомнился бывший гражданин Советского Союза, а ныне самый знаменитый испанский археолог современности:
– Здравствуйте! Вот так встреча! Миша! Это ты?
– Здоровэнькы булы! – в тон ему ответил довольный произведенным впечатлением улыбающийся парень. – Вроде как я…
– Ё мо-ё! – запричитал Пузин в своей излюбленной манере коренного одессита. – И шоб ты был здоров, а мои глаза не вылезли от жаркого чуйства доброй зависти!
Кажется, и сам Кормилец был немного растерян не только своим видом и ошарашенным вниманием коллег, но и своей интересной, можно даже сказать, пикантной ролью в данном преображении.
Явно перебарывая смущение, он сумел лишь выдавить:
– Нечего мне завидовать. Скоро и сами там побываете…
– Мих! – капризно и властно перебила его Пеотия. – Только если ты будешь себя хорошо вести.
На что огромный, богато и пестро разодетый парень потупился в крайнем смущении:
– Да я и так вроде стараюсь…
Богиня счастливо рассмеялась, словно при виде любимого ребенка:
– Ты и в самом деле прелесть! – затем живо огляделась по сторонам: – А где мои старые друзья?
Броди к тому времени уже продумал массу необходимых слов и постарался уложить их в стройную систему, поэтому затараторил по-русски со скоростью пулемета:
– Уважаемая Пеотия! Ваши друзья сейчас отдыхают после бессонной ночи и практически полного истощения сил. В данный момент на планете назревает волна военных конфликтов и нависла угроза применения ядерного оружия. Помимо этого, вокруг нас орудует огромная банда не то мафии, не то картелей, и этим утром они совершили на нас наглое нападение с применением оружия. Вашим друзьям удалось соорудить силовой купол, который оградил наш лагерь от противника и позволил избежать напрасных жертв с нашей стороны. Полиция, вышедшая нам на помощь, уничтожена все теми же бандитами. В данный момент мы очень нуждаемся в помощи от вас и ваших друзей и поэтому просим уделить нашим бедам хоть толику божественного внимания и могущества. Вам будет вполне достаточно…
Во время этого диалога выражение лица Пеотии очень быстро сменилось со счастливого на раздраженное, а потом и на откровенно злобное, жутко рассерженное. Она отпустила локоть своего партнера по танцам и шагнула вперед с резким криком, отголоски которого достигли каждого уголка в древней пещере:
– Хватит! – и как только наступила полная тишина, с негодованием, обвинительным тоном продолжила: – Да что же тут такое происходит? Неужели все люди превратились окончательно в зверей и готовы без всякой причины перегрызть друг другу глотку? Да зачем мне тогда стараться и защищать такую мерзкую цивилизацию, если ей не найдется места во Вселенной? Кому, я спрашиваю, нужны такие подленькие и глупые людишки? Пусть уж лучше этот Сфинкс устроит повторную стерилизацию мира и даст шанс другим животным получить собственный разум!
Она сделала минимальную паузу для вдоха, но Александр Константинович все-таки успел выкрикнуть единственно верное оправдание:
– Так ведь война может начаться именно по вине этого самого Сфинкса. Это из-за его прилета случилась такая конфронтация!
– Ах, так! – сжала кулачки Пеотия. – Ну я ему… И в следующий момент прекрасной богини не стало.
Почти все присутствующие подавили легкий озноб и наперебой набросились с вопросами на Михаила:
– Куда это она помчалась?
– Где вы были?
– Кто тебя так нарядил?
– Вы и в самом деле танцевали?
– Кормилец, да тебя никак возвели в короли? Только Лариса проявила здравый рассудок и резко хлопнула в ладоши, прекращая базар:
– Тише! Ведь им просто жизненно необходимо выспаться, а вы как на ярмарке! Неужели нельзя задавать вопросы по очереди? Совсем парня из колеи выбили.
– Разве у него колея? – Пузин с почтением истинного профессионала и с дрожью вынул меч из инкрустированных бриллиантами ножен, приговаривая: – У него теперь жизнь стала похожа на взлет космической ракеты… – но, чуть только присмотрелся к оружию, стал заикаться от волнения: – Ух ты! Р-ребята, ведь это и в самом деле не на нашей планете сделано. К-клянусь! У нас таких материалов не существует! Откуда он у тебя?
Михаил мечтательно улыбнулся:
– Мне его подарили как первому кавалеру богини мира Рилланкар. Там действительно такой бал устроили…
– Кто? – с округленными глазами спросил Пузин. Да и все остальные коллеги затаили дыхание, предполагая услышать первые свидетельства про жизнь на других планетах.
– Подданные Пеотии.
– И как эти подданные выглядят?
– Похожи на нас. Только худенькие, как подростки, и вот такого роста.
Все завороженно следили за ручищей Кормильца, которая остановилась чуть выше его пупка. Но теперь уже властно перехватил допрос Александр Константинович:
– С чего это вдруг чужое государство признало Пеотию своей королевой?
– А я и не говорил про государство и что королевой, – чуть ли не с обидой возразил разряженный под императора парень. – Просто целый единый мир на очаровательной планете издавна ждал свою богиню, которая очень походила по описаниям на Пеотию. Вот она туда и явилась, заявила о своем покровительстве – и теперь там ей просто под ноги стелются. Первый раз она на празднике появилась сама, а вот сейчас и меня привела. Так что мне тоже перепало…
Он многозначительно расставил руки, только руководитель экспедиции и не думал прекращать град своих вопросов:
– Постой, раз планета и мир очаровательные, то зачем им божественная защита?
– Не знаю, не успел расспросить подробно. Но, кажется, главная опасность связана с какими-то чудовищами, прилетающими с соседней планеты. Пеотия походя уничтожила двоих в прошлое свое посещение, и теперь ее воля в мире Рилланкар – закон.
– И все это время вы были там?
– Да нет… – Щеки Михаила и мочки его ушей покрылись пунцовым румянцем. – Вначале мы посетили личную планету Пеотии и там немножко погуляли.
Судя по сбившемуся дыханию рассказчика, все сразу догадались о тех недоговоренностях, которые скрывались в невинном слове «погуляли». Александр Константинович тоже не стал заострять на этом внимание. Его заинтересовало другое:
– У нее есть своя личная планета?
– Еще какая! Конечно, там нет ни единого города или поселка. Даже ни единого строения я там не видел, она девственно нетронутая, вообще. Скорее всего, там нет ни единого разумного существа.
– А звери? – вырвалось у Ларисы.
– Есть! – воскликнул Мих и от воспоминаний нервно сглотнул: – На моих глазах гигантский диплодок опустил голову вот с такими глазами. – Он в аффекте расставил руки в стороны. – А Пеотия засунула ему прямо в пасть большую ветку с листьями. А зубы…
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105
