Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 133
– Ташин, – ответила я. – Даниэль Ташин.
– А… – брат смутился, я откинула одеяло, стало видно, что я одета. Ронан облегченно вздохнул. – Ну, я пойду завтрак приготовлю.
Во время этой короткой перепалки Даниэль опять превратился в камень, похоже, это у него такая реакция на стресс.
– Он принял тебя за лорда Хореса, – на всякий случай сказала я.
Даниэль попытался было уйти по-тихому, но я убедила его, что не надо избегать людей, и моего брата в частности. Когда спустились в кухню, Ронан очаровательно извинился и представился, он может быть очень милым, если хочет.
– Слушай, а что вчера было? Кто-то проник в дом? Я так и не смог понять Эзру, – спросил меня Ронан.
– Лорд Синоби приходил.
Ронан замер.
– Зачем?
– Да так, поговорить… Все нормально…
Брат покачал головой, он за меня волновался.
Мы завтракали, братец старался быть приятным собеседником, расспрашивая Даниэля о том, как тот устроился. Ронан или знал или узнал, пока мы были наверху, кто именно у меня в гостях. Потихоньку натянутость ушла, и мы втроем болтали вполне раскованно.
Вдруг лицо Ронана изменилось, я обернулась, в дверях стоял отец. Очень захотелось спрятаться куда-нибудь.
– Здравствуйте, дети… господин Ташин… – таким голосом можно воду замораживать. Мы в разнобой ответили. Стало ясно, что причина такой злости – я. Кто бы сомневался.
– Господин Ташин, это правда, что моя дочь дала вам клятву «сделаю все»?
Вот оно что, и как же он об этом узнал? Даниэль глянул на меня и ответил:
– Да, мы обменялись такими клятвами. А что, это уже перестало быть личным делом каждого?
– Не перестало. Но не в вашем случае.
– Это может навредить Аре-Лин?
Отец не спешил с ответом.
– Не знаю. Она сама по себе генератор проблем. И для вас в том числе.
– Меня это не волнует.
– Напрасно. Если уж решили жить, так живите, а не прикидывайтесь дзэн-буддистом.
«Это еще что за ругательство», – подумалось мне.
– Будет жаль, если все закончится так глупо, – добавил отец. – Вы меня понимаете, Даниэль?
– Понимаю. Но что конкретно вы мне посоветуете?
– Улететь к себе в сад и вести себя, как крысодлак в полночь. А в инфосеть выходить, только чтоб узнать погоду.
Даниэль кивнул.
– Я провожу моего гостя, – сказала я, и мы поспешили из кухни.
Я заскочила к себе, собрала инфокрисы, как и обещала, и мы пошли к воротам.
– Стойте, – крикнул Ронан нам в спины, – я довезу Ташина до дома, мне по пути… Отец приказал…
На прощание я обняла Даниэля и прошептала на ухо:
– Прости, похоже, я тебя подставила, – «хоть до сих пор не понимаю, как», подумалось мне.
– Это были лучшие сутки в моей жизни, не бери плохого в голову. Я люблю тебя, сестричка, – так же на ухо ответил он.
Отец сидел на кухне.
– Хорес заявил, что между вами соглашение, и что вы предатели, – сказал он безжизненным голосом.
– И ему верят? – спросила я в ужасе.
Он пожал плечами.
– Готовы верить.
Иногда на меня находит без всяких пси-техник. Я развернулась и побежала к отцовскому флаеру.
– Куда? Стой!
Ага, сейчас!!!
В воздухе я запросила информацию о местонахождении лорда Хореса. Правительственный центр. Замечательно.
Я нашла Хореса в окружении каких-то военных и потребовала, чтобы он повторил сказанное обо мне. Кто-то попытался вмешаться и в ответ получил порцию изысканных оскорблений. Хорес повторил, не отрицать же ему свои слова. В ответ я выдала все, что я думаю о нем, его ссученой семейке и выродке-папаше, и о том, что не все такие ублюдки, как они, не способные испытывать нормальные человеческие чувства, и еще много чего. А закончила тем, что мне противно дышать одним воздухом с ним. Хорес был доведен до кондиции, последовал вызов на дуэль, чего, собственно, я и добивалась. Нам попытались помешать, но мы уже вдвоем вызверились на миротворцев. Пока я вещала, вокруг нас собралась немалая толпа.
Да, Хорес – не дезертский вояка, но и не Синоби и не Шур. Значит, у меня есть шансы.
Дрались в холле, места было достаточно, я не успела разжечь огонь внутри себя, он разгорался во время схватки, не давая чувствовать боли. Моя задача осложнялась еще тем, что надо было не убить и не просто покалечить, а сделать его недееспособным, ни живым, ни мертвым.
Мне нечего было терять, я поставила под удар не только себя, но и семью, если я проиграю, то в живых оставаться вовсе не обязательно. Ничто так не помогает в бою, как отсутствие страха смерти и боли.
Мы друг друга хорошо потрепали, и мне досталось больше, чем ему, когда я пошла на гамбит. Он нанес мне калечащие удары в печень и выломал руку, а я добралась до его шеи, как и хотела. Все-таки не зря меня в детстве мучили – многому научили.
Очнулась я в регенераторе в окружении так горячо любимых мной леди Шур и лордов некст Грюндера и Соболева.
Леди Шур сказала, что они комиссия, собранная для того, чтобы определить степень вины семей Викен и Хоресов друг перед другом и подтвердить или опровергнуть правомочность дуэли.
В несколько приемов я поведала о том, как завязались мои отношения с Даниэлем Ташин, и как мне стыдно за всех синто, пославших ребенка на такое, а потом не способных принять героя с благодарностью. О том, как пригласила «боевого друга» в гости и узнала о его злоключениях в семье, и после всего этого услышала от отца о заявлениях Хореса, которые привели меня в исступление. И что я этого так не оставлю, я понимаю, что проиграла дуэль, но все равно обращусь в Совет Семей с жалобой, даже если отец откажется от меня. Я не хочу жить, если все то, что нам внушали с детства, – пустой звук, и мы не единый народ, где каждый уважает каждого. Я не сказала ни слова лжи, просто сместила некоторые акценты.
Лорды внимательно слушали и почти не задавали уточняющих вопросов.
– Лорд Хорес в коме, – сказал Соболев.
Я выдала им ожидаемую реакцию – злорадное удивление.
– И каковы прогнозы?
– Неутешительные.
Я промолчала, заявление типа: «Судьба нас рассудила» – будет перебором.
– Лорды… – я замялась, – а мой отец… он…
– Он воздерживается от высказываний, – сказал леди Шур.
– Он не пришел… меня навестить?
– У него срочные дела государственной важности, – опять ответила леди Шур. Мне не пришлось выдавливать слезы, они наплыли сами, и сделать ничего я не могла, зафиксированная в растворе и подключенная к стимуляторам.
– Я не могла поступить иначе, – тихо сказала я и посмотрела леди Шур в глаза. – Передайте, что я признаю свою вину перед семьей, но не могла поступить иначе. Пожалуйста.
Леди Шур кивнула, и они ушли.
Через несколько минут, когда я уже начала проваливаться в сон, в палату зашел Даниэль. Этого следовало ожидать, лорды не оставят ничего без проверки.
Наверное, мы ворковали, как влюбленные. Даниэль жутко за меня переживал и мучился, что ничем не может помочь, не может даже взять за руку. Я успокаивала его, говорила, что мне не больно, и прочую чушь, пока он не положил мне руку на лоб, и я уснула. Много позже я узнала, что он просидел так семь часов, пока его не прогнал доктор, обслуживающий регенератор.
Когда я в следующий раз очнулась, то опять увидела ту же троицу плюс Синоби; меня что, будят только для общения с ними?
Попросили рассказать, что я имела в виду, говоря о клевете со стороны Хорес и Китлинг. Рассказала про это и еще про многое другое – про стычку с Морган-Баюл на ипподроме, свидетелем которой был Хорес, и о клевете со стороны Моргана. Когда еще меня попросят на врагов пожаловаться?..
Послушали, подумали, ушли. Я опять уснула. Потеряла счет времени, но в свое следующее пробуждение почувствовала, что печень уже не столько болит, сколько чешется, верный признак того, что меня скоро вынут из этой опротивевшей банки. Почему некоторые синто не любят купаться в ванне? Да потому что регенератор напоминает.
На пятые сутки меня выписали, с условием особого питания и двигательного режима. Я брела по коридору больницы, стараясь не сильно предаваться жалости к себе самой и надеясь, что найдется пустой таксо-флаер на стоянке.
В холле я увидела отца, он подошел ко мне, я упала на оба колена и склонила голову, сказать ничего не успела.
– Поднимайся, – и он сам поднял меня. – Ты поступила очень опрометчиво, но я признаю твое право на этот поступок, – сказано было негромко, но услышали все, кто был в холле.
– Спасибо, отец, – прошептала я.
За те пять дней, пока я изображала консервированную рыбу, произошло много чего. Китлинг подхватила выпавшее знамя Хоресов и двинулась в бой, выражаясь поэтически. Потребовала признать дуэль незаконной и объявить меня покушавшейся на убийство. Попутно обвинила лорда Синоби, так неожиданно посетившего нас с Даниэлем в тот вечер, в том, что Ташин открыл нам какую-то информацию, которую скрыл от других. А в конце концов обвинила Синоби в том, что он планирует захватить власть и стать диктатором, что он хочет послать военные силы на заведомо проигрышную войну с пиратами, а сам воспользуется помощью Викенов, то есть нас, которые приведут ему войска с Дезерта. А также приплела аморальность и садистские замашки Синоби, утверждая, что я действовала по его приказу, проведя с ним ночь.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 133
