Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 108
Они продолжали осторожное взаимное изучение; Валя слышала звуки схваток других соперников. Она не отрывала взгляда от Линари. Решив, что дала ему достаточно времени, Валя метнулась вправо, подпрыгнула и ударила его кулаком по виску; она ошеломила противника достаточно, чтобы пригнуться и обойти его. Сзади она ударила его под колени, и Линари упал на каменистую землю.
Когда Линари встал, вместо высокомерия на его лице светилось уважение.
– Отличный прием, – сказал он, хищно улыбаясь. – Спасибо, что научила.
После каждой схватки мастер Пласидо менял напарников, и Валя доказала, что она лучший боец. В каждой схватке она сдерживалась, не нанося противнику увечий, хотя могла легко убить или искалечить любого.
Пласидо следил за ней, оценивая ее возможности. Казалось, он понимал, что Валя работает не в полную силу. Она побеждала одного соперника за другим, а ученики собрались вокруг Пласидо и наблюдали за ней. Валя отвернулась от последнего побежденного противника. Тот стоял, согнувшись, и тяжело дышал, а она встала перед молодым инструктором, снова оценивая его. Темная лента на ее голове пропиталась потом, но Валя не чувствовала усталости. Ветерок с моря холодил ее кожу. Она слышала вокруг плеск волн, шаги, шелест одежд и шорох, с которым входит в ножны оружие, – а еще восторженный шепот учеников.
– Может, хочешь поучить этот класс?
Тело Пласидо было напряжено, губы поджаты, одна рука на рукояти меча в ножнах.
– Их я уже поучила. А теперь хотела бы поучить тебя, мастер Пласидо.
Некоторые ученики ахнули, другие напряженно ждали.
Пласидо улыбнулся.
– Учиться готов всегда.
Они встали друг перед другом и начали боевой танец. Валя чуть сгибала колени, держа расслабленные руки перед собой и следя за каждым движением противника.
Хотя напряжение нарастало, мастер меча продолжал свои объяснения ученикам.
– Обратите внимание на контроль за мышцами и на то, как ее глаза следят за окружающим. Она использует все чувства для получения информации, и это позволяет адаптироваться к переменам в боевой обстановке.
Валя решила напасть, но потом отказалась от этого намерения, потому что Пласидо ожидал этого. Он едва заметно кивнул, словно понял, в чем дело.
– Сейчас она прикидывает, что я могу сделать дальше, – продолжал объяснять ученикам Пласидо. – Это правильно. Обратите внимание, как изменилось ее прежде агрессивное поведение, теперь она обороняется, выжидает.
Он молниеносно даже не шагнул, а прыгнул, сделав сальто, и принялся кружить возле Вали то на руках, то на ногах, скользя и словно превратившись в движущуюся тень. В его руке внезапно появился короткий меч, и Валя поняла, что он выхватил его из ее ножен, словно карманник-акробат. А когда Пласидо замер, в каждой руке у него было по мечу. Он с металлическим звоном бросил оба меча на камень.
Валя обернулась, по-прежнему настороженная, и он снова начал стремительное движение. От сильного удара в живот у нее перехватило дыхание, и она опустилась на колени. А когда подняла голову и оглянулась, мастер уже исчез. Линари и еще несколько учеников, подбежав к краю пропасти, смотрели вниз.
Отдышавшись и стараясь контролировать себя, Валя встала, подавляя боль. И увидела, как далеко внизу, у самого подножия утеса, на прибрежном песке прыгает мастер Пласидо.
– Должно быть, он меня испугался, – сказала она. Окружающие засмеялись.
Через несколько мгновений мастер Пласидо вернулся, поднявшись на скалу с противоположной стороны, и остановился. Дышал он ровно, ничуть не запыхавшись. Он посмотрел на Валю.
– Еще многому надо научиться, но ты мне интересна.
Валя постаралась занять нейтральную позу, сложив руки на груди.
– Ты тоже мне интересен. Может, я все же чему-то научусь у мастеров меча.
Но он оказался проницательнее, чем она ожидала.
– У тебя огонь в глазах. Ты хочешь кого-то убить. Надеюсь, не меня.
– Нет, не тебя, мастер.
Он продолжал смотреть на нее.
– Наука мастеров меча существует не для того, чтобы готовить убийц.
Она уклонилась от прямого ответа.
– Я не враждую с другими учениками из-за того, что вынуждена сражаться с ними в учебных боях. Когда учусь, я думаю о том, кого презираю, и тем самым могу поднять свое мастерство на более высокий уровень.
Пласидо ответил легким кивком.
– Необычная техника, но ты успешно пользуешься ею. – Он посмотрел на других учеников. – Те из вас, кто тоже кого-то ненавидит, могут захотеть поступить так же, сохраняя в тайне личность своего врага. Я научу вас методам борьбы, а уж использовать их вы сможете так, как захотите. И как вам велит ненависть.
Каждый человек очень хочет вернуться домой. Мы стремимся туда, чтобы найти смысл жизни, даже если наши воспоминания о доме печальны.
Вориан Атрейдес. Личный дневник
Ланкивейл остался позади; иногда Вориан Атрейдес задумывался о том, сколько миль – сколько световых лет – он проехал и пролетел за свою долгую жизнь. А может, он не хотел этого знать. Это были всего лишь цифры, а воспоминания обо всех этих местах, об этих путешествиях значили больше этих расстояний.
Организовав перевод средств, необходимых дому Харконненов для укрепления своего положения, Вори снова отправился в путь, кочуя с места на место. Он покупал билет, не привлекая к себе внимания, и странствовал по империи, словно перепрыгивал с клетки на клетку при игре в классики, пока снова не оказался на прекрасном Каладане. Но он не спешил попасть сюда, по-прежнему не уверенный, что готов вернуться. Каладан…
Вори больше двух веков жил, оторванный от корней, кочуя с места на место, глядя, как Время отнимает у него жен, возлюбленных, детей, внуков и друзей. Желая хоть как-то защититься, он не позволял себе слишком сближаться с кем бы то ни было, но он был человек, и ему это удавалось редко. Иногда он покидал близких по собственному желанию, но чаще его заставляли уходить события – так он улетел с Кеплера от Мариеллы и своей семьи. А много десятилетий назад точно так же покинул Каладан.
Все эти годы были заполнены войнами, политикой и смертями – их было слишком много. Пройдя через все это, Вориан Атрейдес продолжал жить. И вот впервые он шел в обратную сторону, возвращался туда, где когда-то познал любовь, и все еще чувствовал, что здесь у него, несмотря на долгое отсутствие, глубокие корни.
Голубая жемчужина Каладана, планеты океанов, манила его, когда он смотрел в иллюминатор шаттла, спускавшего его с орбиты. Сквозь пелену облаков Вори узнавал основные материки. Он помнил свою жизнь здесь с Лероникой и их двумя сыновьями. Эстес и Кейджин никогда не были близки с ним. Он предпочел отдать жизнь бесконечному джихаду, покинув маленький дом на берегу. Лероника это понимала, а вот Эстес и Кейджин – нет. Все они давно умерли, но Вори думал о внуках, которых никогда не видел, и о правнуках, и о наследии Атрейдесов на Каладане. Его печалило, что он – не его часть.
Когда-то он был счастлив на Каладане, так же счастлив, как на Кеплере. Он надеялся снова найти хотя бы тень этого счастья. У большинства людей жизнь была слишком коротка, чтобы исправить все, о чем они сожалели, но Вориан Атрейдес располагал гораздо большим временем, чем остальные, и теперь он хотел потратить его на то, чтобы исправить свои дурные поступки. Он сомневался, что Харконнены когда-нибудь смогут испытывать к нему что-то, кроме ненависти, но с этим он может жить – такова цена, которую приходится платить. Он им помог, хотя, скорее всего, они об этом никогда не узнают.
Теперь у Атрейдеса была другая задача, и он возвращался в другой период своего прошлого. Он никогда не встречался с членами своей каладанской семьи. Может быть, он вновь обретет здесь семью.
Едва Вори увидел неровную береговую линию и травянистые равнины Каладана, все это показалось ему знакомым и привычным. И, когда он шел по утоптанной дороге к рыбацкой деревне, в которой прожил много лет, это казалось ему самым естественным поступком. Его место было здесь: следовало позаботиться о делах, которые он давно забросил.
Тропа шла по хребту неровного кряжа, откуда открывался вид на бесконечный океан. Вори, несший рюкзак со скудными пожитками, остановился и вдохнул соленый воздух. Сине-зеленое море походило на спокойное озеро, но вдали, по краю грозового фронта, он видел быстро движущиеся облака.
Больше сотни лет назад, во время джихада, выполняя разведывательный полет, он встретил в таверне Леронику, и игривость и красота этой женщины увлекли его. Он никогда не мог забыть ее лицо сердечком, ее «пляшущие» карие глаза и то, как он сразу выделил ее в толпе местных жителей. Она сияла, как свеча в темноте.
Теперь он с печальным вздохом вошел в городок и на мгновение остановился, глядя на памятник себе: статуя изображала главнокомандующего Армии джихада в героической позе, вглядывавшегося в даль. Но в статуе он заметил немало неточностей. Неправильный мундир, и лицо совсем не похоже на Вориана, слишком широкий нос, слишком выступающий подбородок. К тому же статуя изображала пожилого человека, а не тридцатилетнего мужчину, который привел вооруженные силы человечества к победе над угнетателями-машинами.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 108
