– Восстановлен четвертый блок системы ходовых двигателей…
– Что? – не понял Хауэр, заглядевшийся на панораму битвы.
– Восстановлен четвертый блок двигателей, сэр, – повторил оператор.
– То есть у нас уже три блока?
– Да, сэр, – сверившись с компьютером, подтвердил оператор.
– Что с восьмым отсеком… там, где главное орудие?!
– Начата пробная закачка атмосферы для проверки герметичности, сэр…
– Так-так-так… – зачастил Эндрю, быстро соображая. – Показать готовность боевых систем!
– Шестьдесят процентов по правому борту, сэр.
– …И три блока двигателей, – разговаривая сам с собой, произнес генерал.
Делай, что должен, и будь что будет.
Солнцу и сердцу известен рок.
Нас только избранный враг разбудит —
Слишком высок болевой порог.
Демон идет по мечтам народов.
Крошево камня и схватка рас.
Кровь поднялась до небесных сводов,
Апокалипсис – здесь и сейчас…[3]
– Что вы задумали, сэр? – почувствовав неладное, спросил полковник Пуассон, услышав шепот Хауэра и увидев его отсутствующий взгляд.
– Мы идем на помощь.
– Но сэр, мы же сильно повреждены… и должен сказать, что повреждения, которые мы получим там, грозят нам гибелью!
– Мы в любом случае трупы, если они уничтожат его и прорвутся. А так мы внесем свою лепту в огневую мощь.
– Сэр, я протестую!
– Полковник! – закричал Хауэр. – Если забыли, то напомню, вы сами делегировали мне власть по командованию кораблем, так что будьте любезны подчиняться!
– Да, сэр.
– Отлично. Начать разворот по крену – на плюс два с половиной часа, по дифференту – на семьдесят пять градусов влево. Все системы вооружения привести в полную боевую готовность… полный вперед!
– Есть, сэр!
Едва живой «Спайсемин», встав с ног на голову, хотя это понятие в космосе весьма относительное, пошел в самую гущу битвы на трех блоках двигателей. Генерал Хауэр вел свой корабль с таким расчетом, чтобы вражеский старкрейсер оказался у него по правому борту, где были целые орудия. И более того, он оказался между ним и «Нергалом», но, естественно, с таким расчетом, чтобы шальные снаряды «Нергала» и «Спайсемина» не доставались друг другу, а был полноценный перекрестный обстрел.
Во время этого похода отказал один из ходовых двигателей, из-за чего сильно упала скорость, а надо было спешить, перестрелка между старкрейсерами подходила к концу.
– Добавить тяги!
– Есть, сэр…
Каким-то чудом связисту удалось вызвать мостик «Нергала», и сразу без предисловий Хауэр буквально закричал:
– Держитесь, адмирал, держитесь… сейчас мы подойдем!
– Вы во-время, генерал… мы уже собирались отступать.
– Еще немножко!
– Мы подождем…
Связь на этом оборвалась. Подходящий к месту сражений «Спайсемин» был замечен, и по нему снова открыли стрельбу. Большинство снарядов било в мертвый левый борт, разрушая все, что там каким-то чудом уцелело.
«Бейте, бейте… мертвой стороне не больно… Но старкрейсер явно пойдет в переплавку после этого боя. Легче будет построить новый корабль, чем восстановить старый», – подумал Хауэр, но сейчас ему на это было плевать, лишь бы успеть.
«Спайсемин» успел, и как только стало возможным, вся его огневая мощь, которую он смог восстановить во время небольшой передышки, была направлена на флагман чужих. Вражеский старкрейсер попал в перекрестный огонь союзников. Даже для него это было слишком.
Минута, вторая, третья… шердманский флагман буквально кипел от взрывов.
– Он уходит?! – не веря своим глазам, дрожащим голосом спросил полковник.
– Похоже на то… – ответил Эндрю, не замечая, как из его глаз чуть ли не ручьями текут слезы.
Старкрейсер чужих действительно стал уходить «кувырком через голову», то есть разворачиваясь с положительным стовосьмидесятиградусным дифферентом, делая это под непрерывным огнем, но почти не отвечая сам.
– Мы их сделали…
– Мы их сделали!!! – уже радостно кричали операторы всего ЗКП.
Сражение перешло в свою финальную стадию, когда варварский старкрейсер совершил стремительный рейд на линию фронта кораблей Альянса и натворил дел, уничтожив три судна.
Магистр хотел довести сражение до логического конца простой перестрелкой, когда вся огневая мощь его флота в два раза превосходила мощь варваров. Но противник, поняв это, пошел на отчаянный шаг.
Гиссар, еще не веря в происходящее, отдал необходимые приказы кораблям на разворот, но они были слишком медлительны, и варвары все же вломились в порядки Альянса, по пути смяв линкор.
– Это невероятно!!! – кричал старший магистр Гиссар, когда увидел, как старкрейсер силуниан практически превращается в решето и при этом не может достойно ответить.
Затем варвары практически безнаказанно стали уходить обратно.
– Это самая большая дерзость, о которой я когда-либо слышал!
«Хотя нет, – тут же вспомнил магистр. – Бомбардировка Ясиза, вот самая большая дерзость… и совершил ее этот самый варвар!!!»
– Догнать его! Он не должен уйти. Всем орудиям сосредоточиться на главной цели – флагмане варваров!
– Слушаюсь, мой господин!
Старкрейсер магистра стал быстро набирать ход, пустившись в погоню. Пушки метили в газовое облако, в котором из-за ложных мишеней и прочих ловушек нечетко читался корабль варваров, и последовали первые залпы. Они сыпались до тех пор, пока результат не был достигнут.
– Корабль варваров теряет ход, мой господин!
– Отлично! Догнать его и добить!
– Слушаюсь, мой господин!
«Что ж, вы сами напросились…» – улыбаясь, думал магистр. Он видел, что его победа просто неизбежна, уже ничто не может помешать ему.
Враг защищался, как мог. Отстреливался из пушек, которых явно не хватало. В дело пошли последние специальные шаттлы-камикадзе и просто шаттлы, забитые взрывчаткой и пустые челноки. Даже ракетные и торпедные катера были направлены на флагман Альянса. Противник понимал, что это последние минуты его жизни, и защищался, как мог. Это в какой-то мере ему удавалось, часть пушек вынуждена была реагировать на эти мишени и подрывать их, чтобы они не врезались в борт корабля. Но все равно его огневая мощь была куда выше, чем у варваров.
«Они привыкли бороться до конца, но уже все кончено», – с удовлетворением думал Гиссар, не обращая внимания на сотрясения своего корабля от ответных залпов.
В бой пошла авиация, которая базировалась на вражеском старкрейсере. Эти черные самолеты с обратной стреловидностью крыла несли под собой торпеды «галил-М», но и это, по мнению магистра, не могло им помочь спастись.
– Их второй старкрейсер пришел в движение, мой господин…
– Ну-ка…
Магистр посмотрел на мертвеца – так он обозвал этот разбитый корабль. Но никакой угрозы он в нем не увидел.
– Ничего страшного, продолжайте стрельбу. В крайнем случае, переключите на него «Диспат» и «Фанерал», они и так почти без дела стоят.
– Слушаюсь, мой господин.
Но старкрейсер шел дальше, и стало ясно, что он задумал. Огонь названных крейсеров не принес результата, такое впечатление, будто этот корабль вообще не чувствовал попадания, которые осыпали один из его бортов. И вот корабль магистра неожиданно для него оказался в ловушке между перекрестным огнем.
– Шолр, помоги мне! – наверное, впервые в своей жизни магистр Гиссар открытым текстом позвал на помощь. – Нам нужно еще немного, чтобы их уделать! Ты обязан это сделать!
– Разве вы не видите, магистр?!
– А что я должен видеть?! – Гиссар бросил взгляд на радар дальнего действия, но тот не работал. Этот «мертвец», который оказался не таким уж и мертвецом, осыпал снарядами его верхнюю палубу.
Зато радар ближнего действия показывал, что силунианский старкрейсер разворачивается, явно желая уйти из боя в открытый космос.
– Что я должен видеть, морда мохнатая, если у меня только что радарную башню снесло?! И куда ты, собственно, направился?!!
– К ним подходит подкрепление, магистр! Десять кораблей! Вы понимаете, что это значит!?
– Это ничего не значит! Немедленно верни свою задницу в бой, и мы разорвем их!
– Нужно признать, магистр, что мы потеряли инициативу, и нам ничего не остается, как только уйти и доложить о происшедшем здесь командованию… Своей смертью мы ничего не добьемся и не докажем.
– Предатель!!! – брызгал слюной Гиссар, видя как вслед за силунианским старкрейсером из боя выходят их крейсеры и линкоры, оставляя шердманскую эскадру один на один с варварами, которых становится все больше.
Гиссар корил себя за то, что поддался порыву и приказал преследовать противника. Останься он на своем месте, перестрелка все равно закончилась бы в его пользу, даже несмотря на прибывшее к варварам подкрепление. А так эскадры противоборствующих сторон перемешались. Теперь уже не выстроить стратегию, и эти десять целых кораблей просто добьют ослабевшие корабли его эскадры и через несколько минут сравняют силы, а потом и вовсе перетянут чашу весов на свою сторону.
