Владислав Жеребьёв - Ретранслятор

— Вам псионикам хорошо, — поделился коренастый крепыш в бандане. — С вашей хваленой регенерацией можно хоть завтра в бой. Нос сломали, к утру поправилось. Нам сложнее.

— Всем сейчас сложно, — поспешил пресечь назревающий конфликт прозорливый великан.

Дмитрий взглянул хмуро, пожал плечами и заторопился в строй. Три блокпоста миновали запросто, а вот на четвертом, при подъеме в верхние туннели, пришлось задержаться. Рамка на входе взбунтовалась и показала на присутствие активного радиооборудования. Заминку решили просто, махнув на все рукой и списав сигнал на неисправность планки, и взвод заторопился к грузовому лифту.

— Помните, — вещал командир, пока кабина неспешно поднималась к поверхности. — В бой не вступаем. Если противник локализован, немедленно даем знать и отходим. Всем понятно?

— Всем. — Поморщилась бандана, неодобрительно поглядывая на пира, но тот и бровью не повел. Казалось, Дмитрий полностью погрузился в себя и перестал реагировать на внешние раздражители.

Вынырнув из оцепенения на нулевом этаже, пир зашагал вслед за остальными. Разбившись на пары, бойцы разошлись по тоннелям, осматривая вверенные им участки. Идти вслед за напарником Дмитрий не стал, а дождавшись, пока тот отвернет за угол, нырнул в незаметный тупичок и прислушался, не идет ли кто. Тишина, царящая в туннеле, говорила о том, что в первый раз за долгое время псионик остался абсолютно один, и, выждав еще немного времени, он поспешил этим воспользоваться.

Рация была извлечена из кармана, и, повозившись с настройками частоты, пир вжал кнопку передачи.

— База, я двадцать седьмой. Как слышите меня? Прием.

Давать запрос дважды не пришлось. Едва последние слова прозвучали в тишине подземки, как динамик пластикового прибора ожил.

— Двадцать седьмой. Это база. Почему так долго? Прием.

— С кем разговариваю, база?

— Второй. Почему так долго не выходили в эфир, Двадцать седьмой.

— Глушат.

— Что по объекту?

— Объект полностью доверяет мне, база. Проект «Барьер» вот-вот войдет в завершающую стадию.

— Чудесно, Двадцать седьмой. Курировать объект и сообщать по мере поступления информации.

— Что делать, когда проект войдет в завершающую фазу?

— Информацию забрать по максимуму. Хронопереход изъять. Объект по возможности уничтожить.

Закончив радиопереговоры, Дмитрий отключил и спрятал рацию во внутренний карман куртки, а затем, вскочив на ноги, поспешил назад в туннель вслед за напарником, громко грохая ботинками, будто целый взвод солдат.

— Ты где был? — поинтересовался тот, когда пир, догнав его, пошел рядом, подстроившись под шаг.

— Да так, — пир сплюнул и, включив налобный фонарь, резанул узким белым лучом по бетонным сводам. — Приспичило. По-маленькому.

— Ты осторожнее. — Покачал головой напарник. — Один тут отлучился, а потом только кости нашли. Сам же знаешь, лазутчики это еще цветочки. Вот звери попрут, или дикие, тогда труба.

— Не учи ученого. — Дмитрий отмахнулся и, перевесив автомат поудобней, зашагал по маршруту. — У меня все ходы просчитаны.