— Гончие на хвосте, — передал я Лову информацию. — Две Костяных.
— И че ты мне это говоришь?
— Чтобы ты метнулся кабанчиком к своей ненаглядной и доложил.
— Арч, — ответил мне Пурпурный стрелок. — Я тебе твои же револьверы в задницу засуну.
— Повторюшка, — улыбнулся я. — Придумай что-нибудь оригинальное. И ходулями пошевеливай.
Две Костяных Гончих. Они же Трусливая Смерть в игровом жаргоне. Будут идти за нами до самого убежища, но сами не нападут. Даже если нас Бездна свяжет боем, все равно останутся плестись в хвосте. Но если наши дела станут плохи, то две Гончих могут оказаться той самой гнилой вишенкой. Псы сейчас идут по следу и подбирают сладкие остатки после стаи Импов. Вот им раздолье. Да даже Айя в нынешнем состоянии стала бы для них легкой добычей. У Костяных нет сопротивления к магии. Но их две, а Айя безоружна. Даже с полной маной она вряд ли справилась бы.
Я не знал, как поступить в данном случае. Атаковать Трусливых бессмысленно — убегут. Не типичные монстры, все-таки. Петлять и пытаться скинуть их с хвоста — тоже такое себе. Можно подпустить поближе, чтоб Лов отстрелил хоть одну. Но там броня с повышенным шансом на рикошет. Я бы скорей всего проигнорировал угрозу. Но это я. Демоны уже давно не воюют с Роркхом. И сегодня не планируем.
А вот Маришка меня удивила. Она остановила отряд, и сама двинулась в хвост. Ядро плотнее прижалось к стене, вдоль которой мы и двигались все это время. Мои ребята тоже остановились, немного подтянувшись к Пурпурным. Девчонка тем временем демонстративно протопала мимо нас. В отдалении уже показались силуэты Гончих.
— Смотри, — сказал Маус. — Сейчас будет шоу. Такое не часто увидишь.
— Она на Гончих решила напасть?
— Смотри.
И я смотрел. Вслед отдаляющейся девчонке. Розовое пятнышко посреди темноты улицы. Маришка вышла на середину и остановилась. Сейчас, если все рванут со своих мест, то Гончие успеют быстрее. Я невольно положил руки на рукояти Лис. Ненужный рефлекс, от которого так и не смог избавиться.
Псы медленно подходили ближе, больше косясь на нас, нежели на потенциальную добычу. Девочка в милом платьишке казалась совершенно беззащитной. Если бы только вся эта картина в целом не отдавала каким-то сюром. Вот псы расходятся в стороны, беря жертву в тиски. Вот я вижу их багровые глаза, что светятся в темноте. А затем начинает действовать Маришка. Девочка в розовом платьице, с белым бантиком на шее и двумя косичками русых волос. Начала плакать.
Сначала просто всхлипывать, но чем ближе подходили Гончие, тем чаще Маришка начинала подвывать, глотая слезы.
Я не понял, что произошло дальше. То ли мой хант не совсем отмороженная гнида, которым я его считал. То ли я потерял контроль над собой. Мое тело само дернулось вперед, спасать ребенка. Крепкая, нечеловечески сильная рука остановила меня. Пальцы Мауса впились в плечо, причиняя острую боль. Сзади хохотнул Лов.
— Не ведись, Арч, — Прошипел Маус.
— Да ее порвут там сейчас, — удивился я. — Мы должны ей помочь.
— Логи, Арч. Логи читай хоть иногда.
Что? Я смотрел на Псов, что приблизились уже на расстояние прыжка к трясущейся девочке. Мгновение и ее просто порвут. Но почему они не нападают? Почему никто из Пурпурных еще не сорвался на помощь? Что за имповщина тут творится?
Я видел, как Костяные Гончие стали обходить девочку по широкому кругу. Я слышал их глухой рык, видел налитые кровью глаза и скалящиеся пасти. Они по широкой спирали приближались к своей добыче, но так и не нападали. Вот одна из тварей уже вплотную скалится в лицо девочки. Та поднимает маленькую ладошку и… Кладет ее на морду Гончей. А тварь послушно опускает голову. Охренеть. Вторая Гончая заходит с другой стороны. Маришка аккуратно прикасается к ней и начинает гладить костяную шерсть. Охренеть два раза.
Лезу в логи. Что тут вообще происходит? Краткая информация, смотрю последнюю строчку.
«Сопротивление подчинению: провал. Очки разума -2».
Что простите? Я посмотрел на Мауса, который просто ухмылялся мне в лицо. Он, кстати, вел себя совершенно спокойно.
— Если меньше восемнадцати воли, то в первый раз всегда бросаешься спасать ее.
— В первый раз? Мне два разума сняло.
— Это мы еще далеко стоим. Ты же не в ее группе. Не парься, там очень сильный модификатор от опыта. Один раз увидишь и во второй раз не купишься на это.
— Что «это», Маус?
— Я же говорил. Шоу. Гребаный цирк, если быть точнее.
— Да что у нее за хант такой?
— Да имп ее знает. Кукловод вперемешку с магом разума. Усиленный естественным обликом ханта.
— Эм, а куда Гончие делись?
Я только сейчас посмотрел на Маришку, которая уже шла в нашу сторону. Только что вокруг нее Псы чуть ли не по команде лапу подавали, а вот уже пустая темная улица. Девочка демонстративно прошла мимо, задрав носик. И тут я разглядел. В ее руках, помимо знакомой куклы было еще две поменьше. Две маленьких собачки с какой-то странной шерстью. Вязаные костяные шипы смотрелись крайне нелепо.
— А это что вообще такое? Это кукловоды так умеют? — спросил я Мауса, тыкая в спину девчонки.
— Нет. И маги разума тоже не умеют. Не знаю. Никто не знает. То ли артефакт, то ли уникальная способность ханта.
— Если способность, то какая у нее ступень? Уникальные абилки обычно у абсолютных хантов.
— Не всегда. Зависит от абилки. Не забывай, она играет на первой волне сейчас. И отряд в лимиты влез. А остальные там тоже не в обноски одеты.
— Твоя правда. Не знаю, как они это сделали, но такая сборка внушает уважение.
— И страх. Не забывай про игрушки в ее руках.
— Да. Теперь, в случае чего, против нас выставят на двух Гончих больше.
— И размер. Не забывай про размер. Ладно, уши идут.
Мы замолчали. Лов возвращался в хвост. Легенда про то, что Маришка выгнала обосранного ханта — притянута за уши. Понятное дело, что он здесь в качестве соглядатая. Вот и думай теперь. Она реально такая высокомерная дура или играет на публику? Так-то со стороны все красиво смотрелось.
И про собачек я не забываю. Получается, кукла в руке, с которой она зашла в партию, тоже тварь из Роркха. И если пропорции соблюдены, то та фигня с щупальцами должна в высоту быть под три метра. Хоть убейте, не помню такой твари. Но мало ли. У Роркха пул монстров больше, чем муравьев в желудке у сытого муравьеда.
Мы двинули дальше. Я смотрел в спину Маришки и размышлял. Эта писклявая сложнее, чем кажется на первый взгляд. Нет, скорей всего она действительно надменная мразь, как и большинство Пурпурных. Но девчонка умело использует эту маску, пуская пыль в глаза. И когда я стал так хорошо разбираться в людях? Впрочем, чего далеко ходить. Пообщайся столько с Маусом и все встанет на свои места. Мой зам ведь такой же. На вид просто какой-то дебил-ловелас с арсеналом скользких шуточек. А внутри сидит зоркий хитрый тип, который все видит и все подмечает.
Да и я не так уж далеко ушел от Маришки, если приглядеться. Нацепил маску циника и кровожадного ублюдка ради того, чтобы внушать страх дехантам. Хотя на самом деле я ведь совершенно не такой. Но вот прошло полгода и вопрос встает ребром. Точно не такой? Не скажу ведь, что закрывал глаза и блевал, ломая запястье очередному уроду. Нет, я наслаждался их страданиями. А самое страшное то, что наслаждался с самого первого раза. И почему-то в голову лезут последние слова Шарда. Надо с этим что-то делать. Кажется, меня реально куда-то не туда повело. Или туда?
Мои размышления прервали голоса впереди. В этот раз то ли игроки были более шумными, чем Айя, то ли мои ребята сработали нормально. Скорей всего оба варианта. За девчонку я их не отчитывал, но Рино точно стал более собранным. Но это Роркх, умереть от пули в башку, прилетевшей имп знает откуда, не то, чтобы нормально. Но так случается. Причем довольно часто. Невозможно заранее обнаружить все засады.
Тем временем я разглядывал группу игроков, сгрудившихся вокруг Пурпурных. Они что-то слезливо говорили, но топоры Шарда не позволяли им приблизиться к Маришке даже на пару метров.
