Сергей Куприянов - Темные ветры империи

    - В кустики отошел. Приперло, наверное. Вон туда, - показал я рукой.

    К чести капитана, он не среагировал на мой жест. А вот парень с сержантскими погонами доверчиво повернул голову в указанном направлении. Поэтому пропустил момент, когда из «зажигалки» в моей руке вылетела рыжая струя и ударила в лицо его командира.

    Честно говоря, я хотел допросить именно капитана. Не срослось. Бывает. Как говорится, за неимением гербовой будем писать на простой.

    С сержантом я справился быстро. Да он, честно говоря, почти и не сопротивлялся. От него пахло едой и дымом. Я их положил рядышком и за три минуты узнал все, что мне требовалось.

    Нет, порой наши начальники меня откровенно поражают. Затевают гигантское дело и при этом экономят на мелочах. Ну держали бы тут хоть человек десять, что ли. Не велик расход. Или жаба секретности задушила?

    Собственно, наплевать. Я свое дело сделал.

    В отсеке для запаски у меня лежал мокик. Что-то вроде мопеда, на котором любит рассекать молодежь. С запасом топлива на без малого двести километров хода. И еще он мне напоминал жеребенка моего безвременно почившего мустанга. Он и вылезал-то из чрева как малыш - в сложенном состоянии.

    По моим прикидкам через тоннель - это, по словам сержанта, около километра, - потом по грунтовке, дальше местная дорога, словом, через пару часов я буду в поселке, где есть участковый. По бетонке я не пойду - там еще один пост, с которым и связывался капитан. А дальше - посмотрим. Сейчас главное, чтобы Вера Вячеславовна села на мопед, прижалась грудью к представителю ненавидимого ей мужицкого племени и не свалилась по дороге.

    Да, чтобы не было упреков в бесчеловечности. Сержанта я связал так себе. Захочет, через полчаса развяжется. А то тут медведи бродят. Да и обед на плите подгорит.

Бор стоял на краю парома и презрительно игнорировал направленные на него автоматы, не сводя черных глаз с лица Лося, стоящего напротив, только на берегу. Они говорили уже полчаса.

    - У тебя нет людей, которые могли бы контролировать всех.

    - Ты ошибаешься.

    - Это ты ошибаешься. - Бор презрительно выпятил губу. - Ты упустил чужака.

    - Ты тоже. А я его и не держал. Зачем? Он наш друг.

    - Поэтому твои люди умирают? Не смеши меня. Сейчас самое время объединиться.

    - Ты уже говорил об этом. Нет нужды.

    - Теперь я знаю дорогу. И я могу ее запереть. Вы погибнете.

    - А ты не боишься, что вас просто перестреляют?

    - Всех? - усмехнулся предводитель викингов. - Нас много. А вас мало. Без нас вам не выжить.

    - Ты повторяешься. У нас есть все, что нам нужно. И даже больше того.

    - Просто ты плохо слушаешь. Мы задержали твоих людей. Они все рассказали. Вы медленно умираете. У вас нет женщин. Те, что есть, уже не могут рожать. А мужчины…- Он посмотрел на валяющегося на берегу пьяного Йоську. Он его только что передал с рук на руки. - Разве это мужчины? Мы вас можем легко запереть на острове, ты знаешь это. А скоро зима. Озеро покроется льдом. С Саней я уже договорился.

    - Это все твои мечты. Ладно, что тут стоять. Пойдем внутрь, поедим и закончим разговор за столом. Пожалуй, ты прав в одном, чужие нам действительно не нужны. Это наш мир.

    Правый уголок нижней губы Бора дрогнул и на миг опустился вниз.

    Москва, 2009.