— Если ты не заметил, меня только что вырвало. К базе ты привезёшь мой хорошо сохранившийся трупик. Минимум три дня отдыха, и, желательно, на планете, а не в космосе. Я согласилась пропустить три предыдущих прыжка, так как там не было гостиницы. А здесь она есть! Так что связывайся с ними и спускай корабль!
— Местным придётся платить массой ресурсов! Это дорого!
— Право отдыха записано у нас в контракте. Пусть штаб и платит, не разорится!
Денис обречённо начал вызывать планету. Ответили им на удивление быстро. Высокий голос на неплохом русском произнёс:
— Гостиница «Железная гора» слушать!
— Я думал, они три часа будут искать тех, кто говорит на русском, судя по журналу посещений, у них десять лет никого не было, — проворчал Денис и запросил посадку.
Через один час и двадцать минут их корабль плюхнулся на вырезанную лазером площадку в прибрежных скалах. Невдалеке шумел океан.
— Интересно, у них лежаки на пляже есть? — полюбопытствовала Танечка, снимая аварийно-спасательный скафандр и облачаясь в тяжёлый защитный скафандр для выходов на планеты. Денис ничего ей не ответил, поскольку был занят открыванием двери и спуском трапа.
Они вышли на скальную площадку и осмотрелись. Их корабль, ещё горячий после прохождения атмосферы, стоял в небольшой ложбинке, образовавшейся после того, как строители косморазведки вырезали часть склона горы. Ветер нёс по небу серые тучи, его порывы едва не опрокидывали. Шум океана здесь был слышен намного лучше. Океан не просто шумел, он грохотал. Хотя термометры скафандров показывали двадцать семь градусов, о пляжном отдыхе как-то не думалось.
В скале открылась дверь, и из неё появилась совершенно нагая девушка, если не считать одеждой пояс с ножом в ножнах. На аборигенке горело защитное поле, генерируемое подвешенным на том же поясе защитным устройством устаревшого типа. Девушка была ростом чуть ниже Дениса, от людей она отличалась только стоячими ушками на верху голову. А ещё у неё были голубые глаза и прекрасные длинные золотистые волосы.
— Братик, ты на что это смотришь? — треснула Таня брата по скафандру в районе затылка.
— На что положено смотреть мужчинам, на то и смотрю. На ушки.
Девушка приблизилась.
— Меня звать Петрина Лунтаева. Папа на охота, папа учить меня говорить ваш язык и обслуживать гостиница. Добро пожаловать! Я выучить весь-весь учебник про обслуживать гостиница. За десять лет накопиться много пыль, мы пыль вытереть, сейчас обработка всех пещер ионизированный поле закончиться. Вы можете проходить и раздеваться. Папа скоро быть, папа говорить язык лучше.
Девушка пританцовывала и подпрыгивала от переполнявшей её энергии. Денис решил вклиниться:
— Меня зовут Денис Хормучев. Это моя сестра, Таня Хормучева. А как давно у вас не было гостей?
— Никогда не было. Как гостиницу построить, вы первые. Проходить быстро, мы не хотеть привлекать внимание драконы, — поторопила девушка и затанцевала к двери.
— Меня грызут нехорошие предчувствия, — проворчал Денис, — и что она там сказала про драконов?
— А мне она понравилась. Да и тебе тоже, я видела. А про драконов — это она наверняка язык не очень знает. Пошли, осмотрим убежище.
Они вошли в тоннель. Девушка пропустила гостей вперёд и захлопнула за их спинной толстенную дверь из цельного камня. Засов, который она задвинула, сделал бы честь крепостным воротам. Глядя на этот засов, Денис подумал, что слова про драконов могут быть правдой. Вторая дверь — типичная герметичная дверь из стали — выглядела намного слабее.
Помещения гостиницы внутри скалы были абсолютно неухоженными. Камень и бетон, типичный боевой бункер, выстроенный на скорую руку космическими строителями. Ни краски, ни украшений. Пыль от выветривающегося бетона кое-где лежала на полу, несмотря на недавно проведенную влажную уборку. Разводы от тряпки ещё не высохли и были очень даже заметны в тусклом свете аварийного освещения.
— И это вы называете гостиницей? Да это же сарай, кошмар, никаких украшений! Хотя бы стены покрасили! — возмутилась Татьяна, глядя на такое «великолепие».
— В учебнике про краску ничего не говорить, про украшения тоже, — удивилась Петрина, — только про санобработку и еду. Все входы мы герметично закрывать, на вентиляции стоять защитное поле. Желать разоблачаться? Желать отобедать? Простыни в шкафах, матрасы от защитной упаковки мы пока не вскрывать. Вскрывать?
Петрина уже успела накинуть на левую руку белое полотенце и стояла, как заправский официант.
— Нет, сначала обед! Так надоело есть пищу из тюбиков! Так надоела невесомость! — воскликнула Танечка, сняла скафандр и двинулась в пищеблок, слегка пошатываясь.
— А почему горит только аварийное освещение? — спросил Денис, снимая скафандр. Двойное давление планеты стукнуло по ушам и вызвало шум в голове. Учитывая пониженное давление у них в корабле, давление на планете было в три раза больше, чем то, при котором они существовали последние два года.
— Генератор выходить на полную мощность только через двадцать минут, тогда мы и включать всё освещение. Без вас мы генератор не включать, у него ограниченный запас плутония. Вы такие счастливые, можете жить при таком ярком свете!
— А у вас какое освещение?
— Масляные лампы из жира китов, в лучшем случае свечи.
В пищеблоке стол был покрыт великолепной белой скатертью, на столе стояло две тарелки. По бокам от тарелок лежали по всем правилам столовые приборы: слева четыре вилки, справа пять ножей и три ложки. Белые матерчатые салфетки тоже не были забыты. Петрина поставила чайник, вытащила из печки и ловко вскрыла две банки с надписью «Обед N3». Консервные банки она поставила на тарелки перед ребятами — прямо так, с загнутой крышкой. Сама встала чуть в стороне, чтобы прислуживать дальше.
Консервные банки с загнутыми крышками на тарелках между столовыми приборами и салфетками смотрелись очень комично, но Денис удержался от усмешки и произнёс:
— Сразу видно, цивилизация!
— Чайник уже кипеть, пять минут, как по инструкции, но сейчас закипеть ещё раз, — откликнулась Петрина, — Желаете компот открывать или варенье к кипятку подавать? Фрукты консервированные тоже есть.
— Фрукты хочу! — откликнулась Таня. Петрина тут же сорвалась с места и через несколько секунд принесла две банки — с консервированными ананасами и яблоками. Таня выбрала яблоки.
Денис сидел на стуле, настоящем человеческом стуле, к которому не надо пристёгиваться, и чувствовал, как сила тяготения делает своё благотворное дело. Самое тяжёлое дело в космосе — это когда пища из-за отсутствия тяжести двигается в кишках не так, как ей положено. Хотя они и спали на станции в центрифуге, полезного от этого было немного. А тут ещё были фрукты, просто изобилие!
«Как же хорошо, что Танюшка настояла на посадке», — подумал Денис, — «у меня тоже уже от ряда прыжков начала голова кружиться».
Для пилотов головокружение было недопустимо.
В это время его сестра смотрела на брата и думала о том, что взгляд у того редко поднимается выше поясного ножа похожей на кошку девушки.
— А у вас одежда какая-нибудь есть? — спросила она наконец.
— Конечно есть! И кожаная для дождей, и меховая для холодов, и платья для выступлений, — воскликнула Петрина и принялась с жаром описывать каждую из своих шубок и дублёнок. Её энтузиазм так увлёк Таню, что она на время забыла о своей идее одеть кошкодевушку. Но когда та принялась показывать на себе контуры одежды, что смотрелось как слишком красивый танец, Татьяна пошла на хитрость:
— А я могу попросить тебя показать платья для выступлений?
— Это долго, далеко идти, на другой конец пещеры, — опечалилась Петрина.
— Ничего, мы подождём. Мы умеем обращаться с оборудованием убежищ.
Петрина убежала, а Денис показал сестре кулак. Татьяна в ответ высунула язык.
Через десять минут Петрина вернулась. Очевидно, «долго» здесь считалось всё, что превышало пять минут. Денис и Татьяна даже не успели доесть яблоки. Теперь пришла очередь Дениса мило улыбаться сестре: платья у Петрины были самыми разными, и короткими, и длинными, но все либо открывали и подчёркивали самые интересные места, либо были завлекающе короткими.
— Жалеть, что вы нельзя на общий пир, там мы, девушки, танцевать, и все еду разную вкусную есть, — опечалилась кошкодевушка, снимая последнее платье.
— А почему нельзя? Если в защитном поле, то можно. Нам даже купаться в вашем океане можно в защитном поле, без скафандра. В описании планеты написано, что белки несовместимы и мы друг для друга не опасны.
— О-о… тогда можно организовать большой пир. Я говорить вождь, что вы рассказывать истории, а наши танцевать и петь. Вы сможете рассказать истории?
— Историй у нас много, — подмигнул сестре Денис.
