Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114
– Пиндосы, а пиндосы! Бросай оружие, а то всех перещелкаем!
Пальба в разные стороны. Як в кино. Но в жизни, похоже, удача отвернулась от воинов демократии. Еще один – это я видел точно – получил пулю в висок, другой – в затылок вроде бы.
– И их осталось восемь, – пробормотал я, теперь точно подсчитав уцелевших.
Картина мне нравилась. Только я не мог понять, кто же так здорово постреливает и сколько их, этих стрелков? А голос опять раздался:
– Пиндосы, ну хватит в камбойцев играть, тут вам не Дикий Запад, а Русь-матушка, тут все всерьез, хоть и в шутку!
Пальба… Еще один готов. Оставшиеся семеро залегли плотно. Потом один пополз к «Хаммерам» – ага, решил добраться до рации. Я прицелился, собираясь тоже повеселиться, но тут опять хрякнул выстрел, и янки осталось шестеро.
– Энд шоу маст го о-о-о-он![26] – веселился невидимка. – Бросай оружие, вам говорю, вставай с поднятыми руками! Это… дроп е ганз, стенд ап, хэндз ап энд го ту зе род! Квикля![27]
Выстрелов в ответ не было. Прошло еще с полминуты – и вдруг кто-то что-то истошно заорал – и в сторону полетела первая винтовка…
…Из кустов на склоне холма появился тощий, длинный, как жердь, мужик лет сорока, в сапогах, болтающихся, как ведра, на его журавлиных ногах, и в камуфляже, сидящем, как вторая кожа. Он шел к стоящим на дороге американцам чуть ли не танцующей походкой, держа на локте «Тигр». Шел неспешно, по-хозяйски, и, когда кто-то из американцев, увидев, что к ним движется одиночка, дернулся было за пистолетом на бедре – на ходу небрежно выстрелил. Вопль боли – пуля раздробила янки кисть – и слова мужика:
– Э, пиндос, не надо. Ну вот, я ж предупреждал…
Подойдя, он по-хозяйски оглядел пленных – в том числе сидящего на земле раненого – и сокрушенно покачал головой:
– Ой, много вас… Никитос, давай сюда!
– Иду, па!
Из кустов за дорогой появился мальчишка лет двенадцати, такой же тощий и камуфлированный, но в кроссовках и со складной мелкокалиберной «Сайгой» в руках. Лицо мальчишки было азартным. Он ловко взял янки на прицел. Деловито заявил:
– Каску одну надо взять, Мишке ночной горшок нужен. И соль мамка просила. А этих че, валим?
– Не по-христиански получается, сынок, безоружных убивать, – строго сказал мужик. – Они, может, еще исправятся… Ну-ка, гости дорогие, – он повысил голос, – давай, раздевайся! Как это там по-вашему…
…За последнее время я видел мало смешного. Но сцена, свидетелем которой я стал, заставила меня надуть щеки и выпучить глаза.
Шестеро здоровых мужиков стояли на дороге голышом, в одних ботинках, которые мужик щедро позволил оставить, «чтоб ноги не покалечили». Раненого он прямо-таки приказал перевязать. Потом перекрестился, вздохнул печально и сказал мальчишке:
– Ну, Никит, приступай с богом к святому делу. Если им ума через голову в школе не вложили – будем, так сказать…
…Он их выпорол.
Вы можете смеяться, можете плакать, но это так и было. Наломав солидное число прутьев американского (!) клена, мальчишка, повесив «Сайгу» за плечо, принялся за дело.
Ой-ей-ей… Я смотрел вслед этой дикой колонне, тащившейся по проселку куда-то в сторону Тамбова. Так долго и с таким даже с некоторым сочувствием, что едва не упустил эту веселую парочку – благо оба деловито собирали трофеи, перекликаясь, как после удачной охоты.
Я был в тихом восторге. И понял, что это – именно то, что нам надо…
…Мужика звали Михаил Тимофеевич, был он тут лесником и что не поделил с пришельцами – не объяснял, но так или иначе жил вот уже месяц в землянке вместе со своим старшим сыном Никитой, младшим Мишкой и женой Еленой Ивановной. Примерно месяц назад открыл он и охотничий сезон – и пока самым жирным трофеем был сбитый из винтовки беспилотник. Как пояснил Михаил Тимофеевич, «надоел, паскудник, жужжит и жужжит, спать не дает».
Предложение перебраться к нам лесник встретил благосклонно. Вообще мне показалось, он ко всему происходящему, как это ни странно, относился с каким-то юморком. И старший сынок был явно такой же. По-моему, они оба смотрели на уничтожение пришельцев, как на истребление каких-то чрезмерно расплодившихся мелких хищников типа хорьков – ну надо числом убавить, вот и бьем, а так, может, они в природе даже и где-то полезные, тоже божьи твари; вот кур у нас душить перестанут – тут мы сразу бить прекратим, не звери, чай… Когда я – пока собирались – спросил его насчет войны, то Михаил Тимофеевич обрисовал ситуацию коротко и ясно:
– И не такое пережили.
С собой мы тащили на двух тачках два «Миними», пять «М16» – три обычные и две короткие, с раздвижными прикладами, – две «беретты», кучу боеприпасов и гранат, и еще разной мелочи. Еще одну «беретту» я наконец-то взял себе.
Впереди нашего каравана бежали псы лесника – кавказцы Кудряш и Серый.
* * *
«Ми-8» Темыч нашел в первый же вечер.
Развороченный большой вертолет – точнее, даже его обугленный остов – лежал прямо в лесу, сломав деревья потоньше и нанизавшись частями на более толстые. Подальше, около двух дубов, Темыч обнаружил три могилы. Просто холмики, уже зазеленевшие, с тонкими крестами из скрученных проволокой веток. На крестах висели шлемы. Между холмиками лежал кусок дюраля с выцарапанными именами-фамилиями, званиями и датами.
Темыч постоял около могил. Ему не было так уж грустно, он не знал этих людей, хотя и понимал, что это были наши военные. Потом мальчишка обыскал остатки вертолета и ничего толком не нашел. Пустые летели, что ли? Или должны были кого-то или что-то забрать? Размышляя об этом, он вернулся к могилам… и понял: а ведь кто-то же их похоронил, этих трех человек! И этот кто-то остался жив, и этот кто-то – явно не враг, уж больно по-нашему сделаны могилы…
Найти бы этого человека… Темыч вдруг подумал, как им всем не хватает взрослого. Хоть одного, чтобы… Что «чтобы» – Темыч не мог придумать, но снова и снова думал: не хватает. Правда, вертолет сбили давно. Наверное, еще в самом начале. И где этот оставшийся в живых – кто его знает…
Мальчишка заночевал около разбитого «Ми». Уснул не сразу, долго размышлял, куда идти утром…
…Утром проблема решилась сама собой. Темыча разбудило урчание мотора – мощное и тягучее. Еще толком не продрав глаза, он слинял в кусты поглубже и начал вслушиваться. Потом – то и дело останавливаясь и осматриваясь, – пошел на звук, который то обрывался, то снова возникал.
Буквально через пару минут мальчишка выбрался к проселку.
Приземистая черепаха танка – серо-зеленая – расположилась посреди проселка, то и дело взрыкивая движком и выплевывая облака гари. Рядом стояли широкий джип и какая-то фигняция вроде экскаватора. Человек десять-двенадцать копошились тут и там, стояли вдоль обочин, рассматривая лес по обе стороны дороги. Темыч понял, что они собираются то ли чинить, то ли тащить танк. Заглох, что ли?
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114
