Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 113
– Так заставьте их! – крикнул Боровский. – Вы сами говорили – от войны там все развалится! Тогда им придется думать, чтобы выжить!
– Честно говоря, я в них не верю, – сказал Рашен. – Не потянут они. Мозг у них давно уже атрофировался.
– Вы их просто мало знаете, шеф.
– Ты их, что ли, хорошо знаешь?
– Ну… Все-таки нас, евреев, как тараканов. У меня большой круг общения.
– И что?
– Да говорю я вам – справятся они!
– Ох, мама! Слушай, Жан-Поль, ну что ты меня, усталого старика, все на подвиги склоняешь?
– А вам что, драйвер, – спросил Боровский, неприязненно морщась, – вдруг понадобился для подвига серьезный повод?
– То есть?
– Сколько вас помню, вы о себе меньше всего думали. В основном для других старались.
– Ну, это ты загнул.
– А как вы с экипажами работали? Да ребята молятся на вас! Вы же их настоящими людьми сделали!
– Молиться вредно, – заметил Рашен. – От этого становишься инфантильным. А насчет экипажей ты не прав. Хороший экипаж – залог выживания корабля в бою.
– Это вы себя убеждаете! – рассмеялся Боровский. – Врете и сами не понимаете, как врете! Я-то вижу! Я ведь не слепой…
– Ты страшно наглый, коммандер Боровский. Нести какую-то чушь перед целым адмиралом…
– Слушайте, вы, – сказал Боровский, подаваясь к Рашену вплотную, – целый адмирал! Совет Директоров подставил вас для того, чтобы сместить. Они Дядю Гуннара загнали в отставку без малейших проблем. А вас, всего-то командира бригады, вынуждены были подставлять. Потому что у вас репутация. У вас реноме. Земля считает, что вы рыцарь. И я уверен – она пойдет за вами, если вы будете тверды. Все, я сказал. Разрешите идти?
Некоторое время Рашен молча жевал губу.
– Знаешь, кто предложил дать боевым кораблям имена литературных героев? Не настоящих героев, а придуманных? – спросил он наконец.
– Какой-то умный еврей. Я забыл фамилию, это же было сто лет назад.
– Ты понимаешь, зачем это было сделано?
– Конечно. Чтобы подтвердить отказ Земли от своего прошлого. Забыть все дурное, что осталось позади. Религии мы стерли, потому что из-за них была Заваруха, и была Полночь. А из литературы выжила только фантастика, потому что все остальные книги несли в себе боль и ненависть. Я согласен с этой идеей, драйвер. Недаром мы и через сто лет так живем.
– Неправильно живем, как ты сам заметил.
– Вы меня не сбивайте, шеф. Я, например, горжусь тем, что наш «Тушканчик» на самом деле – «Пол Атридес».
– Пол Атридес установил во Вселенной мир. Но для этого ему пришлось сначала развязать войну, которая уничтожила десять миллиардов человек. Он был потомственный аристократ, король, и для него это было нормально. А для нас…
– Мы военные, шеф. Так что для нас это тоже нормально.
– Да ни хрена это не нормально!!! – взорвался Рашен. – Не хочу я больше воевать!
– А придется, – сказал Боровский. – Начнем со своих, а кончим чужими. Иначе никак не получится. Снимите розовые очки, драйвер. Когда мы придем к Земле, нас ждет бой. Не простит нас Совет Директоров. И в чужую угрозу он не поверит. Будет драка. И нужно будет победить.
Рашен молча уронил голову на грудь.
– Так я пошел? – спросил Боровский, вставая со стола.
– Выпить принеси, – сказал Рашен очень тихо. – Пожалуйста.
* * *
Средний боевой корабль серии 100 «Пол Атридес» был на полпути к Земле, когда прямо у него перед носом возникла совершенно не похожая на звездолет блестящая кривая штуковина. Не сообрази Рашен, что это, «Тушканчик» протаранил бы сие загадочное явление в момент. Одно дело рассматривать чужака на картинке, и совсем другое – когда он вдруг появляется у тебя на обзорном экране. В первую очередь ты не веришь в реальность происходящего. Когда впереди серебристо замерцало и среди тусклых сполохов нарисовался чужак, Ива, сидевшая за пультом навигатора, первым делом потянулась к лицу протереть глаза. Немного странная реакция для ведущего корабль под солидным ускорением опытного военного астронавта, у которого застегнута усилительная маска.
Да и остальные, кто был в тот момент в ходовой рубке, до того обалдели, что толку от них оказалось чуть.
А до удара носом было секунд тридцать. По космическим меркам все равно что ноль. Уйти от столкновения никаких шансов. «Тушканчик» хоть и числился в реестре Адмиралтейства «средним боевым планетолетом», но все равно был для таких резких маневров чересчур здоров. Вздумай Ива повернуть, круизер принял бы чужого бортом, где-то в миделе, как раз напротив основных помещений рабочей зоны. Про такие удары говорят: «Ну-ка, замени корабль». Впрочем, тупой нос круизера на таранные атаки тоже не был рассчитан. Колотиться о врага мордой не так опасно для экипажа, как боком, но с выхлопными отверстиями носовых батарей можно проститься.
В момент контакта «Тушканчик» шел неподалеку от секретного информационного бакена группы F. Чтобы попасть к нему, понадобился небольшой крюк, но этот маршрут заказал Боровский. Дотошный старпом вспомнил, что бакену пора делать наружный осмотр, и уговорил Рашена немного изменить курс. Рашен, который после беседы с Рабиновичем все еще пребывал в меланхолии, разрешил. Похоже, он рад был теперь любой задержке в пути. Так что «Тушканчик» слегка забрал влево, прошел вплотную от бакена, и Боровский как раз, удовлетворенно хмыкая, разглядывал его в сканер-телескоп, когда приключение началось.
Рашен сидел на обычном своем месте, чуть позади и выше старшего навигатора, когда взвыла сирена, предупреждающая об опасном сближении с посторонним объектом. С этого момента время в ходовой рубке спрессовалось, и все, что произошло дальше, заняло меньше чем полминуты. Никто в рубке, принимая решения, не раздумывал. Астронавты просто спасали корабль.
Это было совершенно не похоже на космический бой. А вот на дружный жест отчаяния тянуло вполне.
Услышав сирену, адмирал встрепенулся, поднял глаза на обзорный экран и заорал:
– Фо-о-окс!!!
Самая правильная команда, если не уверен, что твои орудия готовы к стрельбе. Впрочем, Рашен и так знал, что накопители сейчас пусты. Он просто надеялся, что бомбардир что-нибудь придумает.
Таращившийся на чужого круглыми глазами Фокс очнулся и взвыл:
– Не-е-ет!!!
Головной лазер «Тушканчика» выводился на режим около двадцати секунд. Как раз к тому моменту, когда нос круизера воткнется в чужого. А бить с нулевой дистанции по загадочному судну, характеристики которого неизвестны, представлялось Фоксу не лучшей идеей. Чужой мог от попадания рвануть похлеще китайской водородной бомбы над Нью-Йорком.
И тогда Рашен крикнул:
– Кенди! Сжечь его!!!
Ива, не раздумывая, воткнула пальцы в «доску». Заткнутые навигатором кормовые отражатели мгновенно погасли. Круизер натужно взвыл, оттолкнулся от пустоты боковым выхлопом с носа, тяжко содрогнулся и яростно пнул космос в противоположную сторону с кормы. Теоретически подобный маневр был возможен. Но выяснить на практике, хватит ли у маневровых двигателей упора для этаких фокусов, до сих пор никто не решался. Во-первых, незачем было, во-вторых, уж больно жалко корабли.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 113
