Яна Завацкая - Про жизнь и про любовь

Теперь она смотрела в окно, не закрытое шторой, на черное небо, взрытое светлыми россыпями звезд. Интересно, где среди этих звезд - то светило, которое светит на Триму? На Землю? Они называют его по-своему - солнце, соль, сан. Как далеко отсюда до Земли? Сколько десятилетий или может быть, веков, пришлось бы лететь до нее?

А по Медиане - может быть, идти несколько часов. Как сложно и непонятно все же, если вдуматься, устроен мир.

И где там, за этим миром - Бог? За всеми этими россыпями созвездий, сокровищами дальних миров, неведомой бесконечной пустоты… Он еще больше, еще непонятнее - потому что ведь Он и сотворил этот странный мир. Его совершенно уже нельзя представить. Но Он и совсем рядом, и совсем простой, проще не бывает - как вот это сонное сопение Марка и мальчишек. Кто-то из близнецов запищал и заворочался. Ивик села на кровати. Теперь в комнату лег лунный луч, от самой крупной из лун, от Фанкора. Луч коснулся лица одного из детей, это был Шет, и видно, поэтому, малыш забеспокоился во сне. Ивик придвинулась к нему, спустила ноги с кровати. Повернула Шета на бочок и стала чуть покачивать кроватку, усыпляя малыша.

Спи, моя радость, думала она. Я ведь никогда тебя не оставлю. Я всегда буду тебя любить. Даже на Триме. Даже очень далеко отсюда. И я всегда буду возвращаться, снова и снова. Нам нечего бояться в этом мире, детка моя. Завтра обязательно встанет солнце. Мы все будем рядом, все вместе. Никаких чудовищ не существует, и зла в мире тоже нет, а если что-нибудь и появится - так ведь сюда оно никогда не доберется. Потому что есть кому его остановить. Послезавтра мне надо на Триму, а завтра мы с тобой и с Фалем пойдем на речку. Мы будем кидать в воду камешки, и возьмем немножечко хлеба - покормить уток. Мы будем валяться в траве, а яблоки и творожок в банке я возьму с собой. Если будет тепло, можно искупаться или во всяком случае намочить ножки. А пока набирайся сил перед новым днем, и расти, ведь дети растут во сне. Ничего не бойся, моя радость, и спи.