Иван Суббота - Адепт смерти

– Пойдем, – потянул я его в сторону виднеющейся неподалеку единственной таверны в деревне огнепоклонников. – В кабаке расскажу.

– Пошли, – легко согласился Пехота. – Заодно расскажешь, зачем ты пета прокачиваешь вместо себя. Я поначалу думал, что это ты косяк упорол несусветный. А теперь, когда увидел, что он собой представляет, уж и не знаю, что подумать. Столько времени на пятом уровне просидеть! Замыслил что-то хитрое, а, Эвери? Расскажешь?

– Да ничего не замыслил. Это из-за боя-реванша на Арене так получилось. Пожадничал…

В таверне мы просидели до самого утра. Мне торопиться было некуда, я был выспавшийся, а Пехота оказался удивительно разговорчивым человеком. Там, среди барханов, после боя он мне таким не показался. Наоборот, он создавал впечатление хмурого и сосредоточенного человека. А на деле оказался веселым, жизнерадостным и общительным.

Он успел рассказать и про то, как караван проделал оставшийся путь до деревни, опасаясь повторного нападения нобийцев.

– Но ты, видать, их здорово напугал. Те, кто выжил и успел убежать, наверняка, своим ужасы понарассказывали про страшных и свирепых пилигримов. Доехали, в общем, без эксцессов, хоть всю дорогу и сидели, как на иголках, каждое мгновенье ожидали атаки туземцев.

И про полученную репутацию и первый выполненный квест огнепоклонников он поведал.

– Там, с той стороны вулкана, саванна начинается. Вот там мне и надо было десять шкур леопардов добыть. Ерунда задание, за пару часов сделал. У них уровень всего сто двадцатый, я за минуту такого моба убиваю. Больше времени потратил на то, чтобы их найти.

Иногда в таверну заглядывали другие игроки, подсаживались к нам за столик, рассказывали про свои задания.

– В общем, квесты ерундовые, – сделал, в конце концов, вывод Пехота. – Еще недели две, а то и месяц ничего серьезного давать не будут, пока репу не подниму до следующего уровня.

А еще он рассказал, как Прив привел фургон в деревню. Нашел для него место. Распряг Ршана, отвел его в стойло, нашел для него корм, напоил, вычистил песок из щелей между костяными наростами. А потом завис над фургоном и целые сутки охранял его, отгоняя любопытных, а торговцам, желающим приобрести заработанный нами дроп, говорил, что все вопросы о продаже дропа решает Темный Эвери, который скоро появится, а пока его нет, никакой речи о продаже дропа быть не может.

И все это он сделал сам, без чьих-то команд. Пехота все время допытывался, где я достал такого пета. Я ему по-честному все рассказал. Объяснил, что это был случайный и вынужденный выбор, но, похоже, Пехота так до конца мне и не поверил.

А сейчас я сидел на скамейке неподалеку от своего фургона, наблюдая за восходом солнца, а передо мной колыхался Прив.

– Так, кто ты такой, Прив?

– Я твой питомец.

– Прив, я знаю, что ты мой питомец. Я совсем про другое спрашиваю.

То, о чем я хотел спросить, выбивалось из всех канонов игры. Никоим образом не допускалось ее сценарием. И заведомо было обречено на непонимание и на отсутствие ответа. Даже невнятного.

Да, даже без всяких упоминаний о канонах игры и ее сценарии, мой вопрос сам по себе выглядел глупо.

Но я очень хотел его задать. Пройденный мною путь, пусть и недолгий, подсказывал мне, что не только мой вопрос выбивался из общих канонов. А значит, у меня есть все шансы получить ответ.

– Прив, ты ИскИн?

Прив поколыхался несколько секунд напротив меня, потом подлетел ко мне и уселся рядом на скамейку. Повернул ко мне голову и спросил:

– А сам-то как думаешь?