– На исходную, – хмуро буркнул Серега. Сам же, подойдя к чучелу, принялся придирчиво его изучать. После каждых стрельб обслугой тренировочного центра отметины подкрашивались черным, и потому свежие были хорошо различимы. Как он и ожидал, попаданий на манекене оказалось немало – однако все они концентрировались на броне корпуса. На головной части – два-три, да и то в районе лобной и челюстной пластин. Стекло триплекса оказалось целехонько. То есть – критичных повреждений нет, камеры целы.
Вернулся на исходную. Бурый стоял в окружении бойцов первой и выглядел довольно уверенно. Серега внутренне усмехнулся. Ну, лады…
– Букаш, строй группу.
– Становись! – тут же гаркнул Гриша и сам встал на левом фланге перпендикулярно строю.
– Все видели стрельбу? – оглядев бойцов, спросил Серега. – Как считаете, грамотно отстрелял?
– Ну да…
– Нормально двигался…
– Хорошо шел, огнем себя крыл… – понеслось по шеренге.
– Сам как думаешь? – спросил Сергей у Бурого.
– Неплохо вроде, – настороженно ответил тот. Он в самом деле не понимал, куда клонит новый командир и почему недовольное выражение на физиономии имеет. А вот Серега – тот недоумевал по другой причине. Итого – девять косяков! И каждый из них в определенный момент может стоить жизни.
– Ну давай поглядим, – вздохнул он. – В плюсах у тебя: шел – да, неплохо, огнем себя крыл; с углом работал хорошо, выходил корпусом правильно, колено и жопу за плоскость угла не выставлял; локоть к телу прижимал, из-за укрытия видно было только автомат, тебя – нет… – сделал паузу, дав парню немного погордиться – и, загибая пальцы один за другим, врезал: – А теперь – косяки. Первое. Ты зачем скакал как козел? Ты бежишь, ствол прыгает – от этого одна пуля в цель, а три мимо! И этих мгновений, пока три пули мимо летят, ему на все про все хватит! И защиту с объектива поднять, и зафиксировать тебя, и навестись, и лупануть очередью! И уж если он отработал, то наверняка попал! Больше того! Если пули идут не в точку, а барабанят по всему корпусу – о каком пробитии речь? Магазин высадил, попаданий куча – а пробития нет. Три пули в точку – броня пробита! Три пули в разброс – вмятина, только и всего!
– Как же двигаться-то? – насупился Бурый.
Серега сплюнул в сердцах.
– А так! Шаги не длинные, но и не короткие, мельчить не нужно. Идешь – перекатываешься, с пятки на носок, корпус держишь ровно. И не скачешь, как дурак на празднике! При таком способе у тебя ствол все время на цели стоит и попадания кучно идут! Фактически ты все время держишь его под обстрелом, не даешь тебя зафиксировать – сенсоры-то прикрыты, он их от пуль бережет. От укрытия до укрытия проходишь за своим же огнем! И за точным огнем, а не метровым разбросом! Ясно это?
– А если под ногами всякого говна навалено? Или ямы?..
– Тогда – понятно, по-другому двигаться нужно. Ну так я задачу какую ставил?.. «Учитывая настоящие условия», – процитировал себя же Серега.
– Понял, – буркнул Олег. Он уже сообразил, что не очень-то и отличился – однако основное было еще впереди.
– Второе – клапана подсумков не отстегнуты, тратишь лишнюю секунду. Третье – сбросовый не развернут, плюс две секунды, – продолжал перечислять Серега. – Четвертое… – шагнул к бойцу, дергая один за другим клапана подсумков, – ну я так и знал… Почему у тебя магазины вразнобой, дурила? Один вправо горловиной торчит, другой влево… этот вообще вниз… Строго единообразное расположение! Так, чтоб ты вслепую мог каждый нащупать, подхватить и наощупь же в приемник заправить! И на все у тебя должно уходить полторы секунды! В любом положении – хоть стоя, хоть лежа, хоть сракой кверху! А ты пять секунд на перезарядке потерял!
Бурый, а с ним и весь строй, молчали – кажется, начало доходить, что учить их будут долго и упорно. Но впереди был еще один косячище, такой, за который Серега, будь это его человек, из обоймы выгнал бы в три шеи.
– Пять: пламегасом [129] стену попортил. Знаешь, почему? Потому что нехрен к ней прижиматься. От ствола до стены – полметра! Ближе не надо! Шесть: все время работал только справа от укрытия! А нужно – чередовать! То справа, то слева, то по верхнему уровню, то по среднему, а то и на нижний падать! Семь: за тенью не следил! Свет тебе в левый бок бьет, из-за укрытия сначала твоя тень появляется, а потом уже – ты! На этом тебя поймать – элементарно! И поймают! В данном конкретном случае нужно слева от укрытия все время вываливаться! Тогда и тени не видно, она за твоей спиной! И при этом уровни менять не забывай! Восемь… Восемь – это не просто косяк… Это жопа, Бурый! Ты когда из-за предпоследнего укрытия вылез и у тебя патроны закончились – какого хрена перезарядку затеял, баран?! Ты же полностью открыт был! Две секунды магазин пихал! Да за это время машина из тебя фарш сделает! Пустой ли, осечка ли, задержка – сразу упал и влево-вправо ушел, за укрытие! И последнее: автомат никогда не бросай, а гранату нужно приладить так, чтоб одной рукой ее сдергивать и тут же отправлять по назначению. «Быстрая граната» это называется. Вот теперь все. Нормально отработал?..
Это был полный разгром. Каждый из подмеченных косяков, кроме предпоследнего, казался вроде бы мелочью… но именно такая мелочь рано или поздно приведет к Отработке. Казалось бы: подумаешь, тень… Но машина, в мгновение ока выловив закономерность, обработает ее за доли секунды и выдаст результат. А результатом будет очередь, выпущенная туда, куда уже дернулся боец – это механизм легко отследит по движению тени. И человек просто нарвется на пулю, выйдя в расчетную точку, когда свинец будет именно там.
– Чую, дрочить будем до посинения… Как это товарищ полковник говорит… «не жалея времени, сил, а также других, понимаешь, рук», – подытожил Серега, процитировав незабвенного Хуера. – Я сейчас наглядно показал вам, что учитывать нужно все. Тень, скорость перезарядки, движение, угол и плечо – буквально все! Мозг должен работать молниеносно, как вычислительная машина, успевать отслеживать, продумывать, решать! И самое важное – точность стрельбы! Ибо не раз сказано Наставником Ивлевым: «Ошибки в тактике и технике можно исправить быстрой и точной стрельбой; ошибки в стрельбе нельзя исправить ничем» [130]!
Как сказал – так и сделал. Передав первую группу Злодею – в Пашке он был уверен, спуску не даст, – Серега занялся обеспечением экспедиции. На пару дней, правда, пришлось стрелковку притормозить – обойма централизованно сдала оружие на ТО. Притащив в Арсенал разом всё, загрузили Мастерские работой на оба выходных – чистка, смазка, ревизия стволов и механизмов, оценка износа, замена. Впрочем, о потере субботы-воскресенья никто и не заикался, необходимость понимали все до единого.
Один из вечеров, собравшись втроем с замами, потратили на размышления по снаряге и экипировке. Каждый боец ПСО имел два комплекта снаряжения – легкое, на выход, и тяжелое, для работы на Периметрах. Неизвестность впереди и Букаш склоняли его к тяжелой броне, причем Гриша старался куда больше, тщательно аргументируя свои доводы; Злодей ратовал за облегченку. И Сергей, по совокупности размышлений, в конце концов согласился с Пашкой. Бронежилета классом Бр5, входящего в состав легкого комплекта, будет достаточно. Всего десять кило, а некоторые и того меньше. Ну в самом деле… Вес тяжелой брони, той же «Кирасы-Бр6», колебался в пределах от двадцати до тридцати килограммов в полной комплектации, включая и собственно бронежилет, и защиту паха, бедер, плеч и рук, и здоровенную башню шлема. Уже одно это должно насторожить. А если приплюсовать сюда и разгруз с боезапасом, и оружие, и прочее снаряжение, включая рюкзак, который каждый потащит на своем горбу… Вес набирался нереальный даже и с пассивником. Два-три дня в таком режиме еще можно существовать. Но месяцы!.. Кроме того, попробуй-ка в полной броне пошустри. Хрен там! Ни ползти, ни бежать, ни сманеврировать, ни по вертикальной штольне влезть… Надев доспех, любой боец становился хоть и максимально бронированным – но и неповоротливым. В такой броне только и можно что неспешно и солидно перемещаться или в обороне сидеть. Короткие периоды до суток. Жить в ней – пустая затея. И хотя были в Доме и керамические брони, и даже СВМПЭ [131], но в ПСО они использовались редко – в долгом выходе чрезвычайно важны ремонтопригодность, возможность снять броневой элемент с корпуса противника и заменить свой, поврежденный. А у механизмов в почете именно сталь, никакой керамики или целлофана.
