вполне достаточно для определения цели.
Я поворачиваюсь на месте. Вскинув оружие, делаю шаг в сторону врага. Теперь мне некого бояться. Пси-клинок в одной руке, меч Зимника в другой. Первый напоминает римский гладиус, второй — казачью шашку. В это время Богдан кастует и другие свои техники. Послушался меня парень, молодец. Прослеживаю за его мыслительной работой, и получаю в распоряжение еще пару атак Айсмена. Время попробовать самую дальнобойную.
Взмах ледяным клинком, и три ледяные стрелы устремляются в туман. Телепат выставляет блок из пси-волн. Здесь они выглядят как физические щиты, поэтому отбивают стрелы. Кроме одной. Вспышка боли разлетается по туману красным потеком.
— Что за дерьмо⁈ — орет Пастух. — Два Дара⁈ Как⁈
— Вот так, — оказываюсь я рядом.
Он, резко дернувшись, выстреливает ментальным щупом. Я не глядя блокирую отросток пси-клинком. В этом плюс псионического оружия. Оно отражает ментальные атаки, но притом не забирает прорву сил, как новосозданный щит.
Пастух обрушивает на меня новые щупы, одновременно в его руке возникает лиловая секира. Пси-оружие.
Отбивая атаки, прыгаю на врага. Он бьет секирой. Взмах широкий и умелый. Я выбрасываю навстречу пси-клинок. Пси-конструкты сталкиваются с грохотом. Отдача нехило меня потряхивает. Не мастак я в историческом фехтовании. На ножах еще могу, на штыках тоже, но вот этими мечами-секирами, увольте. Придется наверстывать потом.
Рублю ледяным мечом. Пастух с криком отшатывается.
Шаг ближе, чтобы не смог размахнуться. Пси-клинок вонзается ему в брюхо. Глаза мужика мгновенно наполняются непередаваемой болью и ужасом, но визжать с пробитым желудком и легким он не может. Лишь хрипит и дергается, силясь соскользнуть с клинка, но всё тщетно.
— Неужели щенок опередил тебя, Пастух⁈ — усмехаюсь я, погружая клинок глубже в тело мага. — У щенков ведь тоже есть зубы!
Мой раскатистый голос гремит в тумане, как приговор.
Выворачиваю лезвие, причиняя Пастуху бешеную боль. В реальном мире пси-клинок не наносит физических повреждений. Только воздействует на разум противника. Вызывает шок, при проникновении в голову даёт возможность прочесть мысли даже сквозь щиты. Может разрушить нейроны и убить.
Здесь же сфокусированная псионическая энергия имеет вид настоящего железного меча. И разит она как острая сталь.
Взмах второго меча и тонкое ледяное лезвие разрезает шею телепату легко, словно сливочное масло. Громкий хруст разрубленных позвонков прерывает его пытку. Стряхиваю с клинков разрубленное тело, и бегу обратно к Айсмену.
Как раз вовремя.
Застаю яркую картину. Богдан валяется на спине, а к нему ползет синий сгусток слизи, оставляя за собой след из синих соплей.
— Бульк! — гремит астрал-тварюжка.
— Даня! — визжит Богдан, отползая на локтях от булькающего аборигена.
Взмахом руки выпускаю ледяные стрелы, и поражённый монстр разлетается на ошметки, булькнув напоследок.
— Что это было⁈ — подскочив, парень бросается ко мне. Глаза у него испуганные, как у загнанного оленя.
— Всего лишь местная зверюшка. Тут таких много! — усмехаюсь в дрогнувшее лицо парня. Признаюсь, я испытываю небольшое удовольствие видеть, как Предякина колотит мандраж. Всё же в прошлом он мне изрядно набил оскомину. Но трепаться некогда, надо возвращаться. — Мы уходим назад. Расслабься, иначе мне будет сложнее… А тебе больнее.
Успокоиться у Предякина не выходит, поэтому возвращение вызывает у него острую распирающую боль в голове. Даже слезы брызнули из глаз.
Я открываю глаза и сажусь на полу. Ничего вроде не болит. Кости целы. Еще на учебке научился правильно группироваться при падении.
Быстро оцениваю ситуацию.
В реальности времени прошло совсем ничего. Рядом валяется Богдан без сознания. Его призрачная копия стоит над ним и очумело крутит головой, ничего не понимая. Дальше валяется мертвый Пастух. Как и говорилось в учебнике, летальное повреждение в астрале вызывает смерть наяву. Психический шок вызвал гибель всех нейронов, и мозг сгорел.
В стороне Гриша по-прежнему сражается с молниевиком. Прямо два бога грома в доспехах из живых разрядов. Сверкающий обмен шаровыми молниями едва не ослепляет. Казах держится неплохо, но явно проигрывает. Вот он дрогнул от очередной атаки, и сверкающая броня подернулась рябью.
— Даня! Что со мной⁈ — визжит испуганный Богдан, бросаясь ко мне. — Тело…мое тело…я не в теле!
— Не визжи! — я вскакиваю и проношусь сквозь Айсмена к дерущимся магам.
Боевик-молниевик стоит ко мне боком. Не мешкая выстреливаю градом ледяных осколков. Три из десятка льдин пробивают доспех из молний, со стоном маг заваливается. Гриша бьет следом. В воздухе разбегаются ветвистые разряды, подобные трещинам на стекле. Доспех мага сдает и он горит в полыхнувшем пламени. Напоследок пытается швырнуть молнией, но Гришка, молодец, нивелирует встречным ударом, и боевик умирает несолоно хлебавши.
Я оглядываюсь. Так, боевики все мертвы. Грохот штурма приближается. Совсем немного осталось… Черт, а куда делся еще один маг⁈
— Где второй⁈ — кричу я на сбросившего электрический доспех Гришку. — Магов было двое!
Он смотрит на меня растерянным взглядом, и почти сразу же узкие глаза с короткими ресницами расширяются в ужасе.
— В сторону девчонок, Даня! Гад ушел туда, долбаный гад…!
Больше не слушая, срываюсь обратно на второй этаж. Гриша было срывается следом, но я обернувшись кричу:
— Карауль Богдана! Он в обмороке!
Казах резко замедляется, мешкает пару секунд и неуверенным шагом возвращается к телу Айсмена. За Гришу не боюсь. Магов больше не видно, последняя скотина кинулась к девчонкам, а с простыми боевиками, бегущими от штурма, казах справится. Я несусь с бешеной скоростью, в глазах стены коридора размазываются в серое пятно. Главное, успеть. Не подвести малышек.
Призрак Айсмена следует за мной по пятам:
— Я же так не останусь⁈ Не останусь⁈
— Техники. Призывай больше разных техник, — отворачиваюсь от него.
Ступени пролетают под ногами, будто я несусь на магнитной подушке, как японский поезд. Мигом взлетаю вверх и вижу бородатого кавказца. Он весь пылает в электрических высверках стихийного доспеха. Посреди коридора пляшут огненные всполохи. Девушки раскиданы и лежат на полу. Камила опрокинута и смотрит обессиленным взглядом. Кира сидит возле Целительницы и придерживает ей голову. Настя забилась в угол и плачет, обхватив колени… Держатся на ногах только Света с Леной. Поразительно! Но моя девушка окуталась странным посверкивающим пузырем, а вокруг него летают артефактные мечи с щитами. Ленка пробудила Дар⁈ Ладно, не до этого сейчас.
Коротким рывком выхватываю из воздуха пси-клинок. В физическом мире он тоже выглядит как фиолетовый гладиус, но нематериальный. В то же время бью ледяным пулями в спину Недозевсу. Грохот удара. Врага бросает на пол, как пушинку, и он перекатом пытается уйти в сторону. Я подпрыгиваю к нему, и на выходе из кувырка маг получает рубящий удар по плечу.
— А-А-А-А!!! — вскрикивает он, снова опрокидываясь навзничь.
В полете его догоняет тычок острия. Новый вскрик боли:
— Сука!
Стихийный доспех бесполезен против пси-клинка. Меч не наносит вреда телу, зато разрушает нейроны и нервные окончания. И маг это сейчас испытывает на себе. Единственное, клинку неплохо противодействуют ментальные щиты, но и сквозь них проходит отдача. Маг без щитов уже бы ноги откинул, а этот засранец держится. Только рычит и воет:
— Я-я-я тебя…!
— Меня⁈– я снова рублю гада по брюху. — Нет! Это я тебя, сученыш!
Снова бью почти двухметрового «сученыша» в плечо. Истошно воя и хватаясь за голову, маг пытается отползти. Вдобавок разряжается в меня всполохами молний, но сила его ослаблена и лишена фокусировки из-за разрушенных нейронных связей. Вдобавок я покрываю свою кожу легкой защитной наледью. Молнии соскальзывают с твёрдой поверхности, не причиняя вреда. Спасибо Богдану.
— Ты пользуешься моей силой! Это нечестно! — ноет Айсмен в моем сознании, пока я рублю клинком мага.
Ох, не подслушивай мысли. И вообще, если умный такой — сам бы дрался с этим кавказцем.
— Да я бы с радостью, — бурчит он и вдруг всполошился. — Вещий! Откуда у тебя в голове картинки голой Енеревой!
Твою ж мать! Как он мешает!
— Я это так не оставлю⁈ У вас что, была постель⁈ Как⁈ Ты обесчестил дворянку⁈
Заткнись. Пожалуйста, заткнись.
— Вещий, как только это дерьмо закончится, я вызову тебя на дуэль! Ты ответишь за свое паскудство!
Я не дворянин, дебил. Засунь свою дуэль себе поглубже.
Тем временем кавказец пытается ответить из последних сил. Расплескивает жалкие молнии по полу. Надо его успокоить, а то еще поранит девчонок. Я поднимаю стопу, ботинок покрывается толстой ледяной коркой с шипами-сосульками. Со всей силы вбиваю ногу в брюхо
