Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

он показался массивным, словно строили крепость, но в самом конце решили переделать в жилой дом. Толстые колонны и стены, небольшие окна, когда смотришь со стороны, появляется странное давящее чувство. Не было в подобной архитектуре изящества и лёгкости поместий Старого города. Сам же дом огораживал высокий кованый забор, за которым виднелся просторный двор. Вокруг тихо, людей почти не видно. Во дворе одиноко стоит дорогая повозка без лошадей. Мы проехали в ворота, которые спешно открывал замёрзший стражник.

— Тихо очень, — сказал я, выходя из кареты у главного входа. — Монна, готовь золото, мы его здесь оставим. Кроме маленького сундука. Пина!

Я поймал тас’хи за руку, заглянул в глаза.

— Не нужно пугать обитателей дома раньше времени, — сказал я. — Можно с ними сначала поговорить.

— Не нравится мне этот дом, — сказала она хмуро. Посмотрела на верхние окна. — Гнетущее чувство какое-то. Нехорошее. Не ходи.

— Ты слишком переживаешь, — я положил ладонь ей на плечо. — Побудьте здесь, если что, я вас позову, и тогда будем рубить головы. Ну же.

Я улыбнулся. Поманил Фир, положил вторую ладонь ей на плечо.

— Насчёт Торговой гильдии мы обязательно поговорим, но как только вернёмся домой. Я не забыл ни оракула, ни попытку убить Вигора и втянуть меня во что-то неприятное.

Дождавшись, пока женщины кивнут, я улыбнулся им и направился к лестнице. У входа терпеливо ждал пожилой слуга, выглядевший настолько старым, что было странно, как он умудрился дверь открыть трясущимися руками.

— Я к господину Штейну, — сказал я.

— Господин ждёт, — сказал он, по-моему, даже не расслышав сказанное. — Правый коридор на первом этаже.

Старик отступил в тепло дома, придерживая дверь, чтобы я смог войти. Обстановка внутри была богатой, но не вызывающей. Я бы даже сказал — нейтральной и тихой. Для переговоров на любые темы она подходила почти идеально. Единственное, что мне не понравилось, это сырость и холод. В доме было прохладно, а это значит, что хозяева экономили на магии. Для богатейшей гильдии в Империи это как-то несолидно. Зато ковров много. Я миновал две проходные гостиные, отметив, что и на слугах хозяева тоже экономили. На видных местах пыли и грязи видно не было, но вот на высоких полках шкафов можно было рисовать. Что-то мне эта встреча с главой гильдии уже не нравилась.

Только в третьей гостиной заметил на столе чайный сервиз и тележку рядом. Хозяин пока ещё не появился, что могло говорить о пренебрежении к высокому гостю. Я шагнул в комнату и, только когда наступил на старенький ковёр, понял, что меня смутило. Чувство тревоги, исходившее от Уги. Она была уверена, что кто-то, находившийся неподалёку, желает моей смерти. Возможно, настроение Великой матери передалось тас’хи, а я не распознал сразу. Был слишком загружен проблемами, золотом и предстоящей встречей. Только знание пришло слишком поздно, так как ковёр под моей ногой внезапно ушёл вниз, и я провалился под пол, пролетев, наверное, метров семь, больно рухнув на каменный пол. Понадобилась секунда, чтобы прийти в себя и применить одно из заклинаний, убравших резкую боль из колена и локтя, которыми я ударился о камень. Моя ругань потонула в громком каменном скрежете и ударе. Такое чувство, что кто-то поднял каменный пол и уронил его на место, закрывая дыру в потолке. Я даже толком понять ничего не успел, всё произошло очень быстро.

Встав, я больно ударился головой о потолок, точнее, о каменную плиту, накрывшую меня в крошечной комнатке, как в склепе. Под ногой что-то хрустнуло и с костяным стуком покатилось в угол. Голову даю на отсечение, что это был череп. Запалив на ладони белый огонёк, я в этом очень быстро убедился. В углу крошечного каменного мешка лежал череп, глядя на меня пустыми глазницами. Остальные кости были растащены по углам крысами.

— Вашу же мать! — выругался я. Сосредоточился, пытаясь выделить Ивейн. Получилось это очень легко. — Ивейн! Берите всех, кто в доме, за жабры и вытаскивайте меня из подвала. Что-то предчувствие у меня…

Предчувствие не обмануло, так как послышался громкий писк, стремительно удаляющийся, а следом что-то загрохотало, и в комнату начала быстро прибывать вода через небольшую щель между полом и дальней стеной. Я попытался толкнуть плиту над головой, но быстро понял, что это не под силу даже дюжине крепких мужчин. Вода, поднявшаяся уже до щиколоток, оказалась леденяще холодной. Наверняка канал, несущий её сюда, был связан с рекой.

— Кифа, — закатав рукав, я посмотрел на серебряную змейку. — Ты далеко от Тали? Передай ей, что мне очень нужна её помощь. И чем быстрее, тем лучше. Ладно, я утонуть не смогу, но замёрзну же к демонам собачьим…

* * *

Несколькими минутами позже, подвал дома Разговоров

— Его не поддеть, — сказала Виера, осматривая стык каменной плиты с полом. — Щели нет.

Каменная плита была около трёх метров в длину и почти два метра в ширину, Виера даже не представляла, сколько она могла весить.

— В доме пусто, — в подвал, прямо через дыру в гостиной, спрыгнула Фир. — Кроме старика, который… никого нет.

— Всех убью! — злобно прошипела Пин, отрывая взгляд от очень хитрой конструкции, удерживавшей камень до того, как он сполз в нишу.

— Его же как-то вынимали и устанавливали на эту штуку, — сказала Ивейн.

Гуин, ходившая вокруг плиты, опустилась на корточки, пытаясь просунуть лезвие ножа между плитой и полом подвала.

— Оттуда сквозняком тянет, — сказала она, протягивая ладонь.

— На стене водоросли, — вставил Тэчч. — На две ладони от пола. Значит, подвал затапливает водой.

В этот момент в подвале закружил хоровод из золотых искорок, из которых шагнула молодая светловолосая девушка.

— Госпожа Тали, — облегчённо вздохнула Ивейн. — Берси…

— Я знаю, — сказала она, оглядывая подвал и опуская взгляд на каменную плиту.

В этот самый момент из щелей плиты начала подниматься вода.

— Великая мать! — ахнула Ивейн, но Тали остановила её жестом.

— Он не утонет.

— Вы можете его оттуда вытащить? — спросила Ивейн и даже до крови закусила губу.

— Только если знать, откуда приходит вода, — хмуро сказала Тали, затем добавила что-то на незнакомом языке. — Люди! Проклятые существа! Жалкие, но упорные и изобретательные. Рано или поздно они всегда добиваются своего.

— Ледяная, — сказала Уни, коснувшись ладонью воды, поднявшейся уже на сантиметр. — Как быстро прибывает…

— Госпожа Тали…

— Успокойся, наконец! — рявкнула Тали так, что от её голоса задрожали стены, а по воде пошла крупная рябь. — Лучше найдите и разберитесь с теми, кто это задумал и сделал. И не мешайте.

Две тас’хи смотрели на вырывающуюся из-под камня воду застывшими, превратившимся в