Тип из фирмы, без зазрения совести предложивший мне этот рыдван, даже не покраснел, называя цену: двадцать дублезов в день плюс горючее! Я заплатил без звука — в конце концов это были деньги Танжерской всеобщей, — напялил космический костюм, влез в кабину этой реликвии, привязал ремни и кивнул грабителю. Тот раскрыл ворота.
Роллер тянул немного вправо, и мне приходилось удерживать его, чтобы не войти в штопор. К моему удивлению, часа через четыре, летя по заданному курсу, я увидел впереди огромную желтую букву X — знак частной концессии. Астероид был небольшой — метров семьсот в диаметре. Возле посадочной площадки стоял припаркованный роллер, а по соседству виднелся переносной жилой купол. Роллер был побольше моего, но не в лучшем состоянии. На куполе выделялись заплаты.
Карпен скорее всего сидел дома в ожидании покупателя. Изыскатели его типа работают в одиночку и не связывают себя контрактами ни с одной из крупных фирм. Они оформляют концессию на свое имя и ждут покупателя повыгоднее. Такая форма продажи требует массы времени Опытный старатель не тронется с места, иначе кто-то может высадиться и урвать кусок. Не так много надо взрывчатки, чтобы сделать из одного астероида два и тут же застолбить отколотую часть на собственное имя. Космическая катастрофа — ищи потом виновника…
Я поставил свой роллер рядом с хозяйским, укрепил на голове прозрачный шлем и включил систему автономного питания скафандра. Потом осторожно открыл дверцу и тихонько вылез на астероид.
В куполе не было окна, и я не знал, заметил ли Карпен мой приезд. Я постучал своей металлической перчаткой по обшивке и услышал какое-то движение.
Но открывать мне не торопились. Заснул он там, что ли?! Наконец дверь приоткрылась. Наклонив голову, я вошел. Подождал, пока наполнится воздухом шлюз, и отвинтил внутреннюю дверь.
Прямо на меня глядело дуло револьвера.
Я остановился, чуть приподняв руки. Меня вовсе не устраивало получить для начала дырку в брюхе.
— Кто вы такой? — спросил Карпен.
Директор из Атроник-Сити был прав: Эйб Карпен являл точную копию старателей, которых я видел у него в приемной. Маленький, сухой мужчина без возраста. Ему можно было дать и сорок, и все восемьдесят, если бы я не знал, что ему под пятьдесят. Морщины делали его лицо похожим на вспаханное поле. Тонкий, почти лишенный губ рот. В жилистой руке он сжимал револьвер.
Засаленная майка, протершиеся брюки, обкромсанные по щиколотку, стоптанные сандалии. Это меня не удивило — температура под куполом не опускалась ниже тридцати двух градусов. Даже новое наружное покрытие плохо отражало солнечные лучи.
А вот револьвер как-то не вязался с внешностью Карпена. Сама мысль о том, что этому старому мизантропу достало сил отправить на тот свет компаньона, показалась мне абсурдной.
Должно быть, я простоял так довольно долго, потому что он переспросил: “Кто вы такой?”, сопроводив свой вопрос нетерпеливым движением дула.
— Стентон, — ответил я. — Джед Стентон из Танжерской всеобщей корпорации. Могу показать вам удостоверение, но оно во внутреннем кармане.
— Достаньте. Только без резких движений.
— Договорились.
Избегая согласно требованию резких движений, я вылез из комбинезона, запустил руку в карман, извлек бумажник, открыл его и показал удостоверение с фотографией, подписью и отпечатком большого пальца. Удовлетворенный, он кивнул и отшвырнул револьвер на кровать.
— Приходится быть начеку, — сказал он. — Здесь у меня колоссальная жила.
— Я слышал, — приветливо бросил я. — Поздравляю вас.
— Благодарю. Вы, видно, по поводу страховки Джефа?
— Совершенно верно.
— Я так чувствую: вы не хотите платить… Что ж, ничего удивительного.
Терпеть не могу старых ворчунов!
— Меня послали уточнить кое-какие детали.
— Понятно, понятно. Хотите кофе?
— Спасибо.
— Можете сесть в кресло. Это Джефово.
Я осторожно опустился в складное парусиновое кресло, а он направился в кухонный отсек сварить кофе.
Под куполом было одно помещение диаметром метра четыре с половиной. Стены до высоты двух метров шли вертикально, а затем, легко изгибаясь, смыкались в центре.
Купол установили прямо на астероиде, поэтому каменный пол был неровным. Справа от входа стояли два стула и стол, немного поодаль — кухонный отсек и подобие загроможденной кладовой. Посреди возвышалась отопительная система, но сейчас, слава богу, она бездействовала. Пот градом катился у меня со лба. Я стянул через голову рубашку и вытер ею лицо.
— Жарко у вас, — сказал я.
— Привыкаешь, — буркнул он.
Но я ему не поверил.
Карпен принес кофе. Горький, мерзкий, вполне в духе этого отшельника. Но вслух я произнес:
— Отличный кофе.
— Да, — кисло подтвердил он. — Может, перейдем к делу?
С заскорузлыми стариками есть только один способ общения: жесткая атака.
— Речь идет вот о чем, — начал я. — У нас, разумеется, нет никаких претензий, но правление, прежде чем перевести на ваш счет десять тысяч дублезов, хотелось бы убедиться, что все сделано в соответствии с правилами. Ваш компаньон заполнил формуляр с требованием возвратить названную сумму и тут же умер… Согласитесь, довольно необычное совпадение.
— Отчего же? — Он отхлебнул из чашки и исподлобья взглянул на меня. — Мы нашли жилу. И поняли, что на сей раз это верное дело. Ведь Джеф вносил деньги как раз на тот случай, если мы ничего не найдем. Но когда мы убедились, что попали в яблочко, он мне сказал: “Слушай, зачем мне теперь пенсия?”- и заполнил формуляр. Потом мы откупорили бутылку. А вскоре он убился.
Послушать Карпена, все выходило просто и естественно. Слишком естественно.
— Как произошел несчастный случай? — спросил я.
— Точно я не могу вам сказать. К тому времени я уже здорово набрался. Ну что я видел и помню? Джеф надел комбинезон и сказал, что пойдет пометить астероид. Он тоже с трудом держался на ногах. Я сказал ему, что дело вполне терпит до утра, лучше проспаться. Но он меня не послушал. Чертыхаясь, я тоже натянул на себя комбинезон и вылез за ним. Тут-то все и произошло.
Он сделал два жадных глотка.
— Что произошло?
— Он шел с распылителем в руке, стараясь изобразить краской икс. Но здесь, вы видели, полно острых выступов. Он споткнулся, потерял равновесие и плашмя упал вперед — на один из таких выступов. Ну и тот пропорол ему комбинезон.
— А я слышал, он исчез.
Карпен подтвердил:
— Да, он еще успел встать, воздух под давлением стал выходить из дыры, его отбросило — и поминай как звали…
