люди платили жизнью за такое оценки», – подумал Д.С. без всякого чувства превосходства. Он попятился, ступил на стеклянную площадку и услышал хруст под подошвами. Толстый следовал за ним:
– Вы не имеете права…
«Ну, как хочешь, Кинг-Конг». Д.С. нажал на спуск, выстрелил в воздух мимо уха мужчины. Это подействовало, но совсем не так, как ожидалось.
– Эта скотина! Этот… Вы это видели?
Коллективный крик ярости не оставлял сомнений в том, как толпа оценила происходящее.
– Ах ты, старая свинья асоциальная, я тебе покажу! – И толстый вне себя ринулся вперед.
Д.С. обернулся, увидел, что Джим и Кенни уже сидят в машине, Джим протягивает ему руку. Стекло трещит, трескается – проламывается. Он делает прыжок, хватается за протянутую руку, его втягивают внутрь, дверца закрывается, Кенни переключается на ручное управление и дает полный вперед. Под ними преследователи скрываются под дождем стеклянных обломков.
– А ты уверен, что A.R.E.S. не мог хакнуть сам себя? – прохрипел Джим. – Мне просто интересно.
Кенни заложил поворот.
– Ни в чем нельзя быть уверенным.
– Кенни? – Эльмар. – Джим, вы меня слышите?
– Мы уже в пути, – сказал Джим. – Попробуем добраться до «Тутто».
– С вами все в порядке? – спросила Элинор.
– Майли погибла.
Короткое молчание, затем:
– Мы потеряли Джейдена.
Д.С. видит, что Джим при этих словах побледнел еще больше. Причина лежала на поверхности: оба были укушены этими тварями.
– А что с Марианной? – быстро спросил он. – Она в порядке?
– Марианна осталась на корабле.
– Она что?
– Об этом после, – бросил Эльмар. – Лучше смотрите, как выбраться отсюда.
Электролет «лилиум» летел на предельной скорости над районом Пасифик-Хайтс в сторону Калифорния-стрит и Ноб-хилла. Кенни, кажется, хотя бы временно овладел своими возбужденными нервами. Он сосредоточенно управлял джетом, лавируя между безумными дронами и глиссерами. Д.С. смотрел вниз. На улицах царил хаос. Машины горели, врезались друг в друга, некоторые охотились на бегущих прохожих. Картинки вспыхивали, как под стробоскопом. Утрата контроля была массовой, всякий общественный порядок разрушился, кругом мертвые и раненые, насколько хватало глаз. Бегущие, едущие, шагающие, ползущие, карабкающиеся машины, созданные для того, чтобы служить, предавались убийству и слепому разрушению.
Кенни нахмурился.
– А эти как тут очутились?
Впереди и выше неподвижно завис в воздухе один из грузовых дронов, которые приближались со стороны моря. На его нижней стороне красовалась надпись большими буквами: Buddy Bug.
– Облетаем, – сказал Джим. – Подальше от этой штуки.
Но не успел он договорить, как брюхо дрона раскрылось. Оттуда вырвался черный кулак, рассыпался и разлетелся в разные стороны, как будто чтобы создать себе обзор, затем он начал вращаться и уплотнился в вертикальный штрудель. Атака, казалось, не была направлена непосредственно на «лилиум», но все-таки была слишком близко. Внезапно вокруг них закипел воздух. Даже не видя близко ни одного потрошителя, Д.С. интуитивно опознал, какие силы формируют этот смерч, который только что лишил их всякой ориентации. Кенни испуганно сбавил темп и дал джету опуститься ниже.
– Наверх! – крикнул Джим. – Повыше! Эти как раз стремятся вниз.
Вокруг них закручивался этот торнадо, словно град, жесткие тела бились об обшивку. Джет стал вслепую подниматься вверх. С высоко задранным носом он вырвался из беспокойной чехарды в синее небо и навстречу летомобилю департамента полиции Сан-Франциско, который оказался слишком близко, чтобы успеть от него уклониться. Кенни дернулся направо. Электролет «лилиум» задел хвост полицейской машины, потерял устойчивость и завертелся как юла.
«Тоже мне господин в небе», – подумал Д.С.
В следующие секунды всплыли неприятные воспоминания о схожей ситуации в «Сикорском», но тогда внизу были заросли и болота, и пилоту еле удалось стабилизировать вертолет. Здесь же центробежная сила несла их на скалу небоскреба, увенчанного звездно-полосатым флагом, с панорамным остеклением верхнего этажа: «Самая высокая отметка», легендарный бар не менее легендарного отеля «Марк Хопкинс». Кенни пытался рвануть джет в сторону – с половинчатым успехом. И они проломили стеклянный фронт не в лобовом столкновении, а хвостовой частью, перемололи под собой стулья, столы, вазы и рододендроны, покатились юзом и врезались в эмпору, железный парапет которой грубо остановил их. Они повалились друг на друга, как куклы, небрежно брошенные в ящик. Хватаясь за что придется, поднялись. Ощупали головы, конечности, но, кажется, никто не получил серьезных повреждений. Кенни попытался оживить сопла, чтобы джет задним ходом выбрался наружу по проделанной просеке, но извлек из турбин лишь жалобный протест. Джет дернулся и встал на дыбы, но тут же упал назад. Они не сдвинулись ни на сантиметр, хотя все системы работали исправно.
– М-да, – Джим осмотрелся покрасневшими глазами, – мы застряли, Кенни-бой.
Кэнъити открыл дверцу. Они вышли и увидели, что часть железного парапета застряла у джета в хвосте и при этом множество обломков попало в механику. Между турбинами заклинило ножки стульев, ветки и всевозможный декоративный хлам. Обломками фарфора, ножами и вилками были усеяны сорванные со столов, испятнанные вином скатерти, одна из которых, как показалось Д.С., покрывала чье-то тело. Он присел на корточки – при этом пятна все меньше походили на красное вино, – поднял краешек скатерти и посмотрел в застывшие глаза. Горло женщины было вспорото, нет, растерзано. Теплая кровь стекала на ковровое покрытие пола, в любом случае через пару минут она будет мертвой. С недобрым чувством он окинул взглядом не такой уж и пустой бар, увидел за одной колонной ногу, а там выглядывала рука… Простертые тела перед стойкой, трупы у входа, которые выглядели так, будто их сбило с ног в тот момент, когда они пытались в панике выбежать наружу… И он крепче сжал свой автомат.
– Поторопитесь, – сказал он. – Это мертвый дом.
Кенни проследил за его взглядом, обломок ножки стола выскользнул у него из рук и ударился о пол.
– Ах ты ж черт, – прошептал он.
– Не смотри туда, самурай, – прохрипел Джим. – Мы сейчас.
Сообща они отодвинули парапет в сторону. Канадец испустил вздох, закатил глаза и опрокинулся на спину, вцепившись руками в грудь.
– Эй, – Кенни опустился перед ним на колени, – держись.
– Что? – Джим, часто моргая, вскочил, снова присел. – Что ж такое?
– Крепись, Джимми. Нам надо бежать.
– Я принесу воды! – Д.С. потопал через эмпору к стойке, стараясь игнорировать мертвых, и только сейчас, к своему изумлению, увидел, что за стойкой кто-то стоит.
Не человек. Робот, сформированный под человека, с улыбкой на примитивном лице и в нарисованной ливрее. Маска перманентной приветливости была направлена на Д.С.
– Доброе утро, сэр. Замечательно хороший день сегодня, вы не находите?
– Это в глазах смотрящего. Бутылку воды, быстро.
– Конечно. С газом или без?
– О господи, какая мне… Пусть будет без газа.
Автоматический бармен нагнулся к холодильнику и подозрительно быстро оказался у стойки.
– Пожалуйста, сэр. Куда
