они просто теряют голову и безо всякой осторожности ищут его источник, — пояснил Илья. — В том случае, о котором пишет Доктор Акула — у «уэтли» развилась форма агрессии к тем, кто благоухал кое каким запахом особым.
— А в 1939 году какие-то умники из «Крест и Бог» (полурелигиозная политическая организация, существовавшая в США. Примечание автора) решили использовать этих существ в войне. Науськивать на противника при помощи этих веществ. В общем, испытания провалились с таким треском, что просто вспомнить приятно, — усмехнулся Громокряк. — Однако сама понимаешь, что против твоих арктических привидений ни одна армия не выстоит. Наших, американских «уэтли» можно хоть простым оружием уделать, а вот твоих келе — уже фиг. Тут пушку надо.
— Так вот, Елена, «Крест и Бог» не в последнюю очередь планировали применять «уэтли» против СССР. До Перл-Харбора тогда было несколько лет и все были убеждены, что главный враг США — СССР. После испытаний «уэтли», их планировалось отдать в японскую армию — для действий против СССР — представляешь, что могли натворить плотоядные головоногие, умеющие маскироваться идеальнейшим образом?
Илья потянул Громокряку чашку с чаем.
— Таким образом, надеюсь, ты поймешь, почему Биоинституту и ОБО, надо действовать в теснейшей связке, несмотря на «хотелки» наших правителей. Только так мы сможем вовремя отреагировать на удары судьбы, — проговорил Директор Биоинститута. — Американские «уэтли» были страшными существами, но по сравнению с нашими русскими келе — они просто болонки, против волкодава. Представь что будет, если их получат в свои руки какие нибудть люди типа тех, кто решит, что натравить на людей таких существ — весьма хорошо для «идей демократии», так ведь говорят, да, Громокряк?
— «Демократических ценностей», — Громокряк отпил чаю. — Поймите правильно, мисс Елена — если мы не будем готовы к тому, что какой нибудь сумасшедший фанатик, тайком. Провезёт в нашу страну что-то нехорошее… то мы имеем все шансы проиграть. Уж вы то должны понять, что люди любят баловаться силами, которых не понимают, так как верят, что им по плечу эти силы обуздать.
Елене стало немного не по себе, но затем она вспомнила о том, как вела расследование в 1952 году, в городе Новаградске, где она и приданный ей в помощники Олег, столкнулись с очень необычным веществом, которое происходило аж из США и было волею судеб занесено в СССР «ветрами» Великой Отечественной. Тогда только консультации Ильи с ОБО помогли разобраться в этом непростом деле. Трудно было бы представить, что могло быть, не имей Биоинститут хоть какого-то мало-мальски нормального общения с американцами.
— Твою добычу я отправил в Новаградск, — проговорил Илья. — Потом, когда исследуем это гигантское головоногое, то передадим всё что знаем — Громокряку. Пусть он и его люди «держат на пульсе» руку и присматривают за биологическими лабораториями США.
— Как скажете.
— И приготовься, тебе придётся лететь на Кубу.
— Опять? — удивилась Елена. — Зачем?
— Что-то случилось у одного из островов, около Кубы… Говорят, что там на дне океана видели странную штуку… Нечто вроде подводной лодки…
— А что такого в затонувшей подводной лодке?
Илья посмотрел на Елену и растянул губы в кривой усмешке.
— Она большая. ОЧЕНЬ большая. Вполне возможно, что это — «Икар»…
