– Господин Хыгр! – прогремел король. – Отныне начальником моего сыска становитесь вы! Найдите убийцу господина Шарля.
– Да! – рявкнул Димка.
– Кто мог убить его?
– Моя не знать!
– Прежний хоть хумансом был, пусть и ненормальным, – простонали сзади, – а этот и вовсе яггай…
– Яггай? А я думал, они вымерли.
– Видимо, не все…
– Да и ладно, – проговорил кто-то. – Этот особый сыск – личная королевская игрушка, толку от него никакого. Пусть хоть свою лошадь начальником делает…
– Клянешься ли ты верно служить своему королю, всеми силами искать преступников, доносить о готовящихся преступлениях?
– Да! – Димка вскочил на ноги.
– Да здравствует король! – рявкнули за спиной.
– Хыррр хырр хырррр! – поддержал бодрым ревом Димка.
– Он же почти не говорит! – простонал все тот же пессимистически настроенный дворянин. – Как он будет работать?
Король встал было со своего трона, но тут вспомнил об одной мелочи:
– Граф Анри, введите нового начальника в курс дела.
– Слушаюсь. – Энтузиазма в голосе гоблина Анри не было ни на грош, к тому же именно он оказался обладателем пессимистических настроений.
Димка осмотрел толпу. Начальник королевской полиции, судя по выражению лица, мысленно выругался, герцог Алекс задумался над тем, как ему расследовать заговор, о котором знал только ныне покойный господин Шарль. И вообще, неизвестно, существовал ли заговор или господин Шарль все-таки двинулся умом перед смертью. Военный министр Грегуар был спокоен, как удав. В толпе Димка увидел зомбика в шарфе цветов городской полиции. Тот поймал взгляд и подмигнул.
В управлении королевской полиции граф Анри завел Димку к себе в кабинет и долго молчал. Судя по всему, мысленно произносил все то, что хотел бы высказать вслух, но что не позволяло сделать то ли воспитание, то ли незнание, чего можно ожидать от огромного лохматого монстра.
Затем новый начальник выдал краткий инструктаж, прозвучавший как пояснение для идиота – он постоянно повторял: «Ты меня понимаешь?» – и заключавшийся в следующем.
Димка как начальник особого королевского сыска должен был заниматься расследованием тех преступлений, на которые ему укажет лично король. Если господин Хыгр – прозвучало как грязное ругательство – будет не занят исполнением королевских поручений, то он, граф Анри, имеет право использовать его для расследования любых преступлений, которые посчитает интересными для уважаемого господина начальника. Например, расследование контрабанды оружия и поиск Летучего Мыша достались господину Шарлю в момент вынужденного простоя, а вот поиск Сапожника – приказ короля. Сейчас он, господин Хыгр, займется розыском убийцы господина Шарля, поэтому он, граф Анри, новых приказов ему пока не даст.
Поэтому идите, господин Шарль, тьфу, господин Хыгр, пока я вас не вызову…
Из-за двери, закрывшейся за Димкиной спиной, раздался звон разлетевшегося по стене стакана и невразумительный рык.
На выходе из управления Димка стал обладателем серебряного жетона начальника особого королевского сыска, нескольких злобных взглядов от «счастливых» сослуживцев и богатой коллекции ругательств, прозвучавших, когда все думали, что он не слышит.
В управлении была разъездная карета, которая и довезла Димку до дома.
Суматоха утихла, встретившаяся на лестнице хозяйка дома поздравила Димку с новым назначением, сообщила, что господин Арчибальд уже занял квартиру, но благородно оплатил и его проживание, а также женщина вручила Димке забытые им документы, которые она уже давно оформила. Вот было бы здорово, если бы его остановил полицейский патруль для проверки документов. Интересно, жетона бы им хватило? Или все-таки потащили бы в участок для установления личности?
В спальне, глядя на лежащее под простыней тело, мрачно сидели Жозеф и дедушка Арчибальд. Жозеф скорбно молчал, дедушка тихонько бормотал то ли молитвы, то ли ругательства. Димка неловко постоял в дверях и тихонько убрался на кухню приготовить перекусить. Горе горем, а есть-то хочется…
На запах жареного мяса в кухню пришел Жозеф, уселся за стол и закурил трубку. Димка пододвинул ему тарелку с мясом и хлебом. Черный эльф задумчиво переложил ломти хлеба кусками мяса и отставил в сторону получившийся гипербутерброд. Чего он так расстраивается?
– Зачем твоя?..
Из возможных выражений скорби в Димкином лексиконе было только слово «плакать». Но Жозеф не плакал. К счастью, он понял вопрос.
– Чарльз был другом. У черных эльфов мало друзей.
– Твоя называть его не так. Зачем?
Жозеф рассказал.
И Шарль и Жозеф были родом с острова, о котором яггаю уже как-то рассказывали, с того самого, где сильны традиции кровной мести. Традиция эта, оказывается, пошла как раз от черных эльфов, которых всегда было слишком мало, чтобы прощать убийства соплеменников. Соответственно относились к ним в Этой стране, как в Италии к сицилийцам. Дружеские отношения завязывались только между земляками. Поэтому остров жил немного обособленной от остальной страны жизнью, и местные жители разговаривали на своем языке, ну и имена произносили по-своему.
Жозеф рассказал, что черные эльфы тяжело сходятся с другими людьми из-за вечных подозрений в следовании традиции мести, поэтому друзья у них появляются только в детстве и юности. У Жозефа, давно уехавшего с острова и ставшего антикваром, из всех друзей в живых оставался только Шарль. А теперь и вовсе никого…
Что-то Жозеф все-таки недоговаривал, создавалось впечатление, что он почему-то считает себя виноватым в смерти господина Шарля, но понять почему, Димка не мог.
В дверь постучали. За разговором наступил вечер, приехали за телом.
Димка открыл. На пороге стояли два унылых эльфа в розовой одежде.
– Где тело?
Димка посторонился. Эльфы забрели в спальню. Следом заглянул Жозеф.
Гробовщики вяло поругались с дедушкой Арчибальдом на тему, обмывать тело или не стоит. Обязательной традицией обмывание не являлось, поэтому оплачивалось дополнительно. Скупердяю дедушке это не показалось необходимым. В итоге сошлись только на лице.
Эльфы откинули простыню, аккуратно стерли с желтого застывшего лица – Жозеф тяжело вздохнул – полоску крови, вытекшую изо рта, и начали грузить тело в гроб, стоявший на носилках. Гробы в мире Свет были похожи на длинные прямоугольные ящики с боковыми ручками. Розового цвета.
Вместе с телом в гроб уложили и простыни, залитые кровью. Хотя дедушка Арчибальд порывался их собрать и отстирать.
Скорбная процессия двинулась на улицу, к стоящему у крыльца катафалку, того же мыльно-розового цвета. Впереди четыре эльфа тащили гроб, сзади ковылял дедушка Арчибальд, за ним плелся Димка.
