Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 106
— Да неужели неясно? — Гоблин всплеснул руками. — Поссорились мы, и дварф, рванув на пузе кольчугу, предложил пойти выйти.
— Откуда выйти?
— Да вот в том и дело, что мы в тот момент были на открытом воздухе. Он это сказанул по запальчивости, не разобравшись в моменте! Но сам, должно быть, знаешь, дварфийское слово — мифрил, так что, дабы приступить к сведению счетов, по нашему рыцарскому обыкновению, нам откуда-нибудь выйти надо. Вот и решили — пойдем выйдем в Рухуджи, там-то и подведем итоги, там-то и проясним виноватого!
— О! Так что написать? Цель поездки — дуэль?
— Если можно, «битва». Дуэль — очень уж по-эльфийски, засмеют же.
— Что ж, пусть так, хотя это звучит и очень многозначительно. Господа, предупреждены ли вы о том, что ждет вас на территории Рухуджи?
— С удовольствием послушаем знающего человека, — поспешно обогнал гоблина дварф.
— Не угодно ли в таком случае присесть, перевести дух, перекусить с дороги?
— Лишь бы не в баньку париться, а пожрать мы всегда рады!
— Бинго, нам ехать надо.
— Окстись, полуборода! Я целый день не жрал толком, это ты чего-то жевал всю дорогу, да не поделился!
— Я кору жевал, для зубов полезно. Ты и сам себе мог нагрызть. Комендант, мой друг прав, пожрать мы всегда… тем более в дороге поиздержались, но и ехать нам надо. Так что давайте без церемоний уж, по-простому как-нибудь, и заодно узнаем, что нас там ждет, а то он мне все уши прожужжал про тамошние ужасы, но что-то чем дальше, тем меньше я ему верю.
— Прими коней у милордов, — приказал Лукас адъютанту. — Прошу сюда, под навес. Затягивать нам ни к чему, вот разве что из личного интереса хочу поинтересоваться, к какому рыцарскому ордену принадлежите.
Дварф, слезши со своего ослика, вопрос переадресовал товарищу и заранее скривил рожу, словно извиняясь за него.
— Мы из ордена Бугенвагена, — не моргнув глазом ответил тот. — Вот товарищу моему принадлежит честь быть его основателем. А я так, на подтырках, хотя тоже не последнее лицо, этот я… конюшенный.
— О, для меня большая честь. Садитесь за стол, я распоряжусь насчет трапезы.
Лукас заглянул на кухню и отдал распоряжения, вполуха прислушиваясь к возне и переговорам полушепотом за столом:
— Орден Бугенвагена?!
— Ненуачё?
— Ничего лучше не придумал?
— Назвать же надо было! Чё ты хотел, чтоб я помянул орден сабли, то есть шпаги, то есть меча, то есть двух мечей, то есть трех мечей, пока не попал бы?
— Ах ты!.. Троллей всех он знает поименно, а пару всамделишных рыцарских орденов запомнить не умеет!
— Ну, виноват, нашлась проруха.
— И что такое — конюшенный?
— Важное звание, я сам слышал. Наверное, что-то вроде — домовой, леший, водяной… конюшенный.
— Да ты идиот. Ты понимаешь, что нас сейчас схватят и скрутят?
— Пока нет… я же идиот, мне простительно.
— Не буду я вас хватать, судари, — успокоил Лукас, выходя из кухни с кувшином в одной руке и тремя кружками — в другой. — Что вы не рыцари, я издалека разглядел, но не вижу ничего скверного в том, что кто-то стремится быть рыцарем, тем более не корысти ради, а направляясь в сумрачные земли чуждого королевства… воистину надо быть рыцарем по духу, чтобы не бежать такого сурового пути.
— А он вот и правда лыцарь, — наябедничал Бинго. — В своих, дварфийских терминах. А я молодой еще, выслужусь.
— Доля рыцаря тяжела, порою до неподъемного, — поделился комендант наболевшим, расставил кружки и принялся разливать по ним крепленый яблочный взвар. — Это тебе не только мечом бряцать, но и быть неизменно образцом для подражания, безошибочно отделять добро от зла, неустанно охранять справедливость, быть неутомимо куртуазным с дамами… стихосложение это, будь оно неладно! Розы-мимозы… с утра крутится, а все никак!
— Подумаешь, сложности. — Гоблин пожал плечами. — Эка невидаль — стихосложение! Это диво — так уж диво: дварф нахмурится гневливо, посереет, как гранит, люто воздух осквернит, размахнется топорищем так, что всяк смельчак задр…
— Кхм! — оборвал его дварф, для убедительности запустив кулаком под ребро. — Мы все поняли, сэр комендант. Совершенно не претендуем на бытность эталонами рыцарства, хотя мимо несправедливости стараемся не проходить.
И выразительным взором, обращенным на гоблина, призвал его промолчать насчет того, в какую сторону они обыкновенно урегулируют встреченную несправедливость.
— Да ладно грузить-то! — Гоблин цапнул кружку. — Лыцари, шмыцари… главное — не быть дуподрюком! Давайте за встречу.
Возражений не нашлось, взвар пошел хорошо, и Лукас немедленно налил по второй. Из кухни появился повар, неся большое блюдо с колбасками.
— Так что вам рассказать о Рухуджи… — Комендант возвел очи горе, собираясь с мыслями. — Просто чтобы лишними деталями вас не травмировать… вы имеете что-то против тамошней политики?
— Ничего, — заверил Торгрим твердо, приглаживая обрезок бороды, ноющий фантомной болью.
— Пока ничего, — поправил Бинго, в иных делах страсть как щепетильный. — Ибо с нею незнакомы и по своей воле знакомиться не собираемся, а там как получится. Нам бы через те края проехать, по возможности ни с кем не задираясь. Правда, дварф ныне не в себе, потеря бороды его крепко подкосила, сегодня с утра на бурундука с топором бросился.
— Не по злу, а с голодухи, — пояснил Торгрим смущенно.
— Это я проясняю, что мне в подорожной написать. У нас с Рухуджи суррогатный мир, на въезде с вас потребуют документ, и хорошо бы, чтоб он был убедителен и непротиворечив, не то им будет лишний козырь в юридической волоките, что зовется дипломатией. Ежели, к примеру, напишу там, что вы по торговым делам, а вы на первого же встреченного лорда с топорами наброситесь…
— Бросаться не будем, ни к чему нам. А что, у них лорды есть? Вот этот рассказывал, что там сплошное разгильдяйство.
— Не сказать, что он неправ. В Рухуджи есть король, но не как у нас — наследственный монарх, а выбранный на совете местных лордов, и над ними он старается властью не заигрываться, а когда наконец забывается, его живенько смещают и нового пихают на трон, и ведет он внешнюю политику, пока опять в результате внутренних дрязг не сменится. Лорды же держат большинство внутренних территорий и на землях своих сами себе короли. Правда, стоит отметить, что земли их большей частью дики, поросли лесом, и многие племена, на них обитающие, про своего лорда и не слыхивали.
— У вас тоже так, Бинго?
— Ну, что-то вроде. Про Марку кланов я впервые услышал, уже когда с гор спустился.
— Дикари!
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 106
