Боцман все вопрошал и вопрошал — что же им сделать с пленным пиратом, которого не существовало, — а команда хором предлагала различные способы испортить грязному морскому грабителю последние часы его жизни.
Рано поутру Тобиус не стал дожидаться, пока шхуна войдет в гавань. Серый магистр поднялся в воздух и устремился к земле на Крыльях Орла. Прежде всего Тобиус вернулся на маяк, чтобы забрать своих големов. Его не встречали, никто не ожидал его появления, маг просто вошел внутрь и обнаружил Забияку со Жнецом там, где их оставил. Не решившись тревожить хозяина, он достал из сумки свиток плотной синей бумаги, укрепленный на деревянной ручке, который в одно мгновение удлинился и множество раз обернулся вокруг ходячих кукол, после чего големы оказались внутри магического артефакта в виде набора линий и знаков, а свиток вернулся к нормальной длине. Тобиус был очень доволен собой, когда создавал этот полезный артефакт, опираясь на инструкции, найденные в Шангруне. В отличие от Лаухальганды, свиток-кладовая не капризничал и не упрямился, когда его просили что-то «проглотить» или «выплюнуть».
Он летел над дорогами, по которым текли потоки беженцев, окунался в зловоние, царящее над их лагерями. Где бы ни мелькала его парящая фигура, слышались возгласы удивления и надежды, а также стоны разочарования и плач. Тобиус летел прочь от войны. А ведь он мог бы лететь на запад, туда, где солдаты Ривена нуждались в помощи. Ему оставалось лишь стискивать зубы и набирать скорость, чтобы поскорее уйти от чужих взглядов. Не мог же он, в самом деле, останавливаться каждый раз и объяснять всем, что не является трусом, бегущим прочь от опасности, а просто должен получить назначение и действовать с наибольшим толком. Вдобавок ко всему раздувшаяся почерневшая рука болела не переставая. Если бы не многочисленные чары и те лекарства, которыми он себя накачал, Тобиус не смог бы даже на ногах стоять от боли, не то что летать.
Ордерзее предстал перед ним таким, каким Тобиус его еще не видел за все годы жизни в столице. Народ тугим потоком втекал во все городские ворота, сотни телег с продовольствием и различным сырьем спешили на ордерзейские рынки или к государственным скупщикам. Столица пополняла запасы. Несколько частей крепостной стены и башен были овиты системой строительных лесов, каменщики обновляли и укрепляли древние стены и бастионы, которые много раз останавливали врага в прошлом. Тобиус видел, как на галереях ставят огромные пушки, отлитые из черного металла и украшенные рельефными змеями. Коренастые фигурки, суетящиеся вокруг грозных орудий, говорили о том, что отцы города не пожалели злата, чтобы нанять гномских инженеров и закупить их артиллерию — лучшую в известном мире. Непосредственно за стенами на расчищенных пустырях городской окраины устанавливались более традиционные осадные машины — требюшеты. А еще огромный черный котел, сверкающий позолоченными украшениями, изображающими лики старых гномских богов. Только то был не котел, а огромная мортира, стоящая на укрепленной платформе, магистр лишь на иллюстрациях в книгах видел такое. Он применил Взор Орла и смог прочесть рунический текст, выбитый на позолоченной табличке, что крепилась к массивному лафету мортиры.
«Risteng Fieller en Storg og Forvilderer Kaal off Stamfere».[58]
Что-то промелькнуло перед лицом с тихим шелестом. Опустив глаза, Тобиус увидел на стене стрелка, опускающего арбалет. Рядом с ним стояли три мушкетера, выцеливающих мага, и священник, читающий молитву, как видно благословляя их оружие. Маг понял, что он просто привлек их внимание и они пока что выжидают, не зная — стоит ли палить прицельно? Невольно представив ощущение от намоленной стали у себя в животе, он решил, что лучше спуститься вниз, к парапету.
— Тобиус Моль, магистр Академии Ривена!
— Предъявите медальон, пожалуйста!
— Прошу, святой отец.
Священник взвесил в руке знак принадлежности к Академии, внимательно осмотрел и вернул владельцу:
— Подлинник.
Мушкетеры опустили оружие.
— Я только что вернулся из длительной поездки по заданию Академии и теперь направляюсь в Пристань Чудес. Почему на стенах нет магов? Разве они не должны сейчас накладывать сеть защитных чар?
Выражение лица клирика показалось Тобиусу странным.
— Думаю, вам лучше самому все выяснить, магистр Тобиус. Возможно, вы сможете пролить свет на тайну, которая мучает всю столицу… нет, всю страну, можно сказать.
Услышанное совсем не понравилось магу, он вновь взлетел и понесся к величественным башням Академии. Издали стал заметен призрачный купол со всполохами сияющих пурпурных искр, накрывший всю территорию Академии Ривена. Его верх «проистекал» с вершины главной башни и как полог над младенческой люлькой ниспадал потоками энергии. О том, чтобы хотя бы приблизиться к куполу, не могло быть и речи — еще на подлете Тобиуса снес небывалой мощи ветряной шквал. Выровнявшись, волшебник пролетел над Путем Джассара и, приземлившись, дошел до одних из четырех врат. Внизу ветряные удары оказались не такими сильными, и можно было вплотную приблизиться к стенам.
Он оглядывал пустынные тихие улицы, запертые двери и забранные ставнями окна пустых магических лавок. Отдельные потоки ветра, бушующего на высоте, лихими невидимыми всадниками то и дело врывались на улицы Пристани Чудес, играли со ставнями, гоняли туда-сюда пыль и мусор. Ощущения подсказывали волшебнику, что вокруг не нашлось бы ни единой живой души, сколько ни ищи. Посох коснулся врат, Тобиус ждал долго, но сторож не показывался. Коснувшись створок еще несколько раз и не дождавшись ответа, он обратился к внутреннему зрению, выискивая ближайший источник магической силы. Внутрь Академии его взор проникнуть не смог, но ближайшего волшебника в Ордерзее Тобиус все же «увидел» и направился к нему.
Вскоре он пришел на темную, неприятно пахнущую улочку в Низине, к дверям старого двухэтажного дома, который угрюмо нависал над грязной землей. Облупившаяся вывеска уведомляла, что достойное заведение, на пороге которого стоял волшебник, называлось «Медным копытом». Пройдя в пыльный зал под скрип ржавых петель, маг, помимо запахов гари и нужника, ощутил «аромат» человеческого страха и затаенного гнева. А ведь за столами сидело всего четыре человека, и волшебников среди них не было.
— Здесь живет маг, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь и даже не задавая вопроса как такового.
— Наверх, вторая дверь справа. Однако он никого не хочет видеть. Если только ему не несут новую бутыль, — настороженно поведала косоглазая и немолодая женщина, похожая на драную кошку.
