— Сэр Горд. Дорога познания никогда не заканчивается, да? — Аахивариус встретил меня с улыбкой.
— В этот раз я здесь не за книгами, а за вашим советом.
— Слушаю вас.
Одетый в простую серую робу без знаков отличия библиотекарь отложил книгу и сложил руки в замок на столе.
— Что вы знаете о круге красных башен?
— Красные башни… дайте-ка, припомню — старик пожевал губами и закатил глаза, вспоминая.
Спустя пару мгновений он уставился на меня серьёзным взглядом.
— Это объединение, орден свободных мастеров, что имеет штаб в Палеотре.
— И какие у него отношения с нашим орденом?
— В целом, никаких. У нас разные задачи — они в основном занимаются защитой городов от нападений морских тварей, а мы исследованиями, экспедициями, и особыми поручениями от влиятельных иерархов. — пожал плечами архивариус.
— Они влиятельны?
— Не так, как мы, конечно. — в глазах старого служаки проскользнула гордость за место службы. — Однако в Палеотре могут поспорить даже с верховным иерархом. Вероятно, они должны быть хорошо известны и в других приморских королевствах южнее, однако точных сведений по этому поводу у меня нет.
— И как же им удалось так подняться?
— Исторически сложилось — развёл руками архивариус. — Огонь самая разрушительная из доступных нашим мастерам стихий. И многие морские твари его боятся. Что сделает мастер воздуха гидре? Поможет обсохнуть? От водяной плети даже иная рыба едва почешется. Да и не каждый мастер земли сделает приличный каменный шип из песка. Огневикам лучше всего даётся защита прибрежных городов, вот и получилось, что им отошло большинство привилегий в прибрежных королевствах. Вполне справедливо.
Пока я ещё не знал, как мне пригодится магистр красных башен. Он уже стар, и возможно, умрёт раньше, чем в нём возникнет нужда. Однако это, пожалуй, могло открыть некоторые интересные возможности. Но это дело будущего.
Выслушав архивариуса, я покинул монастырь. Несмотря на то что была середина недели, комнату в “Белом мёде”, где меня должна ждать Мелайя в конце каждой недели можно было снять уже сегодня.
Таверна была выбрана мной неслучайно. Это было местечко для простых солдат или наёмников за первым кольцом стен Кордиграда, и назначив девушке встречу, именно там я преследовал сразу две цели: она должна была обтереться среди простых воинов, которые, вероятно, в будущем составят костяк моего собственного отряда, и вдобавок после этого можно будет проверить подчинённую на внимательность, расспросив насчёт обитающего там контингента.
Я никогда не был в этой таверне, однако у меня было время расспросить наставника о том, где собираются подходящие люди. За первым кольцом находилось несколько десятков таких таверн, где собирался в основном служивый люд. Белый мёд был одной из рекомендаций Кадогана — там чаще собирались ветераны, чем молодые.
Первым делом в городе я приобрёл себе длинный и широкий плащ-балахон с капюшоном, тёмно-зелёной раскраски. Латы странников были опознавательным признаком, который мне не хотелось демонстрировать постоянно. Однако и снимать их было глупо — никогда не знаешь, когда пригодиться защита. Лёгкие и прочные, они были рассчитаны на ношение в течение всей жизни, снимаясь лишь изредка.
Повесив шлем на пояс и накрыв его плащом, я отправился в нужную таверну. Внутри таверны было тихо и чисто. В широком зале сидело полтора десятка мужиков разной наружности, с виду от тридцати до пятидесяти. Некоторые тихо обсуждали что-то по углам, иные тихо чавкали, а кто-то потягивал напитки. На моё появление почти не обратили внимания, лишь бросив несколько взглядов искоса.
— Мне нужна комната на две недели. — негромко сказал я человеку за стойкой.
То лишь жестом указал мне цену, и привычным жестом смел золото.
Три дня я присматривался к обитателям, просиживая всё время в зале и потягивая напитки. Комнаты в таверне, по меркам простых солдат были дорогие, а вот простая еда и напитки были вполне по карману даже не слишком богатым наёмникам. Здесь мало кто жил, однако многие приходили пообедать и обсудить новости, нанимателей и воинскую жизнь. Пару раз я застал небольшие праздники — группы воинов, видимо, вернувшиеся с удачного задания заказывали более дорогую еду и напитки, и устраивали небольшую пирушку, впрочем, не устраивая никаких сцен и дебошей. С разговорами, впрочем, за все три дня ко мне никто не лез. Люди подбирались тихие и тактичные, что меня вполне устраивало.
На четвёртый день я решил действовать. Мелайя должна была явиться уже завтра, а до тех пор можно было присмотреть несколько людей. Все три дня в таверну наведывался один и тот же человек, которого я приметил: бородач с лёгкой проседью, но ещё не старый, около 35–40 лет на вид. Он всегда приходил в одно и то же время за скромным обедом, и в нём меня привлекло то, что в отличие от многих других собирающихся, он не имел ни единого шрама. Часть, конечно, могла быть под одеждой, однако чувство жизни говорило, что мужик здоров как бык и находиться в расцвете сил.
— Я присяду? — обратился я к спокойно обедающему бородачу.
— Присаживайтесь, ваша милость. — не прерывая трапезы, ответил мужик.
— Как вы узнали меня?
Вопрос был непраздный. Закрытый толстый плащ, рыцарское кольцо я вообще снял — хотя его иногда и можно было натянуть на латную перчатку, многие рыцари предпочитали носить его на цепочке. Внешне, на мой взгляд, меня сложно было отличить от простого воина.
— У нас, простых воинов, что собираются здесь, обычно нет денег на полные латы. Вы двигаетесь так, что намётанному глазу понятно, что за доспехи одеты под плащом. Да и потом, думаете вы первый, кто явился сюда посмотреть на нас инкогнито?
— Справедливо. Меня зовут сэр Горд. Позвольте угостить вас.
— Отказываться не буду. Звать меня Бролан.
Я сделал жест трактирщику, чтобы тот принёс хорошей еды и напитков. А затем скинул плащ на скамейку. Глаза Бролана слегка блеснули — латы он узнал. По таверне прошёлся ряд шепотков, однако вскоре затих.
— Я собираю отряд для дальней экспедиции. Можете что-то посоветовать по данному поводу?
