Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 209
– Если бы тебя сразу зашили – шрамов бы практически не осталось. Сепсис, нехватка ткани, отсутствие элементарного ухода, келоидные рубцы – и вот ты становишься Квазимодо. – Лекарь покачивался в своем странном кресле и осуждающе покачивал головой. – Ты вращался в паршивом обществе, парень. Элементарный шов грубой сапожной нитью оказал бы тебе в тот момент неоценимую помощь.
– Общество тогда вообще отсутствовало. Я так кровью исходил, что думали – все равно околею. Чего возиться было?
– Ну, раз выжил – жить будешь долго. Во рту у тебя полный бардак был – хроническое воспаление. Сейчас зажило. Чем-то полоскал?
– Травы разные мне советовали.
– На диво хорошо фитотеропия повлияла. М-да, с этой стороны мне патогенез не ясен. Ну и бог с ним. Прошло, и хорошо. Ты парень крепкий, после такой травмы выкарабкался, а уж мелочи переживешь. Я тебе напишу, чем глазницу промывать и пасть полоскать. Насчет шрамов – странно, что ты так переживаешь. Не так уж они и ужасны. Со временем еще больше сгладятся. Красавцем ты, конечно, никогда не станешь, как, впрочем, и я. Ну, мы рыдать по этому поводу ведь и не будем? Глаз тебе никто не вернет. Стекло или бриллиант какой в глазницу запихать можешь. На некоторых производит впечатление. Но лучше вместо тряпки сделай кожаную повязку. Закажешь в приличной мастерской – никогда сползать не будет. Я эскиз набросаю.
– А на щеку? Ничего нельзя сделать?
– Что ты так к щеке пристал? – удивился док. – Мало ли шрамов у людей? Вон зеркало возьми, посмотри. Нормальный вид, сразу видно, что воин, а не сопляк какой-нибудь.
Квазимодо смотрел в небольшое, но удивительно хорошее зеркало. Края шрамов, бороздящих щеку, вроде бы сошлись теснее. Впадины стали мельче. Вор недоверчиво моргнул.
– Если ты так уж трепетно к своей физиономии относишься, можешь попробовать в Калатер добраться, – заметил Дуллитл. – Там некий лорд Дагда проживает. По слухам, увлекается как раз пластической хирургией. Можешь попробовать к нему обратиться. Он мне как-то письмо прислал. Странноватый лорд и слишком любознательный, но в медицине кое-что понимает.
– Я уже пробовал. Он и правда лекарь, каких поискать.
– И что? В цене не сошлись?
– Не сошлись. Правда, торговались долго. – Квазимодо посмотрел на хозяина кабинета. – Уж очень ему хотелось меня подлечить. Прямо до смерти. До моей.
Док Дуллитл неуверенно пригладил бакенбарды.
– Правда? А мне показалось, образованный человек, хотя и с причудами.
– А я и не говорю, что необразованный. Из Ныра он хотел какую-то трахею выковырять. А рыжую обращаться заставлял и хвост для опытов по любовной магии отрезать желал…
Пока Квазимодо рассказывал, графин с коньяком успел почти опустеть. Док решительно закупорил сосуд.
– Хватит, а то опять увлечемся. Экий мерзавец этот лорд Дагда. Я тебе сначала не слишком-то поверил. Молод ты все-таки и в медицине не слишком разбираешься. Но, похоже, лорд Дагда сущий маньяк. Потрошитель. Не понимаю, на кой черт ему трахея фуа сдалась? И так видно, что никаких существенных отличий от человеческой конституции твой водоплавающий друг не имеет. А насчет подвала даже и не верится. В наши времена… – Док замолчал, задумчиво пробарабанил по крышке стола обрывок какого-то марша. – Впрочем, мои времена давно миновали. Мир и там, и здесь здорово изменился. Еще хорошо, что этот мир так бесконечно просторен.
– Док, – неуверенно спросил Квазимодо. – А там, в вашем мире, глаза вставлять не умеют?
Дуллитл покачал головой:
– В мои времена не умели. Думаю, и сейчас не научились. Дьявольски сложная работа. Но дело не в этом. Дорога Оттуда в одну сторону, да и та открывается по воле божьей, а не человеческой. Видимо, гостей Оттуда ныне многовато стало, если такие местные парни, как ты, о другом мире запросто рассуждают.
– Мне просто повезло. Троих узнал, в смысле – четверых. Супруга лорда Дагда она тоже… издалека была.
– Да? И что же это за леди такая?
– Я не очень понял, – сказал Квазимодо.
Про бегство из замка он рассказал доку крайне сдержанно и не вдаваясь в детали.
– Что с миром творится? – сокрушенно сказал Дуллитл. – До Калатера каких-то два месяца пути, а что там происходит, умом не понять. Жуткие интересы у вашего знакомого. Не буду я ему писать. А ты не огорчайся – что толку в гладком лице? Ты же не лорд Байрон какой-нибудь? С дамами у тебя проблем нет.
– Что это все в этом так уверены? – нервно поинтересовался Квазимодо.
– Да что ты стесняешься? – засмеялся Дуллитл. – Я же врач, мне все знать положено.
– Ехать нужно, – сказал Квазимодо. – Что мы здесь высидим? У меня этот конь-як скоро из ушей литься начнет.
– А куда ехать-то? – пробормотал Ныр, поглощенный разглядыванием длинного листа бумаги, испещренного довольно-таки корявыми рисунками и пояснительными подписями.
– Не знаю, – рассердился вор. – Отложи ты, ради богов, этот манускрипт с упражнениями. Успеешь мясо на свою ногу нарастить.
– Как же я наращу, когда успел половину упражнений забыть? – возразил ныряльщик.
– Буквы читай, и все поймешь, – посоветовала Теа. – Не зря же тебе док Дуллитл написал столько указаний.
– Он же пишет совсем не так, как ты, – пробурчал фуа.
– У каждого свой почерк, – пожала плечами рыжая. По узким губам девушки блуждала улыбка, и это странным образом одновременно и беспокоило, и волновало Квазимодо.
– Так куда мы направимся? – пробормотал вор, с трудом отводя глаза от падающих из-под косынки, ровно обрезанных у самых плеч рыжих прядей.
– Да мне все равно, – сказал фуа и принялся придирчиво разглядывать бумагу на просвет.
Движущееся к закату солнце озаряло мягкими лучами речную долину. От короткого дневного дождя не осталось и следа. Друзья сидели на спуске к реке. Теа, скрестив ноги под собой, смотрела на скальный лабиринт на том берегу. Ныр, шевеля губами, пытался расшифровать пояснения лекаря. Квазимодо вздохнул. Он все еще колебался – высказать сумасшедшую идею вслух или обдумать ее еще разок? Мысль, пришедшая в голову, когда вор увидел белый дом на холме, накрепко застряла в голове и требовала обсуждения. Вот только как спутники ее воспримут? Особенно рыжая. От волнения у вора даже дыхание сперло. Нет, нужно сначала с Теа наедине поговорить.
Рыжая напряглась. Вытянулась длинная шея, курносый нос заострился. Квазимодо подумал, что Теа почувствовала, что именно он собирается предложить, и сейчас рявкнет, но девушка стукнула его по колену:
– Смотри!
Из скалистых завалов на той стороне реки выбиралась цепочка всадников.
Не сговариваясь, троица друзей быстро поползла по склону вверх. Фуа посапывал, бережно удерживая свернутый лист.
Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 209
