Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 231
Честер галопом помчался по тропинке, стараясь нагнать Бинка. Его сильные руки схватили Бинка за плечи:
— Не ходи, Бинк! Это безумие!
Но Бинк и слышать ничего не хотел:
— Поставь меня на место, конская задница. Я должен идти!
Он и в руках Честера продолжал идти, размахивая ногами в воздухе.
— Я не слышу, что ты говоришь, но догадываюсь, что ты сказал, и знаю, что этого не стоит и слушать, — сказал Честер, — Есть только один способ остановить это, пока мы никого не потеряли.
Он поставил Бинка на тропинку и отстегнул свой огромный лук. Сирена была еще далеко, но второго такого лучника, как кентавр, надо поискать. Зазвенела тетива, и стрела по дуге полетела над водой по направлению к острову, прямо к стоящей на берегу женской фигуре.
Послышался крик боли, и мелодия резко оборвалась. Стрела Честера попала в цель. И в тот же миг они все стали свободными — принуждение закончилось. Талант Бинка победил — спас его от беды, не обнаружив себя.
Путешественники бегом бросились к острову. Там на берегу лежала сирена. Это была самая прекрасная русалка из всех, которых когда-либо встречай Бинк. Ее волосы сияли, как солнечные лучи, хвост блестел, как вода на солнце. Жестокая стрела насквозь пронзила ее меж великолепных обнаженных грудей. И по груди, и по спине текли струйки крови. Сирена лежала на своих цимбалах, и ее тело билось в судорогах.
И все же она была жива. Хотя стрела, пушенная с непревзойденной меткостью кентавра, должно быть, пронзила сердце, русалка все еще дышала. Она с усилием приподняла свое прекрасное личико, чтобы взглянуть на кентавра.
— Зачем ты стрелял в меня, прелестный мужчина? — прошептала она.
— Он не может тебя услышать — он глухой, — сказал Бинк.
— Я не хотела вам зла. Только любви, — продолжала сирена, — Любовь всем мужчинам, а ты… Зачем ты стрелял в меня?
— Что хорошего может быть в смерти? — спросил Бинк. — Ты получила то, что сама принесла сотням других мужчин.
Он говорил грубо, но его сердце болело при виде мучений этого прелестного существа. Он вспомнил, что и Хамелеоша когда-то вот так же страдала от раны.
— Я никому никогда не желала смерти, — неистово, как только могла, запротестовала русалка и задохнулась, потому что эти усилия выдавили сгусток крови из ее груди. Все ее тело ниже плеч было залито яркой кровью, и она на глазах теряла силы — Только… только любовь!
Затем она наконец затихла, потеряв сознание. Бинк, позабыв обо всем, тронутый увиденным, повернулся к волшебнику:
— Это… это возможно, чтобы она говорила правду?
Хамфри достал свое волшебное зеркало. В нем виднелось улыбающееся младенческое лицо.
— Возможно, — сказан Хамфри, проверив реакцию зеркала. Затем он зада! зеркалу прямой вопрос: — Сирена сказала правду?
Младенец опять улыбнулся.
— Она не хотела зла, — сказал волшебник. — Она не убийца, она только заманивала к себе мужчин.
Мужчины обменялись взглядами. Затем Хамфри достал целительный эликсир и брызнул каплю на ужасную рану сирены. Рана мгновенно зажила, и сирена предстала перед ними живой и невредимой.
Волшебник предложил каплю эликсира Честеру, чтобы исцелить уши, но тот наотрез отказался. Тогда волшебник брызнул эликсир ему на круп, и внезапно тот стал таким же замечательным, как и раньше.
— Ты вылечил меня! — с удивлением воскликнула сирена, проводя руками по груди. — Боль прошла! Не осталось даже крови! — Затем пораженно вскрикнула: — Я же должна петь! — Она попыталась взять цимбалы.
Но Честер опередил ее и пнул цимбалы ногой, прежде чем сирена смогла дотянуться до них. Музыкальный инструмент взмыл в воздух, разлетелся на куски и упал в воду.
— Это и был источник ее магии! — воскликнул Честер. — Я разрушил его!
Источник магии… разрушен. Это что, предзнаменование?
Сирена попробовала запеть. Когда она набирала воздух в легкие, ее торс изящно изгибался. Ее голос был великолепен, но теперь ее пение утратило манящую силу. Кентавр действительно лишил сирену ее ужасной магии.
Она прекратила петь.
— Вы считаете, что цимбалы и собирали ко мне мужчин? А я-то думала, что им нравится мое пение.
Судя по ее виду, она была в полном отчаянии.
Похоже, сирена действительно такая же прекрасная простушка, как и Хамелеоша в фазе, когда она была хорошенькой глупышкой.
— А что случилось со всеми мужчинами? — спросил Бинк.
— Они уходили к моей сестре. — Она указала на другой остров и надулась, — Я им всем предлагала свою любовь, но они все равно уходили к ней.
Любопытно! Кто может переманить жертвы от самой сирены?
— А кто такая твоя сестра? — спросил Бинк. — Я имею в виду, какова ее магия? Она что, тоже сирена?
— О нет! Она горгона. Она очень красива.
— Горгона! — воскликнул Бинк, — Ведь это же смерть!
— Ну нет! Она, как и я, не причиняет никому вреда, — запротестовала сирена, — Она лелеет мужчин. Я только хотела бы, чтобы некоторых она все-таки отпускала обратно ко мне.
— Ты знаешь, что делает взгляд Горгоны? — спросил Бинк— Что случается с теми, кто посмотрит в лицо…
— Я смотрела в лицо сестры много раз! В этом нет ничего страшного!
Хамфри опять поднял свое зеркало.
— Она поражает только мужчин? — спросил он, и улыбающийся младенец подтвердил его догадку.
Похоже, сирена и правда не подозревала, какое губительное действие оказывает лицо ее сестры на мужчин. Она годами, ни о чем не догадываясь, заманивала мужчин, которых горгона превращала в камень.
— Нам надо поговорить с твоей сестрой, — сказал Хамфри.
— Тропинка продолжается до ее острова, — ответила сирена. — Что же мне делать без моих цимбал?
— У тебя и так достаточно приятный голос, как и ты сама, — дипломатично промолвил Бинк. В известной степени это было правдой; если бы нижняя часть ее тела соответствовала верхней, это было бы полной правдой. — Ты можешь петь a capella, без всякого аккомпанемента.
— Правда? — просияла она, — И это приведет ко мне таких же симпатичных мужчин, как ты?
— Нет. Но может быть, симпатичный мужчина найдет тебя и без этого. — Бинк повернулся к волшебнику: — А как мы приблизимся к горгоне? Один взгляд…
— Мы разберемся с ней утром, — решил Хамфри.
Бинк потерял чувство времени. Звезды на небе появились, когда путники были еще в деревне; затем они бросились в ночные джунгли сражаться с путаной. Потом побежали сюда, на остров, а тут сумерки, кажется, опять только что начались, Есть ли в этом какой-то смысл? Бинк почему-то предполагал, что солнце заходит одновременно по всему Ксанфу, но теперь решил, что это совсем не обязательно. Правда, у него сейчас были другие заботы, и он прислушался к тому, что говорил Хамфри.
— Сирена, если у тебя есть пища и постель…
— Я не из таких, — возразила она.
Бинк взглянул на изящный рыбий хвост:
— Разумеется, нет. Мы хотели сказать, что нам нужно место для ночлега.
— А… — В ее голосе прозвучало разочарование, — На самом деле я могу стать и такой, если… — Она замерцала, и ее хвост превратился в пару прелестных ножек.
— Только поспать, — сказал Честер. Кажется, его слух вернулся сам собой. — Да еще чего-нибудь поесть.
Но ее гнев на него еще не прошел:
— После того, как ты проткнул меня своей старой дрянной стрелой и сломал мои цимбалы?
— Извини, — коротко произнес Честер, — у меня просто болела голова.
Вполне возможно, подумал Бинк. Почему этот упрямец, вылечив эликсиром свою заднюю часть, отказался лечить им голову?
— Если ты действительно жалеешь о содеянном, докажи это, — сказала сирена.
Кромби зачирикал.
— Слушай, задница, она уже начата расставлять на тебя свои силки, — перевел голем.
Вдвойне раздосадованный, Честер взглянул на сирену:
— Как?
— Прокати меня на спине.
Бинк чуть не рассмеялся — все нимфы, кем бы они ни были, любили кататься верхом.
— Тогда поехали, — смущенно сказал Честер.
Сирена подошла к нему сбоку, но забраться на спину не смогла.
— Ты слишком высокий, — пожаловалась она.
Честер повернул свою человеческую половину, обхватил одной рукой нимфу за стройную талию и легко поднял ее.
— И-их! — в восторге взвизгнула она, когда ее ноги со свистом рассекли воздух. — Ты такой сильный!
Кромби опять зачирикал, и его комментарии не нуждались в переводе. Сирена действительно заманивала кентавра в свои сети, и для этого ей не требовалось никакого пения.
Честер, который после инцидента с ананасовым деревом был не в лучшем расположении духа, на первый взгляд несколько успокоился.
— Все кентавры сильные.
Он аккуратно усадил сирену на спину и пошел вперед.
Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 231
