Вот тут-то оставшиеся в живых стражники отхлынули от нас. Их обуял ужас! Правду сказать, и я, увидев это зрелище, был недалек от паники. Но мне терять рассудок не позволило то обстоятельство, что на смену бежавшим стражникам сразу подоспели новые. Видимо, пока мы отбивались от передового отряда, ему на подмогу подоспели свежие силы.
Теперь во главе нападавших были три рыцаря Храма. Все трое атаковали Душегуба, явно считая его нашей главной боевой единицей. Опустив копья, они направили своих коней сквозь образованный стражниками широкий коридор и ударили в лоб!
Однако Душегуб одним мощным и своевременным взмахом своего гердана не только отбросил все три копья в сторону, но и, используя инерцию своей длинной палицы, задним концом древка зацепил одного из нападавших конников за пояс и выбросил его из седла. Эльнорда еще в полете достала его своей шпагой и легко отсекла ему голову. Двое других, извернувшись в седлах, успели бросить бесполезные в рукопашной схватке копья и выхватить длинные узкие мечи.
В этот момент на нас накатила новая волна атакующих, и мне стало не до наблюдений за действиями моих ребят. Конечно, основная масса нападавших обрушилась на тролля, эльфийку и воеводу, стараясь, во-первых, остановить нас, а во-вторых, взять живыми меня и Кину. Но и с тылу на нас напали несколько стражников, так что нам с Краком пришлось вступить в бой. Правда, первого из подскочивших стражников я уложил на месте прямым ударом в лоб тяжелым навершием посоха. После этого нападающие стали гораздо осторожнее и подходили к нам, выставив перед собой клинки.
Мы оказались в плотном кольце врагов, и наше движение вперед практически прекратилось. Через минуту яростно взревел Душегуб, и я, бросив быстрый взгляд за спину, увидел, что его левое плечо окрасилось зеленой кровью. Этим же коротким взглядом я уловил, что против тролля остался только один уцелевший рыцарь, но невдалеке еще трое рыцарей дожидались удобного момента для атаки. Шалай энергично отмахивался своей тяжелой шпагой, но его шлем был сильно помят, а левая рука запачкана в крови, я не понял, своей или чужой. Эльнорда спокойно и профессионально работала эстоком и Рокамором, но я заметил, что левая штанина ее зеленых узеньких брюк прорезана чуть выше колена и начинает набухать кровью. Положение становилось совершенно безвыходным. Даже Фродо, сидевший в седле, успел пару раз пустить в дело свой длинный кинжал, закалывая не в меру ретивых вояк, рвущихся к Шалаю сзади.
В этот момент со стороны улицы, по которой мы спустились на площадь, послышался топот, и оттуда показался новый отряд стражников.
– Зараза! – музыкально выругалась у меня за спиной чуть сбившая дыхание Эльнорда. – Сколько же их в этом городишке!
– На нас с тобой хватит! – успокоил ее Фродо и снова извернулся в седле, доставая кинжалом шею одного из зазевавшихся стражников.
Однако вступить в схватку они не успели! Именно в этот момент точно над нами прямо из воздуха вынырнула… маленькая, ярко-алая повозка, запряженная двумя козлами!
– Серый, быстро сюда! – скомандовал с небес незабываемо противный фальцет Твиста.
Сначала обе сражающиеся стороны не поняли, кого приглашают в столь необычную повозку, и все сражавшиеся на мгновение оцепенели. Но уже в следующее мгновение Душегуб нанес сокрушительный удар герданом по шлему последнего из рыцарей Храма. Голова рыцаря провалилась внутрь туловища, и он рухнул с лошади. А тролль, не обращая внимания на остолбеневших стражников, подскочил к Эльнорде и буквально зашвырнул ее в повозку карлика. Та только взвизгнула. Я, почти одновременно с троллем, проделал ту же операцию с Киной, правда, мне пришлось пару секунд повозиться, перерезая веревки, удерживавшие ее в седле. Фродо мгновенно сориентировался и, вскочив ногами на седло, прыгнул в повозку следом за королевой. Эльнорда свесилась через край повозки и протягивала вниз руку, за которую, высоко подпрыгнув, ухватился Крак. Шалай, подброшенный мощной рукой тролля, перелетел через борт шарабана, после чего сам Душегуб просто ухватился за заднюю ось повозки.
– Вперед!!! – заорал я Твисту, но тот свесился со своего облучка и ответил мне оглушающим визгом:
– Без тебя не поеду!!!
– Давай вперед!!! – снова рявкнул я. – За меня не беспокойся!!!
Карлик с сомнением качнул головой, но я уже начал шептать только что пришедшее мне на ум заклинание, обволакивая словами пассы, которые создавали мои руки и посох.
Через секунду Твист уже нахлестывал своих козлов, бросая на меня короткие, полные ужаса и восхищения взгляды. А я, гордо выпрямившись, стоял на куске брусчатки, вырванном из настила площади. И этот кусок брусчатки уносил меня вверх, в небо, вслед за Твистовой повозкой, набитой моими друзьями.
Снизу донесся неистовый вопль разочарования, но нам уже не было дела до оставшихся ни с чем стражников. Твист, прислушиваясь к быстрым указаниям Фродо, правил к дальнему концу пристани, к облюбованной хоббитом «бригантине». И тут раздался душераздирающий вопль Эльнорды:
– Поворачивай назад, Черномор недоделанный! Мы Душегуба забыли!
Твист вздрогнул так, что козлы сбились с шага и оглянулись. Тележку тряхнуло, словно на ухабе, и из-под нее донесся неразборчивый бас тролля:
– Эй вы, там, наверху, осторожнее! Будете так дергать, я и свалиться могу!
Растерянное лицо Эльнорды показалось над бортом повозки, но рассмотреть тролля со своей позиции эльфийка, конечно, не могла. Поэтому, с минуту поозиравшись, она неуверенно спросила:
– Душегубушка, ты где?
– Не высовывайся, а то еще выпадешь невзначай! – глухо пробубнил тролль из-под повозки.
Эльнорда тут же попыталась заглянуть под днище и действительно едва не нырнула головой вниз.
– Тебе ж было сказано – не высовывайся! – заорал я на нее со своего постамента. Эльнорда подняла глаза и изумленно ахнула:
– Серенький, как это у тебя получилось?!
В то же мгновение над бортом повозки показались головы всех моих собратьев и на их физиономиях отразилась различная стадия изумления.
Ну а мне, честно говоря, было довольно неуютно. Эйфория от удачного бегства из ситуации, казавшейся безвыходной, прошла, и теперь я понял, что располагаюсь на площадочке размером шестьдесят сантиметров на метр, что она состоит из очень небольших каменных кирпичиков, удерживаемых вместе непонятно какой силой, и что эти кирпичики несутся по воздуху на высоте шести, а то и восьми, метров!
– Не дрейфь, все в порядке… – раздался у меня в голове насмешливый голосок моей книжечки.
– Будем надеяться… – пробурчал я себе под нос, стараясь не нарушить достигнутого мной хлипкого равновесия.
