Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 199
Затем он продолжил чтение:
«…Итак, хромым и привязанным к земле оказался бог, и это породило осторожность в проявлении им своих сил и возможностей. Но все же осторожность Хромого бога оказалась недостаточной, и силы земли в конце концов одержали верх. Не стоит забывать, он был привязан к земле, и это послужило причиной его гибели. На бесплодной равнине, приковавшей к себе Хромого бога, многие собрались, дабы заполучитъ себе часть его могущества. И был среди них Клобук – этот серый странник смерти; был также и Дессембрий – тогда еще воин Клобука, хотя на той самой равнине Дессембрий сломил оковы, наложенные на него Клобуком. А еще были среди собравшихся…»
Крюпп зашелестел страницами. Перечень имен собравшихся казался бесконечным. Едва ли он мог отыскать среди них имя своей бабушки. Наконец, пролистав полдюжины страниц, толстяк нашел-таки нужные имена.
«…Среди собравшихся были те, кто пришел из-под купола серебристые небес, – тистеандии – дети Тъмы, царствовавшей прежде Света, пять черные драконов. Сказывают, что вместе с ними явился и краснокрылый дракон по имени Силана… и все они пришли из-под купола серебристые небес, оседлав Клык Тъмы…»
Крюпп удовлетворенно кивал. Несмотря на витиеватость повествования, он было достаточно понятным. Клык Тьмы – да ведь это не что иное, как Дитя Луны! Разве не там обитают пять черных драконов и один красный? Толстяк даже вздрогнул. И откуда Колль знает об этом? Разумеется, он не всегда был забулдыгой. Впрочем, и тогда, занимая высокое положение в обществе, Колль не обладал пытливым разумом ученого. Тогда кто же вложил слова о драконах в эти уста, пропахшие дешевым вином?
– Что ж, – вздохнул Крюпп, – придется дожидаться ответа. Главное – Колль своим пьяным голосом прорычал неоспоримую истину, и она имеет самое прямое отношение к нынешним событиям.
Толстяк закрыл фолиант и встал. Сзади послышались шаги.
– Я принес тебе травного чая, – сказал Мамот, входя в свой крошечный кабинет. – Ну как, дорогой Крюпп? Чтение «Краткого повествования об устройстве миров» Алландарта было для тебя благотворным?
– Вполне благотворным, – ответил Крюпп, принимая из рук старика глиняную кружку. – Крюпп лишний раз убедился, как ему повезло, что он живет сейчас, а не в древности. Длинные и напыщенные фразы, свойственные тогдашним ученым, для Крюппа – сущее проклятие.
– Согласен, читать древних и впрямь несколько затруднительно, – вежливо согласился Мамот, глядя в сторону. – А позволь полюбопытствовать, что именно ты искал у Алландарта?
Крюпп сощурился.
– Сущий пустяк, дорогой Мамот. Я рассчитывал найти упоминание о своей бабушке.
Мамот нахмурился, затем кивнул.
– Вот оно что. Я не стану спрашивать, сопутствовала ли твоим поискам удача.
– Лучше не спрашивать, – поддакнул ему Крюпп. – Удача нынче – весьма ненадежная спутница, которая так и норовит завести неведомо куда. Думаю, мой уклончивый ответ не обидел вас.
– Ни в коем случае, – взмахнул рукой Мамот. – Я не намеревался вторгаться в твои изыскания. Так уж получилось. Любопытство книжного червя.
Крюпп благосклонно улыбнулся и отхлебнул чай.
– А может, нам лучше перейти в большую комнату и удобно устроиться перед очагом? – предложил Мамот.
Они так и сделали. Подвинув стул поближе к огню, Крюпп с наслаждением вытянул ноги.
– Как подвигается написание пятого тома? – вежливо спросил он хозяина.
– Медленно, что не должно вызывать удивления. Подобные труды не пишутся с легкостью, – ответил старик.
Крюппу показалось, что Мамот ищет повода о чем-то его спросить, и потому ждал, лениво шевеля пальцами ног. Прошло еще несколько минут. Старик откашлялся и наконец спросил:
– Крюпп, ты часто видишь моего дорогого племянника?
Толстяк многозначительно закатил глаза.
– Давным-давно Крюпп пообещал одному человеку, которого судьба оставила единственным родственником шаловливого мальчишки, что примет участие в судьбе этого ребенка. Вопреки дядиным надеждам его юный племянник предпочел жизнь даруджистанских улиц, а не пыльные фолианты трактатов. Мальчишка бредил сражениями в темных переулках, поединками ради спасения чести принцесс и иными подвигами такого рода.
Закрыв глаза, Мамот молча кивал.
– Крюпп целиком погрузился в исполнение упомянутого обещания, поскольку и он сам полюбил этого сорванца. Он постарался научить мальчишку нелегкому искусству выживания в жестоком и беспощадном мире, далеком от мальчишеских грез. И для этого Крюпп, образно говоря, взял его под свое шелковое крылышко. Могу без лишней скромности сказать – небезуспешно.
Мамот улыбался, продолжая кивать.
– А теперь Крюпп ответит на вопрос почтенного дядюшки: да, он видит его племянника и довольно часто.
Мамот подался вперед и внимательно поглядел на Крюппа.
– Ты не заметил никаких странностей в его поступках? Может, он задает тебе непривычные вопросы? Или просит о чем-то странном?
Крюпп сощурился и сделал несколько шумных глотков.
– Откровенно говоря, есть некоторые странности. Например, он попросил меня вернуть ему драгоценности, изъятые из одного богатого дома. Когда я полюбопытствовал зачем, ваш племянник ответил, что у него есть причины личного характера. Крюпп тогда удивился и не перестает удивляться и сейчас. Искренность побуждения… нет, пожалуй, непривычная настойчивость Крокуса весьма похвальна.
– Целиком с тобой согласен! А что ты скажешь о внезапно проснувшемся в нем желании учиться? Сколько сил я потратил, пытаясь убедить Крокуса в преимуществах, какими обладает образованный человек. Думаю, все это не просто так. Мальчишка что-то крепко вбил себе в голову.
– В таком случае, Крюппу следовало бы принять в этом живейшее участие.
– Спасибо тебе, – облегченно вздохнул Мамот. – Я очень хочу знать причину столь неожиданной перемены, случившейся с Крокусом. Ни с того ни с сего – и вдруг лавина честолюбивых замыслов. Столько огня! Если мы не найдем, чем питать этот огонь, он может быстро затухнуть.
– Целиком с вами согласен, – сказал Крюпп. – В жизни есть занятия поинтереснее мелких краж.
– Мне несколько странно слышать такие слова из твоих уст, Крюпп, – усмехнулся Мамот.
– Пусть это останется между нами. Я уверен: Муриллио кое-что известно о причинах неожиданной перемены, случившейся с Крокусом. Я это понял по его словам, когда вечером мы ужинали в «Фениксе».
– Как Муриллио?
– Пока неплохо. Могу добавить, что невидимая сеть вокруг Крокуса остается прочной, – улыбнулся Крюпп. – Раллик Ном на удивление серьезно относится к своим обязанностям. Возможно, помнит свою загубленную юность и не хочет, чтобы Крокус повторил его судьбу. Но скажу по правде – истинная природа Раллика недоступна пониманию Крюппа. В частности, он по-отечески опекает одного известного нам человека и предпринимает столько усилий, чтобы выправить его жизнь, что все вокруг просто диву даются. Разумеется, за исключением Крюппа. И вместе с тем Крюпп часто задается вопросом: не ледяная ли вода течет в жилах Раллика?
Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 199
