– Я испугалась, - призналась она. - Мне показалось, что вас здесь все-таки нет.
– Вы же слышали мой голос.
– Может, он мне приснился? Я почти не вижу вас, и потому решила проверить, действительно ли это вы.
– Убедились? - Саша промолчала в ответ, но Яна это не смутило. - Теперь можете вернуться в постель.
Александра попыталась высвободить свою руку, но пальцы Яна разжались далеко не сразу.
– Простите, - прошептала Александра, сделав несколько шагов назад и присаживаясь на край кушетки, - я наверное веду себя неприлично по вашим стандартам. Просто мне приснился страшный сон. Я очень испугалась, и даже когда проснулась, не сразу поняла, что сон закончился. А тут еще вы стоите рядом и молчите, как будто это вовсе не вы, а кто-то чужой. Хотя, - девушка вдруг фыркнула, издав тихий смешок, - такое поведение как раз в вашем стиле.
– Прошу прощения, если напугал вас, - отозвался Ян. - Я просто хотел вас разбудить.
– Спасибо, - сказала девушка мягко.
Она сидела на краю постели, упершись носками в пол, напоминая примостившегося на ветке робкого воробушка.
– Мне приснился Клайден, - пожаловалась она. - Потом он превратился в Сайриса.
Ян по своему обыкновению молчал, но девушка сейчас меньше всего хотела снова закрывать глаза и спать. Мысли, которые одолевали ее после возвращения в лагерь и до той минуты, как она заснула, снова не давали покоя. Вечером она не хотела мешать Яну и Дамиану, но теперь ей показалось, что она не будет слишком настырной, если попросит Яна поговорить с ней.
– Скажите пожалуйста, Ян, вы сейчас очень хотите спать?
– Судя по всему, вы собираетесь предложить мне другое времяпровождение, - его легкую усмешку Саша не могла видеть, но живо представила.
– Понимаете, дело в том, что завтра вы с Дамианом и всеми военачальниками будете обсуждать план нападения на Сайриса. На этих ваших совещаниях я, хоть и присутствую, но как-то пассивно. Я не могу задавать вопросы или…
– Можете.
– Нет, Ян. Я чувствую себя как-то неловко среди этих людей. Поэтому лучше я поговорю только с вами. Можно?
– Я слушаю вас, Александра, - ответил он, присаживаясь на пол и прислоняясь спиной к деревянному коробу. С этой позиции ему было хорошо видно девушку, а Александра, понемногу привыкшая к темноте, уже различала и его лицо, и тускло мерцавшие желтоватыми отблесками глаза.
Довольная, что Желтоглазый не отказался поговорить с нею, Александра забралась на кушетку с ногами, по-турецки скрестив их перед собой. Однако теперь, когда ее внимательно слушали, девушка вдруг поняла, что не знает, как спросить о том, что ее беспокоило. Наконец она как-то сформировала неуклюжую фразу и задала вопрос:
– Что мне надо будет делать с Сайрисом?
– Нейтрализовать его магию, - ответил Ян после небольшой паузы.
– Как?
– Помните, когда в переулке в Мирограде на нас напало шесть магов, как вы прикрывали меня от самого сильного из них? Вот приблизительно так же и с Сайрисом. Вы просто не должны позволять ему стрелять. Блокируйте его, большего вам делать не надо.
– А если у меня не получится?
– Получится, Александра, - уверенно сказал Ян. - Это у вас обязательно получится. К тому же у вас перед Сайрисом огромное преимущество. Он не имеет права убить вас, потому что в таком случае лишится всех своих способностей, а для него это практически равносильно смерти. Вы же можете это сделать.
– Это значит, что магия Сайриса не опасна для меня?
– Нет, Александра, это значит лишь то, что он не будет по вас стрелять.
Девушка медленно кивнула.
– Понимаю. Он не будет, а я смогу это сделать, если захочу.
– Вы вряд ли сможете пробить его защиту.
Но Саша думала уже совершенно о другом.
– Скажите, Ян, но ведь остаются еще воины, которые подчиняются императору. И люди леди Эрин, эти странные, безликие черные тени. Значит и вам, и вашим людям по-прежнему будет угрожать опасность!
Ответ Желтоглазого сопровождался тихим смешком:
– Нас больше, и мои воины опытнее. Вам стоит больше волноваться о себе.
Он видел, как Александра покачала головой и опустила лицо. Она боялась, но не решалась высказать вслух свой страх. За себя она почти перестала бояться в тот момент, когда Ян сказал, что Сайрис не будет стрелять в нее, но по мере того, как девушка размышляла, тревога нарастала в ней. Что-то подсказывало ей, что Желтоглазый не будет прятаться за спины своих солдат и одним из первых пойдет на штурм.
Откинувшись, девушка прислонилась затылком к стене. Расплетя скрещенные ноги, Александра вытянула их вперед и тяжело вздохнула. Взгляд ее из-под полуопущенных век все еще был прикован к Яну, который сидел в той же позе, и, кажется, тоже смотрел на нее. Саша медленно легла, положив голову на сложенные ладони, продолжая глядеть в смутно видневшееся в темноте лицо желтоглазого принца, пока отяжелевшие сонные веки ее не опустились.
– Доброе утро, сестричка. Как спалось? - поприветствовал ее Дамиан, когда Александра взяла из рук Яна несколько кусков заячьего мяса в деревянной миске и подошла к лавке. Дамиан называл ее сестричкой еще когда она считалась невестой Тайрона, и Александра уже привыкла к такому обращению, да и звучало оно как-то приятней и ласковей, чем официальное "леди Александра".
Этот приятно начавшийся пробуждением от легкого прикосновения руки Яна к ее плечу день, продолжившийся непринужденным разговором с Дамианом за завтраком, в итоге прошел за обсуждением и корректировкой планов нападения. Саша в разговорах не участвовала: обсудив ее роль, к ней больше не возвращались, отчасти помня вчерашнее и не желая связываться с Яном, а отчасти потому, что кроме нейтрализации магии Сайриса у Александры не было никаких обязанностей. Потому она спокойно сидела и слушала остальных, слушала с волнением и живым интересом, воздерживаясь от вопросов или замечаний. Решив, что все, что ей будет непонятно или по каким-то причинам покажется неправильным, она позже обсудить с Яном и Дамианом, девушка оставалась внешне скорее безразличной слушательницей, чем участницей совещаний.
Ян был занят целый день, и Александра инстинктивно держалась поближе к Дамиану, не столь активно участвовавшему в обсуждении планов и доверившему разработку всей стратегии своему младшему брату. Саше временами казалось, что внешне как всегда спокойный Дамиан с несколько самодовольной улыбкой на лице и проницательным взглядом ярко-голубых глаз то и дело впадал в грустную задумчивость. Решив, что это может быть как-то связано с его семьей, Александра отважилась спросить:
