— А Пивз нам рассказал, что у тебя, Малфой, роман, — растянувшись в нехорошей улыбке, сообщил Рон.
— С кем? — в глазах старосты появилась настороженность.
— С Люси Луш!
Гриффиндорцы грохнулись от смеха.
— Это неправда! — возмутился Малфой. — 20 очков с Гриффиндора!
— Да хоть 30, у нас их больше не осталось! — хохотал Рон.
— Я пожалуюсь отцу, и этого мерзкого полтергейста вышвырнут из замка!
— Чтобы не подглядывал! — крикнул кто-то из гриффиндорцев, и все зашлись в новом приступе смеха.
— Да Пивз плевать хотел на приказы твоего папочки! — насмешливо протянул Дин Томас.
— Разве что, если мистер Малфой вызовет отряд авроров и сотню дементоров, и они будут гоняться за нашим школьным полтергейстом, — воскликнул Шеймус. — Под непристойные песенки!
— Заткнитесь все! — крикнул Драко. — Я прикажу всех пороть! За оскорбление старосты!
— Знаете, ваше чистокровное величество, — Гарри поднял голову над газетой, — конспектировали бы вы лучше тезисы своего папы, а то какой же вы нам пример подаете? Самый верный слуга директора — и не выполняет её задания! Ай-яй-яй!
Гриффиндорцы посмеивались над разъяренным Малфоем. Гарри, отгородившись от общего шума, конспектировал статью из «Волшебного вестника». К концу урока появилась злая и запыхавшаяся Амбридж.
— Поттер! — с порога квакнула директриса. — Сдать конспект на проверку!
Гарри поднялся со своего места, не спеша подошел к учительскому столу и положил исписанный свиток пергамента. Гермиона тихонько потирала руками, глядя на вытянувшееся от удивления лицо Амбридж.
— Ну что ж, — с трудом скрывая разочарование, произнесла та, — сегодня после уроков жду вас и мистера Уизли в своем кабинете.
— Меня? — переспросил Рон.
— Да, мистер Уизли, вас. Кажется, вы написали письмо своим братьям, в котором использовали бранные слова в мой адрес, — Амбридж растянулась в жуткой улыбке. — Это очень серьёзное нарушение. Вы будете наказаны.
— Ну, ладно, я. А Гарри тут при чем?
— Узнаете после уроков, — ответила Амбридж и снова отвратительно улыбнулась.
— Что, еще не придумала, старая мерзкая жаба? — процедила тихо Гермиона.
— Ну вот, зря старался конспектировать этот бред, — Гарри усмехнулся и покачал головой.
— Она же просто травит тебя! — Гермиону трусило от возмущения.
— Ку-ку, Поттер, ты все равно попал! — мимо них прошел Малфой в сопровождении скалящихся Кребба и Гойла. — Жаль, что директору Амбридж не надо согласовывать наказания у профессора Снейпа! А то он бы приказал тебя подвесить вверх ногами в своем подземелье!
— Извини, Гарри, я хотел как лучше… С этим письмом, — пробормотал Рон.
— Ты ни в чем не виноват, Рон, — успокоил его Гарри, — эта жирная пиявка все равно что-нибудь придумала бы.
— Я ненавижу её, — со слезами в голосе произнесла Гермиона.
По пути на обед девушка столкнулась со Снейпом, который мрачно летел по коридору.
— Нужно смотреть, куда идете, мисс Грейнджер, — раздраженно бросил он, и Гермиона почувствовала, что он всунул ей в руку флакон.
* * *
После уроков Гарри и Рон отправились в «логово жабы», как обозвал Рон кабинет Амбридж. Директриса довольно улыбалась. И Гарри понял, что она уже придумала, к чему придраться.
— Так значит, вы считаете меня помойной жабой, жиртряской и кикиморой пучеглазой, мистер Уизли? — сладко осведомилась она, раскладывая перед собой письмо, которое Рон отсылал близнецам.
Гарри едва удержался от смеха.
— Очень смешно, мистер Поттер, за такие вещи из школы можно выгнать, — произнесла Амбридж.
— Вас многие за глаза обзывают, — спокойно ответил Гарри. — Если всех выгнать, то некому в Хогвартсе будет учиться.
— Что ж, тогда я буду просто наказывать всякого, кто посмеет оскорбить меня. Итак, мистер Уизли, я назначаю вам порку у мистера Филча. 20 ударов.
Рон что-то буркнул.
— Вам тоже, мистер Поттер, — сладко улыбнулась Амбридж.
— А Гарри-то за что?! — возмутился Рон. — Ведь письмо я писал, а не он!
— А разве не мистер Поттер надоумил вас? — осведомилась директриса.
— Нет, конечно, — убежденно ответил Рон.
— Разве, мистер Поттер?
— Мой ответ что-нибудь изменит? — хмыкнул Гарри. — Если вам так хочется меня выпороть.
— То есть вы считаете, что я несправедливо вас наказала? Вы не согласны с тем, как называл меня мистер Уизли в письме? И вы не хотели, чтобы вам помогли устроить массовые беспорядки в школе?
— Нет, — дерзко ответил Гарри. — Я полностью согласен с Роном.
— Отлично! — обрадовалась Амбридж. — Вечером будьте любезны прийти в подземелье в комнату для наказаний.
Директриса взяла со стола две таблички и протянула их Гарри и Рону. Парни молча надели их себе на шею.
— Можете быть свободны, — Амбридж снова гадко улыбнулась.
— Слушай, Гарри, она, наверное, кончает, когда тебя наказывает, — растянулся в ухмылке Рон, когда они поднимались по лестнице.
— А что ей, бедняге, делать, если другого способа получить удовольствие нет? — ответил Гарри.
— Ага, любовничек-то в Азкабане сидит! Слушай, Гарри, а порка — это не очень больно? А то меня до сих пор только мама шлепала.
— Терпимо.
— Черт знает что в школе происходит! — возмутился Рон. — Почему никто из родителей не пожалуется…
— Куда? Люциусу Малфою? — Гарри грустно усмехнулся.
— Ну… я не знаю, общественное мнение! В конце концов, школу можно бросить!
— И куда идти? За последнее время вышло несколько законов. Если ты не имеешь полного магического образования, то можешь отправляться нищенствовать к магглам.
— А у магглов разве так плохо?
— Нет, просто магглов вот-вот объявят волшебными тварями и разрешат на них охоту. Гермиона говорит, что если в ближайшее время ничего к лучшему не изменится, то … я им не завидую. Маголорожденным волшебникам тоже. Газеты пестрят статьями, в которых превозносятся чистокровные.
— Ну, тогда можно перейти в другую школу! — воскликнул Рон. — На Хогвартсе свет клином не сошелся!
— Это очень сложно. Во-первых, учиться на чужом языке, а во-вторых, в других школах свои завихрения.
— Но там нет Амбридж!
— В Бобатоне после того, как выгнали мадам Максим, директором стал один из Упивающихся.
— Мадам Максим выгнали? — ахнул Рон.
— Почти сразу же после Дамблдора. Несколько наших учеников перешли в Бобатон, и сказали, что там порядки как в военной казарме, — Гарри снова усмехнулся. — И там нет меня — громоотвода на все случаи жизни. Ведь пока Жаба прыгает за мной со штрафными санкциями, другим ученикам живется более или менее нормально, особенно, если они не дружат со мной.
