Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 124
Веда оттянула назад своего коня. Лицо у нее было каменное.
— Впустую, господин коронер, — сказала она хрипло. — И не пытайтесь даже. Мы не поедем. Мы возвращаемся. С нас довольно.
— Мы?! — рявкнул Дакре Силифант. — Кто — мы? Это что, бунт?
Скеллен наклонился в седле, сплюнул на мерзлую землю. За Ведой стояли Андрес Верный и Тиль Эхрад, светловолосый эльф.
— Госпожа Сельборн, — протяжно и ядовито проговорил Филин. — Не в том дело, что вы теряете виды на многообещающую карьеру, что растрачиваете и превращаете в ничто выпавший вам в жизни шанс. Дело в том, что вас отдадут палачу. Вместе с теми дурнями, которые вас послушались.
— Чему суждено висеть, то не утонет, — философически ответила Веда. — А палачом нас не надо пугать, господин коронер, ибо неизвестно еще, кому ближе к эшафоту, вам или нам.
— Ты так считаешь? — Глаза Филина сверкнули. — Подслушала где-то чьи-то хитрые мысли. Я считал тебя умнее. А ты оказалась обыкновенной глупой бабой. Тот, кто со мной, — всегда выигрывает, кто против — всегда проигрывает! Запомни! Хоть ты меня уже за утопленника считаешь, я еще успею отправить тебя на эшафот. Слышите, вы? Раскаленными крючьями прикажу срывать у вас мясо с костей!
— Раз мать родила, господин коронер, — мягко сказал Тиль Эхрад. — Вы выбрали свой путь, мы — свой. Оба пути ненадежны и рискованны. И неизвестно, кому что судьба уготовила.
— Вам не удастся, — гордо подняла голову Веда, — нас, как псов каких, натравливать на девушку, господин Скеллен. И мы не позволим, словно псы, убить себя, как это случилось с Нератином Цекой. А, хватит болтать. Мы возвращаемся. Бореас, поехали с нами!
— Нет, — покачал головой следопыт, отирая лоб меховой шапкой. — Дай вам счастья, не желаю вам зла. Но я остаюсь. Служба! Я присягнул.
— Кому? — поморщилась Веда. — Императору или Филину? А может, чародею, треплющемуся из коробочки?
— Я солдат, Веда. Служба.
— Постойте, — крикнул Дуффицей Крель, выезжая из-за спины Дакре Силифанта. — Я с вами. Мне тоже надоело. Вчера ночью мне приснилась моя смерть. Я не хочу подыхать за паршивое и подозрительное дело!
— Предатели! — крикнул Дакре, краснея как вишня. Казалось, черная кровь вот-вот брызнет у него с лица. — Отступники! Подлые псы!
— Замолчи. — Филин продолжал смотреть на Веду, а глаза у него были такие же мерзкие, как у птицы, давшей ему прозвище. — Они выбрали путь, ты же слышал. Чего же кричать и брызгать слюной. Но мы еще когда-нибудь встретимся. Обещаю.
— Может, даже на одном эшафоте, — без всякого ехидства сказала Веда. — Потому что вас, Скеллен, не вместе с их светлостями, князьями, казнить будут, а с нами, хамами. Но вы правы, нечего слюной брызгать. Мы едем. Бывай, Бореас. Бывайте, господин Силифант.
Дакре сплюнул между ушами коня.
***
— И сверх того, что я уже рассказала, — Жоанна Сельборн гордо подняла голову, отбросила со лба темную прядку волос, — ничего добавить не могу, Высокий трибунал.
Председатель трибунала глядел на нее сверху. Лицо у него было непроницаемое. Глаза серые. И добрые.
«А, да что там, — подумала Веда, — попытаюсь. Двум смертям не бывать. Как говорится, раз козе смерть! Не стану я гнить в цитадели и ожидать смерти. Филин слов на ветер не бросал, он даже из могилы готов мстить…
Подумаешь! А вдруг не заметят. Раз козе смерть!»
Она приложила ладонь к носу, словно утиралась. Взглянула прямо в серые глаза председателя трибунала.
— Стража! — сказал председатель трибунала. — Отведите свидетельницу Жоанну Сельборн обратно в…
Он осекся, закашлялся. Неожиданно на лбу у него проступила испарина.
— В канцелярию! — докончил он, сильно засопев. — Выписать соответствующие документы. И освободить. Свидетельница Сельборн Жоанна трибуналу более не нужна.
Веда украдкой стерла капли крови, выступившие из носа. Обольстительно улыбнулась и поблагодарила вежливым поклоном.
***
— Дезертировали? — недоверчиво повторил Бонарт. — Обыкновенно так дезертировали? Взяли, понимаешь, и просто так уехали? Скеллен! И ты позволил?
— Если они нас сыпанут… — начал Риенс, но Филин тут же прервал его:
— Не «сыпанут», потому что им жизнь дорога! Да, впрочем, что я мог сделать? Когда Крель к ним присоединился, со мной остались только Берт и Мун, а их было четверо…
— Четверо, — зловеще проговорил Бонарт, — вовсе не так много. Дайте только догнать девчонку, я двинусь за ними. И накормлю ими ворон. Во имя определенных принципов.
— Сначала еще догнать надо, — бросил Филин, нагайкой подхлестывая своего сивку. — Бореас! Гляди за следами!
Котловину наполнял плотный туман, но они знали, что внизу лежит озеро, потому что здесь, в Миль Трахте, в каждой котловине лежало озеро. А то, к которому вел след копыт вороной кобылы, несомненно, было тем, которое они искали, тем, которое им велел искать Вильгефорц. Тем, которое он подробно им описал и сообщил название.
Тарн Мира.
Озеро было узкое, не шире полета стрелы, втиснутое слегка изогнутым полумесяцем между высокими отвесными склонами, поросшими черным ельником, красиво присыпанным белой снежной пудрой. Склоны покрывала тишина, такая, что аж в ушах звенело. Замолчали даже вороны, зловещее карканье которых сопровождало их в пути несколько дней.
— Это южный конец, — сказал Бонарт. — Если чаровник не испоганил дела и не напутал, то магическая башня лежит на северном конце. Гляди за следом, Бореас. Если потеряем след, озеро отгородит нас от нее.
— Следы четкие! — крикнул снизу Бореас Мун. — И свежие. Ведут к озеру!
— Вперед! — Скеллен сдержал сторонящегося крутизны сивку. — Вниз.
Спустились по склону, осторожно, сдерживая фыркающих лошадей. Продрались сквозь черные, голые, обледеневшие кусты, закрывающие доступ к берегу.
Гнедой Бонарта мягко ступил на лед, с хрустом ломая торчащие словно из стеклянной плиты сухие камышины. Лед затрещал, из-под копыт разбежались звездочкой длинные стрелки трещин.
— Назад! — Бонарт натянул поводья, завернул храпящего коня к берегу. — С коней! Лед тонкий.
— Только у берега, в камышах, — оценил Дакре Силифант, ударив по ледяной скорлупе каблуком. — Но даже и здесь дюйма полтора. Удержит лошадей запросто, бояться нечего…
Его слова заглушила ругань Скеллена. Лошадь заржала, просела на зад, ноги под ней разъехались. Скеллен ударил лошадь шпорами, выругался снова, на этот раз ругательству вторил хруст ломающегося льда. Сивка заколотил передними копытами, задние, увязшие, дергались в пробоине, круша лед и взбивая в пену вырывающуюся из-под него темную воду. Филин спрыгнул с седла, дернул за поводья, но поскользнулся и свалился всем телом, чудом не попав под копыта собственного коня. Два геммерийца, тоже спешившиеся, помогли ему подняться. Оль Харшейм и Берт Бригден выволокли ржущего сивку на берег.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 124
