— Неужели у нее нет выбора? — ужаснулась Гермиона.
— С ее-то родителями? Ни малейшего.
— Разве вы с ней не помолвлены с самого рождения?
Драко фыркнул.
— Мой отец ее папашу терпеть не может. Считает его карьеристом-подхалимом. Он отыскал Панси в женихи какого-то румынского графа.
— В самом деле? А Панси что об этом думает? Похоже, она не слишком довольна, раз заранее набирается впечатлений.
— А ты бы захотела выйти замуж за столетнего старика, которого видела дважды и который даже не говорит на твоем языке?
— Шутишь!
Драко покачал головой.
Гермиона задумалась. Она и представить не могла, что родители заставили бы ее на всю жизнь отдаться незнакомому человеку.
— Бедняжка, — прошептала девушка.
— Не стоит ее жалеть, — заявил Малфой. — Она справится. Будет наслаждаться титулом, заведет кучу любовников, станет хозяйкой большого замка. Через годик-другой подсыплет мужу в вино яд…
— Драко! — рассмеялась Гермиона.
— А что? Меня бы это не удивило, — улыбнулся он.
В это время в подземельях Снейп сидел в своем любимом кресле, а Гарри, перекинув ноги через подлокотник, ютился на коленях любовника. Голова юноши покоилась у зельевара на груди. Отдыхать так оказалось чрезвычайно удобно.
— Хорошо, что ты немного весишь, — заметил Северус, — а то у меня давно бы уже затекли ноги.
— Хочешь, чтоб я слез? — спросил Гарри, усаживаясь поудобнее.
Под его щекой грудь алхимика дрогнула от смеха.
— Все в порядке.
Одной рукой он погладил юношу по предплечью, другой взял со столика стакан с виски.
Гарри потянулся вперед, и Северус со вздохом поднес стакан к губам любовника.
— Говорил же я, налей и себе тоже.
Молодой волхв набрал немного виски и прижался губами ко рту Северуса. Несколько капель растеклись по его подбородку, пока Гарри передавал возлюбленному жгучий напиток.
Северус охотно ответил на поцелуй, скользнув языком в рот юноши в поисках остатков душистой янтарной жидкости.
— Что мне с тобой делать? — пробормотал он, не отнимая губ.
— У меня есть море идей, — сообщил Гарри, чувствуя, как при одной мысли об этом все его тело — кроме одной части — тает, словно снег.
— А у меня — непроверенные контрольные, — нехотя напомнил Снейп. — Утром директор заменил меня на уроках, но оценить работы должен я.
Гарри вздохнул. Ему хотелось не трахаться по-быстрому, а ласкать и дразнить Северуса, доставлять любимому человеку наслаждение. Пытаясь отвлечься, юноша сменил тему разговора:
— Как тебе понравились родители Гермионы?
— Приятные люди, — Северус продолжал гладить его по руке. — Учитывая обстоятельства, они демонстрируют небывалое sang-froid.
— Опять словаря начитался, — улыбнулся в мантию зельевара Гарри.
— Неуч ты, — отозвался Снейп. — Хладнокровие. Они спокойны и сдержанны, и непохоже, что недооценивают грозящую им опасность.
— Они всегда поддерживали Гермиону, — согласился Гарри. — Как тебе она?
— Интересная молодая женщина, — признал Северус.
— Женщины тебя тоже интересуют? — удивленно поднял голову Гарри.
— Сейчас меня интересуешь исключительно ты, — строго сказал Северус, и юноша довольно улыбнулся. — Боюсь, дружба с ней принесет мне удовольствие. Вот до чего ты меня довел!
Гарри расхохотался.
— Ты в восторге от того, что можешь пообщаться с равным по разуму! Особенно, когда этот равный разбирается в зельеварении.
— У мисс Грейнджер действительно весьма свежий и уникальный подход к моему предмету, — ровно отозвался Северус.
— Она тебе нравится, — заключил юноша, прижимаясь теснее.
— Есть вероятность, что таковой факт имеет место, — осторожно проговорил зельевар, и Гарри захохотал еще громче.
— Все, подъем! — приказал Снейп, вставая, и молодой человек скатился на пол.
— Эй! Что я такого сказал? — он успокаивающе провел рукой по груди Северуса. Неужели зельевар не терпит шуток?
— Скорее, сделал, — пояснил Снейп и продолжил в ответ на растерянный взгляд Гарри: — Вы слишком много ерзаете, мистер Поттер. Я, знаете ли, немного к этому восприимчив, — он скользнул ладонями по ягодицам юноши, прижимая его так, чтобы тот ощутил растущее возбуждение алхимика.
— Восприимчив к ерзанью, — рассмеялся Гарри, приникая еще ближе, — это надо запомнить.
Они еще долго целовались, прежде чем молодой волхв наконец отстранился.
— Пойду в библиотеку поработаю, — сказал он, подхватывая сумку.
Северус поднял бровь, но Гарри покачал головой.
— Не останусь: ты слишком меня заводишь. Увидимся позже?
— Конечно, — согретый его словами, кивнул Снейп.
Гарри еще раз чмокнул любовника в губы и ушел.
По дороге в библиотеку Гарри встретил возвращающегося из теплиц Невилла.
— Поздновато работаешь, — заметил юный волхв, поднимаясь с приятелем по ступенькам.
— Потерял счет времени.
— Как идут исследования?
— С ercandaeia farlica ничего не получается, — огорченно сообщил Невилл.
— Все еще пытаешься заставить ее протянуть пятьдесят лет?
— Нет, это мне удалось, — беспечно сказал Невилл. — Только цвести она не хочет. Похоже, тут дело в чем-то другом. Это я и пытаюсь выяснить.
— Я очень тебе благодарен, Нев, — искренне произнес Гарри.
— Не стоит, мне и самому интересно! Только последствия в случае неудачи беспокоят.
— Это верно.
— Что мы предпримем, если не получим цветков?
— Над этим работает Рон. Впрочем, ты прав: нужно и остальным рассказать. Атака может произойти в любой день и не по нашей инициативе.
Невилл серьезно кивнул.
— Кто у нас при смерти? — осведомился спускающийся им навстречу Драко.
— Что?
— У вас такие вытянутые лица…
— Нет, совершенно ничего не происходит, — ответил Невилл. — В особенности с ercandaeia farlica. Мы обсуждаем альтернативные ходы действий.
Драко осмотрелся по сторонам. Беседа вполне могла сойти за гербологическую, но он предпочитал быть настороже.
— Я собираюсь на кухню перекусить. Хотите со мной?
Гриффиндорцы пожали плечами, кивнули и направились следом.
В кухне домовые эльфы бросились кто куда, собирая им поесть.
— Уф! Ну и жарища здесь после улицы, — сказал Невилл, сбрасывая мантию, и подошел к раковине, чтобы вымыть руки.
Драко видел, как тот аккуратно закатывает рукава, как тщательно выскребает землю из-под ногтей густой щеткой, как перекатываются под кожей его бицепсы с каждым движением. Да и задница у него тоже тугая и крепкая…
