– Ушла! Еще в начале восьмого ушла! Хотела перед занятиями успеть сделать какие‑то наброски!
Тьфу ты… Ну что за человек. Даже с утра поухаживать за собой не позволила.
Пока ехали, Василий продолжал размышлять вслух по поводу его затянувшейся поездки в столицу:
– Виктор Федорович сказал, мне тут с вами куковать до Нового года. Я так подумал, нам вдвоем без баб не выжить. Нам нужна хотя бы одна!
– ЧЕГО?
– Так вы сами посудите. А кто будет ваши эти вот беленькие рубашечки стирать, когда они закончатся? Кто гладить? Кто в квартире прибираться? Кто будет готовить завтраки, обеды, ужины?
– Как кто? А мы?!
– Андрей Викторович, не смешите. Не будет бабы, мы через неделю погрязнем в грязище. И потом, жить в Москве и вечерами заниматься уборками, да готовками? Я вас умоляю! Доверьтесь мне. Пока вы будете заседать в университете, я решу этот вопрос. У меня уже есть на примете кое‑какие кандидатки.
В принципе я разделял озвученные взгляды Василия.
Но оставались кое‑какие нюансы.
– А из каких средств платить служанке? Будем на нее скидываться?
– Этого еще не хватало! Выставим счет Виктору Федоровичу. За него же он платит, – с недоумением указал Василий на наемного водителя, молча перебиравшего баранку.
За десять минут до начала первой лекции мы были на месте. Василий и сегодня велел водителю въезжать во двор. На этот раз мы подъехали к входу без задержек. В столь поздний час машин не было. Опаздывающие на лекции студенты проносились мимо и не обращали внимания ни на подъехавшую машину, ни на того, кто из нее вышел.
Я тоже поспешил, мысленно чертыхаясь, что заранее не догадался заглянуть в университетский портал и уточнить расписание. Поднимаясь по ступенькам, пришлось проделывать это на ходу.
– Андрей Викторович, – едва я вошел в холл, меня обступили четверо первокурсников, с которыми нам вчера «посчастливилось» оказаться на дуэлях в университетском дворе. – Мы вас не поблагодарили. Если бы не вы…
– Вы нам спасли жизни! – вклинился второй. – И тут нет никаких преувеличений!
– Андрей Викторович! – выкрикнул кто‑то в стороне.
К нам присоединились еще трое парней.
– Мы представляем кланы добытчиков скверны, – начал самый высокий из них. – Мы специально решили вас перехватить с утра и познакомиться. В университете нам лучше держаться вместе.
– Вот и мы о том же! – воскликнул первый парень. – Только все вместе мы сможем противостоять Высшим!
– Ребят, мысль отличная. Я только «за». Но мы опаздываем на лекции.
– Встретимся на большой перемене в буфете. Времени будет достаточно, чтобы обсудить положение и вместе выработать стратегию, – серьезным тоном предложил высокий, судя по внешности, старше меня года на три.
Все верно. У Высших коллектив. Большая сильная стая. Тем, кого они считают низшими, тоже нужно сплачиваться.
– Договорились, – тут же согласился я.
Первое занятие для всех студентов первого курса должно было начаться в большой лекционной аудитории и обещало стать нуднейшим, ибо философию, на мой взгляд, никак нельзя отнести к интересным наукам. Потому, войдя в помещение вместе со встретившими меня первокурсниками, я намеревался пройти на галерку. Однако меня окликнула Смирнова, занявшая место для нас во втором ряду в самом центре.
Учитывая обстоятельства, в другой ситуации я бы предпочел остаться с новыми знакомыми хотя бы по той причине, чтобы немного получше их узнать. Однако сейчас мне больше хотелось пообщаться со Смирновой. Она могла рассказать интересные подробности о последствиях вчерашней дуэли. Да и нужно было поблагодарить ее. Как ни крути, моя победа во многом была и ее заслуга. Не расскажи о Голосе, не покажи способность и все могло сложиться иначе.
Похоже, не все видели меня в лицо, зато наслышаны. На меня вытаращилось больше трех сотен любопытных глаз. Еще и шептаться начали по поводу моей персоны. Тыкать пальцами, показывая тем, кто был не в курсе.
С некоторой долей тяжести мне удалось пройти в центр аудитории. Непривычно было оказаться под столь многочисленным вниманием. Но это все преодолевалось внутри. Снаружи я постарался изобразить легкость, беззаботность и уверенность.
– Андрей, я поверить не могла, как ты выиграл дуэль у самого Верховского?! – решив окончательно перейти на «ты», спросила Лена.
– Не знаю, – улыбнулся я и пожал плечами. – Наверное, повезло. Ну и благодаря твоей помощи, конечно. Если бы ты не показала Голос, все могло сложиться иначе. Спасибо тебе большое.
Девушка лишь отмахнулась.
– Я пыталась посмотреть видео вашего боя. И представляешь, не смогла. Все записи с камер наблюдения изъяли. Даже отец не смог их вытащить у Особого отдела.
– А зачем записи понадобились Особому отделу? – насторожился я.
– Да я ж откуда знаю. Они изъяли вообще все записи. Со всего университета!
Я пробежал глазами по аудитории. По меньшей мере тут установили четыре камеры.
– А они и звук записывают? – показывая на ближайшую камеру, спросил я.
– Ну конечно.
– То есть за нами могут прямо сейчас подслушивать?!
– Нет, ну что ты. Я уже видела записи, сделанные в университете. Изображение паршивое, а разобрать, о чем говорят, можно, если только будешь стоять в трех метрах от камеры и не будет посторонних шумов.
Уточнения Смирновой успокаивали лишь отчасти. После новости о том, что мною заинтересовался Особый отдел, я не сразу вспомнил, что вчера в кабинете ректора мы с отцом как раз таки видели записи дуэли. Звук и изображение были действительно паршивые. Но когда знаешь, что тебя будет кто‑то пристально изучать, оно как‑то все равно воспринималось неспокойно.
– Если бы ты знал, что началось после твоей дуэли, – продолжила Лена с улыбкой, – подобных страстей я не припомню. Треть Высших готова была тебя растерзать. Зато еще треть стала твоими фанатами!
– А оставшаяся треть?
– Они заняли нейтральную позицию.
– Странно… Нейтральное отношение я могу понять. Могу понять негатив. Но откуда могли появиться фанаты? – искренне удивился я.
– Ничего странного. Многие считают, что мы начали деградировать. Нам давно требуется хорошая встряска. Кое‑кто готов тебя даже поддержать, чтобы ты устроил эту встряску.
В непонимании я нахмурился.
– А что думаешь ты сама?
– Я… Ну не зна‑а‑аю… Мне кажется, тебе срочно нужно закреплять успех.
– Снова выступить на дуэли?
– Ни в коем случае! – резко прореагировала она. – Я имела ввиду другое. На тебя обратили внимание многие девушки из высшего общества. Вот если бы ты с кем‑то из них сблизился, это бы увеличило число тех, кто стал на твою сторону. В конце концов, это тебя обезопасило от возможных последствий. Ну и вообще… Женитьбы на девушке из благородной семьи приподняло бы тебя и твой клан. Этим шагом ты получил бы двойную выгоду. С учетом твоей популярности ты можешь взять в жены не страшилище, а кого‑нибудь посимпатичнее.
Смирнова с кокетством завертела плечиками.
– Заманчивые перспективы… А у тебя есть кто‑то на примете? Ну чтобы и симпатичная, и по характеру была нормальная, – уже догадавшись, куда она клонит, поинтересовался я с улыбкой.
– Даже не знаю, кого предложить, – ответила Лена и рассмеялась.
В лекционный зал вошел бодрый старик.
– Да не может быть! Сам Воронцов пожаловал! Вот это сейчас начнется! – интригующе воскликнула Смирнова.
Подойдя к длинному столу, преподаватель с легким пренебрежением буквально закинул на него увесистый портфель. Шум в аудитории начал стихать.
– Ну что, господа ЖИВОТНЫЕ, пожалуй, к лучшему, что вашим первым лектором стану я. Обещаю, вы узнаете много интересного. Возможно, именно сегодня вы начнете свой осознанный путь к тому образу, что принято называть человеком!
Аудитория только стихла и снова зашумела. Я с недоумением посмотрел на свою подругу.
– Не понял. Это еще почему он назвал нас животными?
– Потому что он Воронцов. Ему позволено о‑о‑очень многое. С ним вынуждены считаться даже Высшие! – засмеялась Смирнова. – Советую повнимательнее прислушаться к тому, о чем он сейчас будет говорить. Эту лекцию я слушала трижды!
