Роды были трудными, но с поддержкой мужа Карина достойно справилась и сейчас умилённо улыбалась кареглазой малышке в своих руках.
Постель уже убрали, Карину вымыли, залечили… Жаклин заботливо причесала, переодела и дала напиться. Тело ломила приятная усталость.
Алексан лежал рядом, с неподдельным любопытством разглядывая малышку.
— Она похожа на тебя, — шёпотом произнёс он. — Взгляд такой умный. Осмысленный. И даже не плачет. Сильная…
Карина улыбнулась.
— Нет, внешне она в тебя. Посмотри. Глаза, нос и губы…
Алексан склонил голову, приглядываясь.
— Красивая… Хочу, чтобы ты дала ей имя. Земное.
Карина подняла удивлённый взгляд.
— С чего вдруг?
— Мне так хочется, — уклончиво ответил Алексан и бережно погладил малышку по белому чепчику.
Карина закусила губу, серьёзно озадачившись.
— Тогда… я назову её… Евой. Ева… — протянула ласково, сдерживаясь, чтобы не поцеловать кроху в лобик.
— Ева… — протянул Алексан, смакуя незнакомое имя. — Мне нравится, как звучит. Приятно.
Карина ответила нежной улыбкой.
В покои вежливо постучали. Алексан поднялся с кровати и открыл двери.
— Киоши? — протянул удивлённо.
— Разрешишь взглянуть на малышку? — спокойно спросил старый друг.
Алексан замялся, но не было причин не доверять аскверу, а тем более ему отказывать. И если есть у малышки какие-то болезни и отклонения, он сможет увидеть и помочь.
— Проходи, — пропустил друга и направился следом.
— Привет, — Карина тепло улыбнулась. — Мы назвали её Евой. Красивое имя?
Глаза Киоши лукаво сверкнули, но он ничего не ответил.
— Можно? Я осторожно, — попросил он, протягивая руки.
Карина утвердительно кивнула, безоговорочно доверяя аскверу. Зная его словно старого друга, чувствуя все его намерения и эмоции. Связь крови никуда не делась, но теперь это родственная связь, которой не стоит противиться и которую не следует избегать. В конце концов, Карина давно приняла свою сущность.
Киоши бережно взял малышку на руки и пристально заглянул в её широко распахнутые умные глазки.
Кровь отозвалась мгновенно. Перед глазами пронеслись воспоминания, сердце обожгло чувствами, душа стянулась в узел… На мгновение стало трудно дышать и единственное, чего хотелось, это схватить малышку и спрятать от посторонних глаз.
«Моя… моя!.. Моя Ева…»
Киоши тепло улыбнулся.
— Красивая, — произнёс спокойно, унимая чувства.
Погладил по маленькой головке и незаметно коснулся пальцем шеи, вкладывая силу. Через восемнадцать лет на этом месте расцветёт метка, и никто…
«Никто не сможет отнять тебя у меня. Моя Ева…»
Родион Вишняков
Лукоморье. Книга Первая
Кто ответит, где она:
Затопило ее море,
Под землей погребена,
Ураганом сметена?
Кто ответит, где она,
Легендарная страна
Старых сказок –
Лукоморье?
(Л. Мартынов)
Утренний туман
уходит тихонько туда,
куда ему надо.
(Танэда Сантока)
Сказка – великая духовная культура народа, которую
мы собираем по крохам, и через сказку раскрывается
перед нами тысячелетняя история народа.
(А. Н. Толстой)
Глава первая
Россия. Архангельская область. Акватория Белого моря. Борт малого противолодочного корабля. 8 августа 2019 года. 8 часов 50 минут по МСК
При его появлении находящиеся на капитанском мостике вахтенные вытянулись по стойке «смирно». Соколов кивнул в ответ, давая команду «отбой», и повернулся к подошедшему капитан-лейтенанту:
– Что скажешь, Василий Семенович?
– Идем четырнадцать узлом, Николай Павлович. До бухты двадцать восемь морских миль. За время дежурства происшествий на борту не было.
– Через два часа, стало быть, будем дома. – Соколов тепло улыбнулся.
– Ну, не совсем. Еще построение экипажа, доклад в штабе флота…
– Это уже не считается. Это уже дом. – Капитан корабля третьего ранга оглядел старшего помощника: – Отдыхай, Василий Семенович. Я достою.
– Есть отдыхать. – Крикунов козырнул и направился мимо штурманского стола с лежащим на нем судовым журналом к выходу.
Соколов проводил его взглядом и подошел к приборной панели. Посмотрел на экран средств спутникового позиционирования. Сверился с показателями гирокомпаса.
«Стоит немного подкорректировать, пока еще идем по большой воде».
– Право десять.
– Есть право десять! – немедленно отозвался рулевой матрос, изменяя вектор движения судна по аксиометру.
– Прямо руль.
– Есть прямо руль!
– Так держать. – Соколов поднял бинокль.
Глаза, усиленные комбинацией мощных линз, уже различали тонкую линию берега, потихоньку поднимающегося над толщей холодной воды. Еще немного – и будут видны очертания построек военно-морской базы. А дальше – город и дом, где с нетерпением дожидаются его приезда супруга с сыном.
На сердце сразу стало теплее. Так было всегда, когда он возвращался с очередного боевого дежурства или учений. Момент первой встречи после длительной разлуки всегда был очень дорог и ценен. Те мгновения, незаметно перетекающие в минуты, когда они стояли с Машей в прихожей, крепко обнимая друг друга. Не выпуская из объятий, наслаждаясь ощущением близости, стараясь восполнить оскудевший запас родной энергетики друг друга, буквально возвращающей уставшим телам и истосковавшимся душам покой, надежду и веру в то, что теперь все уже точно будет хорошо.
И, конечно же, в первые дни отдыха Славку нельзя будет отцепить от себя. Мальчишка скучает и обязательно потребует подробный пересказ всех событий, в надежде наконец-то услышать рассказ о нападении врагов и о героической победе отца над ними.
Будет хорошо, если сын пойдет по его стопам, посвятив свою жизнь настоящей мужской профессии. Хотя, с другой стороны, мало ли в мире нормальных человеческих специальностей, действительно важных и приносящих людям пользу, жизненно необходимых в любое время и при любом политическом строе? Инженеры, доктора, пожарные, всякие научные специалисты и рабочие. Выбрать всегда есть из чего, был бы только сделан этот самый правильный выбор. А в этом-то уж и он и Маша постараются. Поспособствуют привитию по-настоящему истинных ценностей. Заложат фундамент, а что именно сын будет возводить на этой основе, зависит только от него самого. И это касается всех аспектов формирующейся личности. Вплоть до религии.
Теща в первые месяцы после рождения Славки всю плешь проела: как это так, ребенка крестить отец не несет?! Положено, мол, испокон веков нести новорожденных в храм, приобщая к православной вере предков. Ладно, отец у него нехристь – при другом строе родился, но сейчас-то времена другие.
Соколов тогда, помнится, здорово поругался с матерью жены, но свое отстоял. Вырастет Вячеслав и сам для себя решит, что и как ему делать. В конце концов, все должно идти от ума и от сердца. Если осознает, что близко ему христианство, то и пусть идет в него.
– Связь с базой. – Соколов бросил взгляд на часы. – Передать наше местоположение. Пусть готовятся встречать через два часа.
– Есть связь с базой!
Трехдневное пребывание в море подходило к концу. Экипаж завершил выполнение боевых упражнений и в настоящее время направлялся в основной пункт базирования сил Беломорского военного флота. Успешно были отработаны комплексы противолодочных мероприятий, в том числе и в составе Кольской флотилии в Баренцевом море. Произведено поражение мишеней огнем артиллерийских установок на берегу полуострова Рыбачий. Закончено ведение боя с условным противником после перехода в Белое море. Экипаж из восьмидесяти девяти человек показал слаженность и оперативность. А каждый из девяти офицеров профессионально руководил вверенным ему боевым постом.
![По месту службы [сборник 1970, худ. Л. Гритчин] - Борис Михайлович Зубавин](/uploads/posts/books/432717/432717.jpg)
