-- Ну, -- немного неуверенно отозвался Искандер, -- путешествовал я мало, так что искать воду в барханах мне не доводилось... но был со мной один случай еще в глубоком детстве, когда мать пошла стирать белье на озеро, она взяла меня с собой. Мне было года три, не больше. Я играл рядом с ней на мостике, поскользнулся на досках и упал в озеро. Потом мне рассказывали, что я выбрался из воды, будто умел плавать, хотя никто меня, естественно, и не думал учить в таком возрасте.
Горькое воспоминание укололо Острона; он вспомнил, как Улла в очередной раз грохнулся с пристани Ангура в реку, а ему пришлось нырять следом, чтобы спасти недотяпу-друга.
Потряс головой.
-- Ну да, -- сказал он. -- Как я и думал. Вода вынесет тебя, и ты никогда не утонешь... ладно. Когда я вызвал огонь в первый раз, я ни о чем не мог думать. На моих глазах погибал мой друг, а я не мог спасти его. Тогда все вокруг и вспыхнуло... уже потом, когда я пытался вызвать огонь снова, я заставил себя вспомнить все, что тогда чувствовал. И у меня получилось.
Искандер опустил голову и какое-то время сидел молча.
-- ...Может, тебе не стоит начинать так сразу, -- неуверенно добавил Острон. -- У нас есть время, начнешь тренироваться через неделю-другую...
Маарри не ответил. Острон только было хотел осторожно похлопать его по плечу, поднял руку, как из песка прямо перед ними вырвалось что-то ослепительно блестящее на солнце; взмыло на касабу или около того металлической стрелой, а потом обрызгало Острона.
-- ...Ух ты, -- сказал он. Искандер тяжело дышал; Острон обнаружил, что кулаки маарри стиснуты так, что побелели костяшки пальцев.
-- Я убил его, -- прошептал Искандер. -- Зарубил скимитаром. Но если бы я мог, я бы убивал его снова и снова.
-- ...Не нужно, успокойся, -- немного встревожился Острон. -- Не стоит... так безрассудно поддаваться ненависти, Искандер. Это может быть... опасно.
Маарри набрал воздуха в легкие, потом медленно, со свистом выдохнул и открыл глаза.
-- Да, -- хрипло сказал он. -- Извини. Мне еще предстоит научиться держать себя в руках.
Солнце добралось до верхней точки и понемногу начало скатываться на запад; люди лежали в тени, завернувшись в бурнусы. Негромко переговаривались Лейла и Ханса, Басир опять читал. Искандер остался рядом с Остроном; тот не знал наверняка, но догадывался, что в такое время, лишившись самых дорогих ему людей, Искандер оказался потерянным и одиноким и легко прибился к первому, кто проявил к нему хоть каплю сочувствия. Пусть по факту маарри был старше его на добрых восемь лет, вышло так, что Острон пережил больше. Это было немного даже странно; он валялся навзничь и думал об этом, вполуха слушая голоса споривших марбудов неподалеку.
Через час или около того они поднялись с мест и начали собираться, готовые отправиться в путь; какая-то возня началась в том месте, где была Сафир. Острон против воли выглянул из-за загораживавшего девушку верблюда и обнаружил, что она пытается подтянуть седло, разболтавшееся за время пути. Ее верблюд сердито заревел и дернул ногой, когда ее руки сорвались с тугой подпруги, и Сафир устало выругалась: девушке явно не хватало силы затянуть ее. Острон сделал было шаг, не раздумывая, сказал:
-- Давай я...
-- Отойди, -- резко отозвалась Сафир и зыркнула на него из-под сбившегося хадира. Он обескураженно опустил руки. Тут с другой стороны подошел ассахан в красной тюбетейке, вопросительно глянул на Острона, потом молча взялся за подпругу и без особых усилий подтянул ее.
-- Спасибо, -- негромко сказала ему девушка. Острон сердито пожал плечами и отвернулся.
Этот случай прочно занял его мысли на следующие несколько часов; оскорбленный, Острон предпочел держаться как можно дальше от Сафир, едва не обогнал ехавшего первым Сунгая. Тот только покосился на него и ничего не сказал. У него была важная задача: вдвоем с Хансой они выискивали полузасыпанные песком валуны, которыми некогда кочевники отметили путь на север, в обход Бакхтанасара. Сафир между тем оказалась в самом конце отряда, рядом с Исаном.
Животное девушки между тем все нервничало, время от времени издавало крики, вертя головой; Сафир, склонившись, сердито пробормотала:
-- Слишком туго тебе, что ли, скотина ты этакая...
Она пыталась поправить седло на ходу, но вышло не очень. Ехавший впереди Искандер обернулся, немного неуверенно спросил:
-- Тебе помочь?
-- Нет, -- в сердцах ответила Сафир, потом немного мягче добавила: -- Спасибо.
Исан, тем временем обнаруживший себя между Сафир и Басиром, который о чем-то глубоко задумался и потому позволил своему верблюду сбавить шаг, посмотрел сначала на одного, потом на другую и негромко произнес:
-- Я еще могу понять, для чего в этот путь отправились Одаренные, но зачем вы увязались за ними?
-- Сама не знаю, -- резко бросила девушка. Басир поднял голову.
-- У меня есть дело в горах Халла, -- сказал он. -- Господин Анвар и вовсе с нами только потому, что ему по пути, а вместе путешествовать все же безопаснее.
-- А вторая женщина? Ассахан? Нахуда? Им вроде нет причины ехать за Одаренными.
-- Эта вертихвостка просто увязалась за Остроном, -- раздраженно сообщила Сафир. -- Разве не видно, как она на нем виснет?
-- Я думаю, -- осторожно добавил Басир, покосившись на нее, -- Абу Кабилу просто нравится Острон. Они дружат еще с Тейшарка. А нахуда Дагман, кажется, сдружился с Абу...
-- Дружба -- это повод таскаться друг за другом? -- уточнил Исан.
-- Ты когда-нибудь... -- начал было китаб. -- ...Ах, ну да. В общем -- да, это повод. Мне немного жаль, что ты не знаешь, что такое дружба, Исан.
-- Я думаю, это безрассудная доверчивость, -- отозвался тот. -- Я бы никому не стал доверять, особенно зная, что Асвад может в любой момент овладеть душой каждого из нас.
-- Полегче, -- буркнул Басир. -- В любой момент -- это сильно сказано. А я думаю, ты нас недооцениваешь, белоглазый.
Исан пожал плечами.
-- Возможно, мы просто не понимаем друг друга.
В этот момент слева от него взревел верблюд Сафир; несчастное животное судорожно дернулось, будто пытаясь освободиться от чего-то, и неожиданно ринулось вперед гигантскими скачками. Девушка завизжала, вцепилась в седло. Обезумевший зверь едва не сшиб с ног верблюда Анвара, китаб от удара завалился набок, нелепо повиснув на нем, и тот, перепугавшись, кинулся бежать в другую сторону; Анвар, на свое счастье, быстро сообразил, что не удержится верхом, и шлепнулся в песок. Верблюд Сафир между тем пронесся между опешившими Хансой и Сунгаем и устремился направо, продолжая неистово трясти головой.
-- Сафир, прыгай! -- крикнул ей вслед Ханса.
