Иной на своё ядро, — Мне от силы могли сделать только один скол. Вы, в какой — то степени, очень сильные люди. Тут не спорю. Правда, это ничем вам не поможет, — нить «силы» вонзилась в ядро, начав вновь его усиливать, — Предупреждаю! Когда откроется «четвертый» самоцвет, вы больше ничего не сможете сделать. Это будет вашим пределом. Поэтому, сейчас вы должны выложиться на полную!
Артём понимал, что это не поможет. Нужен ещё один член отряда Фениксов.
— Яр! — рявкнул Артём в сторону полу-вампира, — Найди Левиуса! Ты же знаешь его запах!
— Я тебе собака что ли⁈ — сощурил ковбой глаза, но спорить не стал, — Хорошо! Я его найду. Вы только продержитесь до моего возращения.
— Можешь не переживать, — вспыхнул Бор голубым огнём, — Мы точно не умрём!
— Поддерживаю! — вспыхнула Игнис золотой аурой.
— Ну, у меня ещё в планах детей завести. Так что я точно не собираюсь на тот свет! — весело усмехнулся Георг.
Последние слова стрелка посеяли в груди Артёма грусть и некое сожаление о том, о чём он даже не знает. И Вильдриф почувствовал то же самое. Это видно по его белоснежным глазам.
— Георг, подойди.
— А⁈ Чего?
Артём опустил лицо и тихо прошептал на ухо мужчины кое-какую просьбу.
— Понял?
— Эм… ну…
— Не спорь! Просто доверься мне! — рыкнул Артём.
Тяжело вздохнув, Георг всё же кивнул. Он согласился на очень безумную авантюру. Но если об этом попросил Артём, то у него нет поводов для сомнений.
Яр побежал в противоположную сторону от отряда. Он хоть и не любит аналогий с собакой, но правда такова, что его нюх, как и у Дании, это настоящее произведение искусства. Вампиры чувствуют не запах тела, а запах самой крови. Стоит лишь пролить каплю, как они тебя тут же найдут. И здесь, в этом разрушенном городе, где всё обратилось в тлен, где привычные запахи просто исчезли, будет очень легко отыскать живое создание… живое… вот чего сейчас боится Артём больше всего. А если Левиус не смог удержать защиту из «Мироздания»⁈ Он ведь был в облике человека. Если его накрыла взрывная волна… то он… он умер…
В голову Артёма начали лезть дурные мысли. Где сейчас Жанна, Жанкон и Фрей⁈ Почему они, как и Левиус, все ещё не пришли на поле битвы⁈ Ведь её видно даже с огромного расстояния!
Вильдриф уже хотел пойти в бой, ведь затяжное молчание начало его раздражать и он дал достаточно времени, что бы враги собрались с духом перед неминуемой смертью, как вдруг он осёкся, почувствовал на себе жуткую жажду крови. Повернув лицо, Иной увидел в десяти метрах от себя, на пересечение улиц, рыжеволосую женщину. Её изумрудные глаза пылают так яростно, что взглядом она может убить, а её тело опоясывает бушующий ветер и восемь альманахов.
— Жанна!!! — обрадовался Бор, увидев в живых свою давнюю подругу.
— О! Подкрепление! — широко улыбнулся Георг.
— Жанна! Не атакую его магией! Только нитью «силы». В ином случае он будет поглощать твои атаки, и преобразовывать их в свою силу! — быстро проговорила Игнис правила этой битвы.
Артём ничего не сказал, а его тело онемело. Ведь он уже видел этот взгляд. Жанна показывала его лишь один раз, но Охотник запомнил его на всю жизнь.
Повернув лицо в сторону Артёма, по щекам женщины покатились слёзы, а из её уст вырвалось лишь два слова:
— Фрей мертва…
Золотые глаза демона широко раскрылись, а руки чуть не выпустили из ладоней оружие. Краски мира начали сереть, а дыхание становилось звериным.
— Ч — что⁈… — дрогнул голос Игнис, а из её глаз выступили слёзы.
Бор и Георг проглотили язык, не в силах ничего сказать. Это был роковой момент для всего отряда. Ведь они потеряли одного из «Алых Фениксов».
На этой трагической ноте, Вильдриф засмеялся во весь голос. Ведь он вновь увидел глаза Артёма, в которых отчётливо видно отчаянье и безысходность.
— ПРЕЛЕСТНО!!! — ширился на лице Иного безумный оскал, — Я УЖЕ И ЗАБЫЛ, КАК МНЕ ДОСТАВЛЯЛО УДОВОЛЬСТВИЕ ЗАБИРАТЬ У ТЕБЯ ТО, ЧТО ТЫ ЛЮБИШЬ!!! — он выдохнул, убрал смех, но улыбку оставил, — Лишь единожды тебе повезло. Ведь твоя наставница воскресла в «Среднем Мире», пробудив кровь «Тьмы». Но вот Мишель… оу… я наслаждался моментом, когда её голова полетел с эшафота. И теперь малышка Фрей. Твоя ярая протеже, которая всегда шла за тобой хвостиком. Она тебя уважала и любила, как старшего брата. И⁈… Сдохла твоя Фрей! И это вновь моих рук дело!!! Я всегда буду забирать у тебя тех, кто тебе дорог… на очереди твоя жена и дочь…
Разум Артёма начал гаснуть, но в то же время перед ним возникло лицо Фрей с широко улыбкой, за ней показалась Мишель и её опьяняющие голубые глаза, в которых можно утонуть, а следом возникли Элизабет и Астра.
Дыхание Охотника начало становиться звериным, а сердце застучало так быстро, словно оно вот — вот лопнет.
«АРТЁМ!!! СБАВЬ ОБОРОТЫ!!! — закричала Ника в мыслях парня , — Я НЕ СМОГУ СДЕРАЖАТЬ «БЕЗУМИЕ»!!! НЕ ОТКЛЮЧАЙСЯ!!! МЫСЛИ РАЦИОНАЛЬНО!!! ЕСЛИ ВЫЙДЕШЬ ИЗ ПОД КОНТРОЛЯ, ТО БИТВА БУДЕТ ПРО…»
Артёма широко раскрыл пасть, обрушив на мир звериный вой вперемешку с человеческим криком, а его разум вмиг заполнился голосами и дикими воплями, из-за чего голос Ники просто исчез.
Не успели «Алые Фениксы» остановить Охотника, как он обратился в вездесущую алую вспышку света, из которой сочатся розовые искры, жидкая тьма и фиолетовые молнии.
Артём сосредоточил в одной из шести рук, которая лишилась оружия, всю мощь «багрового огня», а так же он подключил к ней нить «силы», усилив стихию в сотни раз.
— С ДО Х Н И!!!
Кулак Охотника вонзился прямо в ядро Вильдрифа, из-за чего возникла ударная волна, обращающая всё сущие в прах. Но даже так враг всё ещё плотно стоит на ногах. Поэтому из локтя Артёма вырвался залп багрового огня, который растянулся на десятки километров.
Иной широко раскрыл глаза, не веря тому, что его начинает отталкивать назад… он не справляется с натиском…
Сжав, а следом — резко расширив импульс от нити «силы», Артём взорвал свою багровую руку, обрушив на Иного невероятных масштабов огненную волну, наполненную силой «Мироздания».
Вильдриф закрутился в бушующем потоке, но всё же это не стало для него смертельным ударом. Вражескую атаку он разрезал взмахом меча. Из — за этого его ведущая рука оказалась выше головы, что позволило Артёму врезаться в него на полной скорости.
«Истинные Звёзды» закрутились в жутком танце, где они приступили рвать друг друга
