Гай Кей - Львы Аль-Рассана

Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 166

— И хорошо, — ответил Аммар серьезно.

Альвар фыркнул. Все подшучивали над ним по поводу его дочерей.

— Но, по правде говоря, этот день будет казаться мне фальшивым, если мы притворимся, будто ничего не произошло, не изменилось. Я не могу притворяться. Аммар, ты импровизировал для королей и халифов, окажи честь дню моего рождения и сделай то же для меня. Или я прошу слишком много?

Выражение лица Аммара изменилось. Он поставил свой бокал.

— Это мне ты окажешь честь, — тихо ответил он. — У тебя есть тема?

— Ты знаешь тему.

Обе женщины подошли ближе и теперь, закутавшись в шали, сели рядом на каменную скамью.

Воцарилось молчание. Они смотрели на ибн Хайрана и ждали. Сверху доносился смех их детей, звенел над садом из открытого окна.

Аммар произнес:

Мерный, красивый голос смолк.

Альвар поднял глаза к небу. Показались первые звезды. Белая луна скоро взойдет над Сореникой. Сияет ли она над полуостровом к западу от них?

Время навалилось на него, подобно гире. Оба сына Родриго стали взрослыми. Один стал министром, другой — главнокомандующим Эспераньи. Они служат королю Рамиро Великому. А Родриго лежит в Эстереней, под статуей, под камнем.

Альвар снова наполнил свой бокал и поставил его нетронутым на скамью рядом с собой, в качестве жертвенного возлияния. Он встал, протянул руку Аммару, нога которого так до конца и не зажила после того боя в сумерках у Силвенеса.

— Пойдем, — произнес он. — Уже темно и холодно. Я думаю, нам всем нужен свет, и дети.

Он увидел, что Джеана поставила свой бокал на стол рядом с собой, как это сделал он. Мариза провела их в дом. Тихо сказала что-то слугам. В тот вечер они ужинали вместе в ярко освещенной комнате, где горели два камина, под смех своих сыновей и дочерей. Было уже очень поздно, когда Аммар и Джеана с детьми ушли домой; их дом стоял совсем близко от дома Альвара.

Альвар слушал, как Мариза и няня укладывают двух слишком возбужденных молодых девушек. Он поднялся наверх, чтобы пожелать дочерям спокойной ночи, а потом они с женой прошли по коридору в свою спальню и закрыли дверь, и задернули шторы, отгораживаясь от ночи.

Снаружи свет белой луны озарял двор, заливал воду и мелких, быстрых рыбок в воде. Серебрил оливы и фиги, высокий кипарис у покрытой плющом стены и поздние травы. И этот бледный свет падал на три бокала вина, которые нарочно оставили, наполненными до краев, на каменном столе, на каменной скамье и на краю фонтана…

Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 166