Отложив в сторону проект по строительству нового моста через Лену, что должен связать периодически оказывающийся в своеобразной блокаде из-за сходящего льда Якутск с остальной территорией страны, мужчина положил руки на стол и выжидательно посмотрел на вошедшего порученца.
— Ваше задание выполнено, — сказал здоровяк с лицом боксера, у которого сломан нос и серьезно выбит из-за многочисленных попаданий в голову интеллект.
Правда впечатление это было обманчивым. Михаил Попрыгайло дураком никогда не был, иначе не стал бы личным порученцем правителя страны. Зато его внешний вид очень часто вводил в заблуждение окружающих, что облегчало ему работу по сбору информации и ее обработке. Мало кто ждет от тупого качка высоких аналитических способностей.
— Что сам скажешь? — получив папку с материалами расследования, спросил мужчина.
— Вы не поверите, кто за всем этим стоит. Я бы сам не поверил, если бы не стал свидетелем нескольких таких «несчастных» случаев лично.
— И что же там такого невероятного? — раскрывая папку, уточнил президент. — Мистика что ли какая-то? — усмехнулся он, давая понять, что это шутка.
— Именно, — абсолютно серьезно кивнул порученец. — И надо что-то с этим делать. А то из-за этих еще тысячи людей погибнуть может за просто так.
Глава 15. Разговор с Жозе
— … таким образом, в нашей стране существует параллельная центральной власти структура не подвластная вам, что пронизала почти все силовые органы обеспечения внутренней безопасности страны. Возможности этой структуры неизвестны, цели — тоже. Это из минусов. Из плюсов — эта структура неоднородна и имеет серьезные внутренние противоречия, что уже начинают выходить наружу, при всех стараниях участников этого образования остаться в тени. Да и само желание не показываться на глаза говорит о слабости в прямом противостоянии с официальной властью, — закончил доклад и первичный анализ Попрыгайло.
— Мда, — мрачно протянул президент. — Вот тебе бабушка и Юрьев день. Продолжайте собирать информацию. Главное — кто из официальных лиц работает с ними напрямую и прикрывает от меня. Если у них есть внутренние разногласия — я хочу знать, в чем их суть, могут ли они их отринуть перед угрозой общего врага или нет. И цель. Какая у них главная цель? Чего они хотят и какими возможностями располагают. И подготовьте хотя бы черновой план взятия этих мистиков под контроль.
— Сколько у меня времени?
— Это должно было быть сделано еще вчера, — выразительно посмотрел на порученца президент. — Я уже два десятилетия на посту и узнаю об их существовании только сейчас — не кажется ли тебе это странным? Ты вот тут заявил, что один раз наблюдал за эффектом стирания памяти у случайного свидетеля. А что если и я подвергся такому эффекту? Или еще кто из правительства? Поэтому ты не только сведения собирай, но и будь максимально скрытен. Да, то что они начали массово людей уничтожать, плохо. Но именно эта их внутренняя грызня поможет нам взять над ними контроль. Главное — ударить точно и в срок!
— Я все понял, Владимир Владимирович. Собираю информацию, прорабатываю план по взятию мистиков под контроль. Разрешите идти?
— Иди. И еще… — мужчина задумчиво пожевал губами. — Ты же никому из моего окружения не говорил, что ты ищешь?
— Никак нет.
— Даже Дмитрию Сергеевичу?
— Даже ему, — уверенно ответил Попрыгайло. И тут же уточнил. — Есть основания подозревать его в сотрудничестве с мистиками?
— Не знаю. Но судя по тем данным, что ты собрал, он — идеальная для них кандидатура взаимодействия со мной. Сам он ничего не решает и прижать их не способен. Но при этом может подать мне выгодный для них документ на подпись или передать мои планы, которые противоречат их желаниям. А там уже они своими методами способны сорвать любой мой приказ, причем все будет выглядеть как «обстоятельства неодолимой силы».
— Я присмотрюсь к нему, Владимир Владимирович, — кивнул порученец и, дождавшись разрешающего кивка, покинул кабинет.
— Мда. Вот тебе бабушка и Юрьев день, — повторил задумчиво президент старую поговорку. — Хмм… а сатанисты под Краснодаром — получается не выдумка? Как-то быстро тогда эту тему замяли. Даже странно. Надо будет этот момент тоже Мише дать на проверку.
* * *
Георгия Константиновича я нашел там, где и оставлял — на последнем этаже пятиэтажки в соседнем дворе. Ему повезло больше чем Митьке, и дух достался не прокачанный. Да к тому же не ребенок или девушка, а взрослый парень уже вышедший из студенческого возраста, но еще не обзаведшийся семьей. Облегченно выдохнув и закинув его часы в свой рюкзак, мы уже вдвоем двинулись проверять Юру.
— Жив? — спросил я, уже видя мрачно восседающего на перилах парня.
— Жив, — тускло отозвался он.
— Что случилось?
Состояние ученика мне совсем не нравилось. Что произошло при развоплощении очередного темного, что он такой поникший?
— Мы мальчика убили, — ошарашил он нас со стариком. — Ну… наши действия… из-за нас короче четырехлетний карапуз погиб. И уже ушел к душе мира, как ты говоришь, — криво посмотрел Юра на меня.
— С темным разобрался? — уточнил я главный вопрос.
— Да. Только толку? Пацана не вернуть.
— Рассказывай, — приказал я Юре, забрав его повязанный на батарею пояс.
— Да что рассказывать? — кисло скривился парень. — Я с девкой столкнулся. Восемнадцать лет, любительница аниме и катан. Создала из своей энергии подобие клинка и метала с его кончика темные серпы, как в ее любимых мультиках. Даже названия своим атакам дала и выкрикивала, когда удар наносила. Пацан этот — ее младший братик был. Я ведь вошел в квартиру в тот момент, когда оттуда женщина вышла. Их мать. В магазин. Она вернулась за пять минут до того как вы пришли. Сейчас там сидит, над сыном рыдает, — мотнул головой на дверь Юра.
Я внутренне содрогнулся, мысленно поставив себя на ее место. Лишиться сначала дочки, а потом, выскочив на несколько минут из дома, вернуться и застать труп сына. Что может быть хуже? И ведь еще и ювенальная юстиция вмешается. Как бы несчастную еще и в тюрьму не упекли. Повесят смерть ребенка на нее — и все!
— Ну а когда зашел, то увидел как эта тварь над братом склонилась, что-то ему нашептывает, а тот стеклянным взглядом в стенку уставился и весь дрожит. Я недолго думая к ней подскочил и влепил по ней делением. Но она «толстой» оказалась. Лишь покачнулась, а потом резко обернулась и в меня рукой махнула. У нее из руки словно комок грязи вылетел, в живот мне попал. До сих пор кажется, будто кто-то грызет меня здесь, — потер себя по названному месту Юра. — Ну а дальше она катану создала, и мы начали атаками перебрасываться. Мне уже не до пацана было, лишь бы выжить самому. Ну и… — парень поджал губы. — Не уследил, как ребенок у меня за спиной оказался. Увернулся от ее очередной атаки, а та в мальчика попала. Он кулем тут же свалился и дух из тела ему этим ударом вышибло. В нем энергии уже почти не было, видно она как раз его до этого «выпивала». А когда он тела лишился, то даже «мама» сказать не успел, как его вниз утащило.
— Тут ничего уже не сделаешь, — банальность, но что еще я ему мог сказать? — Главное, что она теперь никому ничего не сделает…
— Это ведь не она виновата! — вскинулся Юра. — Это все эта Мэри! Она ее убила, а потом темной сделала! Почему мы Мэри не грохнем? Почему боремся с последствием, а не первопричиной?! Пока эта с..ка жива, сколько людей она еще убьет?! Почему ты ей потакаешь? Я же вижу, ты сильный! Ты можешь ее убить!!
Я только тяжело вздохнул. Вот как ему объяснить все? Что дело не в Мэри. Что она — лишь пешка, а есть личности, намного могущественнее, что даже светлого бога могут заставить прогнуться под себя?
— Если бы мог, я уже сделал, что ты говоришь, — в итоге ответил я. — Но есть причины, которые не позволяют мне этого.
— Какие?
— Такие, что Мэри — это тоже лишь последствие, а не первопричина. И устранять ее смысла большого нет.
