с выгодой для себя поступок Юлань, торги за осколок небесного стекла уже начались. У меня оказалось как минимум трое конкурентов. Не слишком приятно.
— Миллион, — подняла цену я, с небольшим, точнее, минимально допустимым отрывом.
—Миллион сто!— практик из затененной ложи поднял ставку. Разглядеть его через чары на ложе было совершенно невозможно. Это одно из самых дорогих мест, и в торговом доме их было не так уж и много. Для сравнения, моя ложа находится на третьем, а то и четвертом месте по стоимости. Неприятно. Очень-очень неприятно. Я забарабанила пальцами по столу и снова подняла цену. И ее тут же перебили. Тц. Неприятно!
— Миллион четыреста! — до этого момента самой дорогой продажей на аукционе было зеркало, но, судя по всему, недолго ему быть таковым. Ставка росла и росла. На двух миллионах духовных камней я уже серьезно рассматривала вариант настоять на том, чтобы обратиться к тетушке Е хотя бы за консультацией и арендой некоторых сокровищ. На трех — смирилась с происходящим и попыталась получить удовольствие от траты весьма немаленькой, по меркам секты, суммы. А ведь этот осколок даже не центральный лот! Даже страшно представить, какие суммы будут потрачены там. Торги шли буквально на пределе минимально допустимых сумм, была бы моя воля, я бы ставку поднимала на один-два духовных камня. Впрочем, именно потому, что практики крайне неохотно расстаются с деньгами, и есть этот минимально допустимый порог. Когда я подняла ставку до трех миллионов восьмисот тысяч духовных камней, пришлось смириться с тем, что это мое последнее повышение. Дальше просто некуда. Поэтому фраза:
— Три миллиона восемьсот! Три! Продано очаровательной госпоже Лисице из пятой ложи! — застала меня врасплох и немного повергла в шок. Осколок небесного стекла — мой!
Правда, долго радоваться мне не пришлось. Выставили последний, самый ценный лот, алхимическую печь “Бай тан”. Я искренне восхитилась конструкцией, поняла и убедила себя в том, что печь подобного класса не нужна для того, чтобы заваривать лекарства по рецепту старого лекаря, и расслабилась.
А потом раздался взрыв!
Зря расслабилась.
Глава 7
Ну что тут сказать. Первый взрыв ложа, да и дворец в целом, выдержали. Защитная пленка полыхнула переливом, задрожала и лопнула, как мыльный пузырь. Мне показалось, что в этот момент сердце на секунду остановилось.
— Госпожа,— приставленная ко мне служанка заволновалась. Внизу уже были слышны крики и суета. В воздухе неприятно пахло озоном и кровью. Мутило. Дышать полной грудью было тяжело. Из этакого ступора меня вывели слова служанки:
— Вам стоит поскорее покинуть это неспокойное место.
Я покладисто кивнула, встала и только успела сделать пару шагов, как раздался второй взрыв. В сильном замедлении я видела, как колонна из красного дерева покрывается сеткой трещин, и в момент, когда она складывается под своим собственным весом, мелкие щепки разлетаются вокруг. Я едва успела прикрыть лицо рукавом. Больно почему-то не было. Девушка, сопровождавшая меня, как марионетка с обрезанными нитями упала на пол. В воздухе кружилась мелкая пыль. Я закашлялась и ощутила во рту неприятный металлический привкус крови. Опершись на покрытую трещинами и копотью стену, попыталась отдышаться. Помогало слабо. Рука потянулась к нефритовому кулону на поясе, достать хоть какой-то талисман из тех, что могут помочь. Не успела. Раздался еще один взрыв, правда, уже слабее, чем предыдущие два. Ударная волна подхватила меня, как опавший лист, и куда-то швырнула. В ушах неприятно зазвенело. Перед глазами все плыло и кружилось. Испугаться или как-то среагировать я не успела. Просто зажмурилась в ожидании боли, которой почему-то не было. Меня кто-то ли что-то дернуло, в голове зашумело. Когда я открыла глаза, а открыла я их не сразу, то поняла, что смотрю на дорогую шелковую ткань с муаровыми узорами. Подняв взгляд чуть выше, наткнулась на маску черной лисы. Сил удивляться или хоть как-то эмоционально реагировать не было.
—Госпожа обижена, — мягко улыбнулся практик, приобнявший меня одной рукой. Я хоть и болезненная и худенькая, но держать меня одной рукой, совершенно не напрягаясь, это казалось необычным. Впрочем, продвинутые практики могут еще и не такое.
— Я очень надеюсь на содействие госпожи и на то, что она не будет вырываться.
Вырываться, когда вокруг рушатся стены и мелькают темные тени с убийственными намерениями, будет только полная идиотка. Мешать своему спасителю я не собиралась.
— Надеюсь на вашу заботу, — откликнулась я, постаравшись сидеть у него на руке так, чтобы не сильно мешать, и осторожно обняла руками за шею. На какой-то момент практик словно замер или даже окаменел. Я, разглядев его покрасневшие уши, спрятала улыбку в его ключице. Острые уши, кстати, обычно бывают у зверей, принявших человеческую форму. Очаровательно. Со стороны наша с ним беседа могла показаться безумной. Среди творящегося хаоса максимально возможный этикет. Но для меня такое поведение практика казалось правильным. А еще чем дальше, тем сильнее я понимала, что я его знаю. Я не раз его видела. Я не раз с ним разговаривала. Этот неуловимый флер знакомства повышал уровень моего доверия к нему. Его ци мягко и осторожно окутала меня, словно теплое пушистое одеяло. Приятное ощущение. Если бы можно было сравнить, то я бы сказала, что его ци пахла лесом, солнцем и чернилами. Мне неудержимо захотелось спать. Это странно, это неправильно, так не должно было быть, но мысли путались, сознание мутнело, а глаза закрывались. Фраза:
— Спите, моя драгоценная госпожа,
