Русское словосочетание «нельзя есть» было Хищнику знакомо. Он глянул на Катю снизу вверх своими глазищами (не забыв перепачканной в земле лапой отвести в сторону Катину руку с мобильником), проворчал что-то по-шведски.
— Он сказал: тролли не едят троллей, — прошелестел в Катином сознании баньши.
— Но это же человек! Вы же сами сказали!
— Не совсем. В нем — кровь огров.
Катя смотрела, как Хищник осторожно счищает с тела комья земли.
— Разве так бывает?
— Человеческие женщины могут рожать от огров. Редко. Еще реже они рожают от ши. Если ши позволит.
— Как это — если позволит?
— Если решит для забавы оставить женщине часть ее жизненной силы. Когда-то таких ублюдков было больше. Мы предпочитали рабов именно этой породы. Полукровки более живучи и более привлекательны, чем люди. К сожалению, ублюдки не способны питать жизненную силу ши. Но от них тоже бывает польза. Как, например, от твоей подруги Карины.
— Так что же, Карина — наполовину человек?
— Она — полукровка. Ни то ни сё.
— А он? — Катя показала на тело Коли. — Он — кто? Неужели его отец — тролль?
— Отец — вряд ли. Может быть, дед или прадед. Крови огра в нем не много. Но достаточно, чтобы твой зверь ее учуял. И я тоже теперь ее чую. Не нюхом, разумеется, — уточнил баньши, уловив Катино удивление. — Я больше не чувствую запахов. Зато я чую жизнь.
— Жизнь? Но он же умер!
— Не совсем.
— Он что — жив?!
— Отчасти. Тебе, наверно, будет приятно узнать, что твой подарок помог ему удержаться по эту сторону границы. Хотя главным образом его спасло то, что он все-таки не чистокровный огр. Ловушка не смогла его переварить.
— Не понимаю, — пробормотала Катя. — Он же сутки лежал под землей. Как он мог выжить?
— Мог, — прошелестел баньши. — Он ведь отчасти огр. А огры — весьма живучие существа.
Глава двадцать восьмая,
в которой к делу наконец подключается шведская полиция
— Что такое ужин втроем по-тролльски?
— Когда двое троллей едят третьего.
Традиционная шутка эльфов
— Что такое ужин втроем по-тролльски?
— Когда за одним столом собираются тролль, бочонок эля и эльф — в качестве закуски.
Традиционная шутка троллей
— Ах ты предатель! — злобно процедила Лейка. — Тебя точно сожрать мало! Из-за тебя, урода, может быть, Карлссона убили! А он такой, такой… Да сто таких, как ты, не стоят одного Карлссона!
— Ты не права, девица, — вмешался Скаллигрим. — Твой дружок не мог не выдать сиду всё, что знает. Раб сида всецело принадлежит хозяину. Не только телом, но и помыслами. Хотя, если сиденок не врет и действительно сумел победить чары сида, то для него еще не все потеряно.
— Да всё он врет! — в сердцах ляпнула Лейка.
— Эту часть его истории легко проверить, — спокойно заметил Скаллигрим, повернулся к дядюшке и вкратце изложил ему Димину повесть.
Вожак троллей выслушал, время от времени солидно порыкивая.
— Похоже, твой дружок не соврал, — по-русски сказал Скаллигрим. — Думаю, есть вероятность, что ему удастся вернуть себе свободу. С нашей помощью, разумеется. Но ему придется очень постараться, чтобы заслужить эту помощь. Ну так что, пища, готов ты послужить моему народу в качестве чего-нибудь, кроме супового мяса?
— Можно подумать, у меня есть выбор, — буркнул Дима.
— Теперь есть, — сказал Скаллигрим. — Видишь ли, человечек, который встретил тролля, может выбирать. Но только после того, как сам тролль сделает выбор: съесть человечка или на время отложить это приятное занятие. И если тролль выбирает второе, то у человечка тоже появляется кое-какой выбор. А поскольку мы пока остановились на втором варианте, то у тебя, человечек, тоже появилась возможность выбирать. Итак?
— Я сделаю всё, чтобы помочь Карлссону! — твердо сказал Дима. — И вовсе не потому, что вас боюсь, а потому что он — мой друг. Один раз я… То есть не только я, мы с Лейкой освободили его из плена. Надо будет — сделаем это еще раз!
— Такой заморыш спас моего братца! — фыркнула Кунигунда. — Не смеши, человечек!
— Он не врет! — обиделась Лейка. — Ваш Ротгар его поймал, а мы освободили!
— Погоди, жена! — остановил большой тролль жену, уже открывшую рот для гневной тирады. — Говори, девица. Хочу послушать, как два человечка справились с Туат’ха’Данаанн Ротгаром.
— Никак мы с ним не справлялись, — заявила Лейка. — Он поймал Карлссона, посадил его в железную клетку в подвале, развел снизу огонь, а сам ушел. Ну а мы с Димкой запомнили код, которым открывалась дверь, распилили клетку и Карлссона выпустили.
— Вообще-то это я запомнил код, — не удержался Дима.
— Ты, ты, — великодушно согласилась Лейка. Характер у нее был вспыльчивый, но отходчивый.
Скаллигрим почесал поросший седоватой шерстью затылок.
— А ведь он не врет, женушка, — заметил он не без удивления.
— Ты не ошибаешься, муженек? — В голосе Кунигунды сомнения было больше, чем перца в мексиканском супчике.
— Я не ошибаюсь, — высокомерно изрек большой тролль. — Не было такого, чтоб человечек меня обманул.
Он повернулся к дядюшке, бросил пару слов. Тот хрюкнул, почесал затылок точно таким же жестом, как минуту назад племянник. И покинул помещение.
— Сейчас кушать будем, — сообщил Скаллигрим. — А потом поразмыслим, что дальше делать. С этим сидом-убийцей надо кончать. Хотя, если нашего Охотника уже нет в живых, то сделать это будет трудненько.
— Ты братца моего прежде срока не хорони, — заявила Кунигунда. — Он и не таких, как Ротгар, заламывал.
— В том-то и дело, что не таких… — пробурчал Скаллигрим.
Лейка почувствовала: нет у большого тролля уверенности ни в том, что Карлссон жив, ни в том, что удастся справиться с Ротгаром.
— Не напрягайся, Лейка, — сказал Дима. — Карлссон — не такой лопух, чтобы дать себя завалить.
— Никогда бы не подумал, что ты окажешься настолько глупым, что позволишь себя завалить, — Ротгар стоял над истекающим кровью Карлссоном, поигрывая «последним доводом». — Кстати, где болтается твоя зверушка? Победа кажется мне неполной из-за того, что рядом с тобой на травке не дымится парное мясцо твоего молочного братца.
Карлссон молчал. Он не мог бы говорить, даже если бы захотел. Клинок Туат’ха’Данаанн рассек ему горло до самого позвоночника. Это был пятый удар. Первым Ротгар просто пустил ему кровь…
