Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 213
Итак, в фокусе внимания сектантов — Септонвиль, спокойный городок на сорок тысяч жителей, окруженный пастбищами и каменистыми холмами. Логично: пока НЗАМИПС взбудоражен происшествиями в Редстоне, городе-миллионнике, основное действие будет развиваться в заштатной глуши, где местный «надзор» вполне уверенно контролирует ситуацию, несмотря на обилие беженцев из Краухарда.
Беженцы! Как полагается черному, Ларкес испытывал презрение к неудачникам. Люди, по глупости или гордыне не сумевшие принять обычаи новой родины, едва Краухард начал оправдывать свою легендарную репутацию ломанулись прочь, подобно стаду неразумных баранов. Естественно, что в их неустроенности оказался виноват кто угодно, только не они. Отличная питательная среда для сектантов — именно среди таких недоумков они и набирают расходный материал.
Очевидно, что Септонвиль уже пропитан влиянием Искусников, как невезучий дуб — грибницей ведьминой пенки, внедриться в город, не привлекая внимания, нечего и думать. Что же может отвлечь придирчивых наблюдателей, позволить приблизиться и не вспугнуть? Пальцы координатора сложились в непонятную фигуру — Ларкес улыбнулся своим мыслям.
Шапито! Да-да, цирк со слонами и карликами, дрессированными медведями, воздушными гимнастами, мрачным Черным Магом и оравой рыжих клоунов. В шумной толпе среди пестрых вагончиков легко можно спрятать целый штурмовой полк, а уж для двух незнакомых друг с другом людей место найдется без труда.
Я стоял и тупо разглядывал плесневелый камень, гордо лежащий в аквариуме. Так вот как выглядит это чудо белой магии, рудные бактерии — немного белой слизи на поверхности булыжника. Потом воду из аквариума следовало сцедить, высушить, прокалить, и получить ноль-ноль не догонишь грамм чистого продукта. На мой взгляд, такой метод не мог оправдать себя даже при добыче платины.
Над созданием этой популяции Полак работал несколько месяцев, с собой в Суэссон он привез почти готовый организм, который требовалось совсем немного доработать, учитывая местные условия. Вот в этом и заключена непередаваемая специфика белой магии: алхимик изготовляет комплектующие и собирает вещь, черный маг создает проклятье и заставляет его жить своей жизнью, а эти деятели берут живое существо и меняют его так, чтобы оно приобрело нужные свойства.
— Создавать новый организм из минералов хлопотно и, зачастую, бессмысленно — все базовые варианты опробованы до нас. Чрезвычайно трудно переплюнуть в предусмотрительности его величество эволюцию.
Заклинание задавало лишь вектор изменений. Насколько я понял, мастерство мага заключалось в том, чтобы задуманное не перечеркивало другие полезные свойства организма, включая жизнеспособность.
— Окружающая нас среда исключительно агрессивна! — сверкал глазами Йохан. — Вокруг незримо обитают миллиарды существ, готовые неудержимо размножаться, используя любую доступную пищу. Даже абсолютно стерильные препараты вне лаборатории тухнут за неделю! Если новое существо окажется неспособно дать отпор аборигенам, то закончит жизнь еще в пробирке — его попросту съедят заживо.
Ну, или оно всех съест. А самым сложным было сохранение нужного свойства у потомства двуполых существ, склонных быстро избавляться от лишних прибамбасов.
— Требуется непрерывный, титанический труд! Иначе мыши-ткачи становятся обычными серыми грызунами, а уникальные поющие подсолнухи — вульгарной масличной культурой.
— Почему же птицы не становятся рыбами? — недоверчиво хмыкал я.
— В природе проще, — пожимал плечами маг, — неприспособленные не выживают.
Это навело меня на мысль, которую я решил тщательно обдумать на досуге.
— Как впечатления?
От взгляда на Четвертушку я испытывал непередаваемое наслаждение: губы у Рона были разбиты, а на глазу красовался фантастический по цвету синяк (он думал, пока меня нету все сойдет — не выгорело). А почему? Потому, что шустрый горожанин клеил местных баб и горячие сельские парни крепко отметелили нахала. Да, это тебе не Редстон, тут взгляды на жизнь еще патриархальные. Рон оказался достойным противником и с места побоища ушел на своих двоих, хотя с такой рожей девки ему в ближайшее время не светили (разве что еще один фонарь набить для симметрии). За неимением других развлечений, Четвертушка помогал Йохану и насмотрелся на плесневелые камни вдосталь.
— Имею мысль, хочу обдумать. Ты в пятницу свободен?
— Нет, у нас аврал.
Четвертушка решил связать свою карьеру с деятельностью хлопководов. Кто спорит, алхимики им были нужны.
— Ну, и фиг с тобой!
Я предпочитал обдумывать идеи за кружечкой пива, в тихой, камерной обстановке, а в доме удавленника после появления Полака стало слишком беспокойно (Опять! А ведь я только-только устроился). Может, действительно башню построить, где-нибудь посреди озера? И напустить в него крокодилов… Тут выяснилось, что Бандит нассал в тапки бывшему директору и поднялся такой гам, что меня вынесло на улицу одной звуковой волной. Еще немного и я вышвырну их из моего дома, да еще и знаки отвращающие поставлю, чтобы обратно не вошли! Надо сваливать, пока кому-нибудь не пришло в голову сделать меня арбитром. Мотоцикл завелся с полпинка и, ласково взрыкнув, унес меня навстречу запахам весены. И это уже становилось традицией…
Черные маги не любят природу и не ездят на пикники, но именно пристрастие болтаться где-то на ночь глядя, судя по всему, спасло мне жизнь. А еще — бдительность Бандита (никогда бы на кота такое не подумал).
Я возвращался с очередной прогулки, умиротворенный и грязный по уши, почти не обращая внимания на окружающее. А зачем? У меня защитный периметр вокруг усадьбы, да еще и Печати слежения всюду понатыканы — кошка не прошмыгнет (мне только котят не хватало).
И вдруг моим глазам предстала удивительная картина: Бандит пристроился на краешке помоста, который я соорудил для Макса (зомби любил сидеть высоко и смотреть далеко) и, подобравшись, напряженно следил за чем-то внизу. Поднятая дыбом шерсть делала кота похожим на меховой шар с двумя медными пуговицами. Мой верный пес немного офигевал от такого соседства, но никакой опасности не чуял.
Мне стало интересно, что могло так напугать наглую зверюгу. Я проверил Печати — никого, напряг чувства, пытаясь охватить мыслью живое и неживое, внезапно обнаружив тянущую пустоту в походе между домом и сараем. Того, кто там стоял, невозможно было увидеть магическим зрением — он был прикрыт щитом.
Однако. Магистров магии я в дом не приглашал. Ну, будет вам сейчас сюрприз!
Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 213
