Ознакомительная версия. Доступно 73 страниц из 481
Траттория в районе Сан-Джованни пользовалась большой популярностью, и народу здесь всегда было с избытком. Цыган — я в этом нисколько не сомневался — быстро спустился по лестнице в гомонящий подвальный зал, где пахло вином и жаренным на углях мясом.
— Здесь веселее, — пояснил он свой выбор.
Мне было все равно, где покупать вино, так что я лишь пожал плечами. Стражи сюда приходили уже не в первый раз, и для них держали свободный стол.
Мы сели рядом со стеной, где из-за кусков кирпичной кладки проглядывал мрамор прежней, куда более прекрасной постройки. И прямо напротив нас оказалось веселое застолье, в котором участвовали с десяток человек. Все, судя по белым рубахам с расстегнутыми воротами, жилетам с дорогой вышивкой, шпагам и рапирам, а также цепям с драгоценными камнями, которые лежали на их плечах, были дворянами. Они горячо обсуждали какое-то событие, активно жестикулировали, но услышать в этом гомоне хоть что-то было невозможно.
— Три… Нет… давай пять бутылок «Вальполичелло». Из Каварзере, разумеется. Позапрошлый год, если осталось.
— Оно было особенно хорошо, — сделал заказ Натаниэль. — И мяса. Людвиг, ты любишь баранину?
— В Ливетте ее прекрасно готовят, — улыбнулся я, двигая скамью поближе к столу. — Зачем вы перебрались в арсенал?
— Потому что нам выделили какие-то крошечные кельи, и тот альбаландец, лейтенант, согласился нас пустить, если мы пообещаем не доставлять неприятности, — ответил Шуко, волком посматривая на дворян за соседним столом.
— Мы и не доставляем, — уточнил Натаниэль, выдергивая пробку из первой появившейся, словно по волшебству бутылки и щедро наливая вино в глиняные кружки. А затем кивком указал на цыгана: — Вообще, основная проблема наших первых дней в Риапано — вот этот гнусный тип, но теперь он накачивается винищем так, что его приходится тащить в дом клириков на плечах. Оставшуюся часть ночи он спит, а потом предается меланхолии над гитарой.
— Ну, за встречу.
Вино, как и любое, сделанное в Каверзере, было превосходным и стоило каждой серебряной монеты, что за него просили.
— Не пей слишком много, Натан, — сказала девушка в черном корсаже, алой юбке и с алой розой в черных волнистых волосах, присаживаясь на свободный стул.
— Ничего со мной не будет, Мила, — хмыкнул высокий ньюгортец. — Ты же знаешь, что я не хмелею.
Она печально вздохнула, решив не вступать в спор, с улыбкой посмотрела на меня:
— Еще один страж. Он миленький. Почему не познакомил меня с ним раньше?
— Мила, это Людвиг. Людвиг, это Мила. Последние пару лет она путешествует вместе со мной.
— Привет, — поздоровался я с ней. — Два года с Натаном — большой срок.
— Я знаю, что в вашем Братстве у него не очень хорошая репутация, но он замечательный человек.
— Ну, до репутации Шуко, а уж тем более моей, ему далеко, — усмехнулся я, и цыган отсалютовал кружкой, подтверждая мои слова.
— У Милы отличный голос. Она великолепно поет на праздниках и собирает овации целых площадей, — поделился Натаниэль.
— Собирала, — поправила его девушка, продолжая улыбаться. — Теперь я пою только для тебя. И тех немногих, кто может меня услышать.
Я невольно посмотрел на небольшое темное пятнышко на ее корсаже, как раз под левой грудью. Она поймала мой взгляд.
— Ревнивый поклонник. Так всегда бывает, сперва они тебя любят, затем ненавидят.
— Мне жаль, — произнес я.
Что я еще мог ей сказать?
— Мне тоже, мессэре. Но Господь явно знал, что делал, хотя от меня его мысль все так же скрыта, — ответила мне душа. — Вы тут надолго, мальчики?
— Пока не кончится вино или деньги, — ответил ей ньюгортец. — Не волнуйся за меня, милая. Когда я попадал в неприятности?
— Каждый божий день, Натан. Каждый божий день. На Шуко у меня надежды нет. Людвиг, присмотрите за ним, пожалуйста.
— Обещаю, — кивнул я.
Она послала мне воздушный поцелуй и упорхнула, затерявшись в толпе.
— Женщины… будь они живы или мертвы, все равно одинаковы, — сказал, глядя ей вслед, Натаниэль.
— А тебя что-то окружают лишь мертвые красотки. Когда он видит живых, то становится темно-бордовым и не может связать и двух слов, — подмигнул мне Шуко.
Ньюгортец в ответ буркнул нечто невразумительное.
— Я удивился, узнав, что ты здесь, — обратился я к цыгану. — Ведь после Солезино ты планировал отправиться в Ерафию.
— И даже дальше, — хмуро ответил он мне. — Но не сложилось.
— Разумеется, не сложилось, — встрял Натаниэль. — Наш друг хуже, чем порох. В Сароне он едва не угодил в тюрьму.
— Местные власти погорячились, — небрежно отозвался Шуко.
— Если забыть, что твоя бритва оставила след на лице любимчика второго сына султана, то, конечно, они погорячились. Мне пришлось постараться, чтобы вытащить его из каталажки.
— Я бы сам справился.
Раньше с Шуко была Розалинда, способная сдержать его характер и направить неуемную вспыльчивость в нужное русло. Теперь же он как корабль без якоря. В тот раз рядом оказался Натан, но рано или поздно цыган нарвется на проблемы, когда некому будет его выручить.
Мы довольно быстро опустошили бутылку, и речь зашла о новом Папе и о том, что из политической ситуации сможет извлечь Братство.
— Нам, рядовым исполнителям, без разницы, у кого на пальце кольцо рыбака. Магистры хотят добиться от Папы большего влияния и снижения опеки Ордена — флаг им в руки. По мне, вся эта возня выеденного яйца не стоит. Никаких улучшений не случится, кто бы ни занимал Папский Престол. Человек или сам черт, — подвел итог Шуко.
— Говори потише! — прошипел Натан. — Я не собираюсь объясняться с инквизицией. Доносчики могут быть везде.
— У инквизиции будто больше дел нет, кроме как сидеть у нас под столом и записывать разговоры, — не согласился цыган, но голос понизил, наклонившись ко мне: — Знаешь, Людвиг, прошел слух, который исчез так же быстро, как появился, потому что шептунов куда-то дели. Говорили, что прежнему Папе, несмотря на болезнь и преклонный возраст, помогли отправиться в мир иной.
Я посмотрел на него и ответил негромко:
— В первый раз, что ли? Такое случалось и прежде.
— А ты знаешь, почему это произошло?
— Никогда не интересовался делами в Риапано.
— Разум у Папы был не то чтобы хорош. По сути, всем правили его поверенные, и многим кардиналам не слишком нравилось исполнять приказы шушеры, которую к себе приблизил викарий Христа. Особенно это не понравилось после того, как Его Святейшество неожиданно решил отложить крестовый поход против каперов Витильска, который планировали провести в следующем году и на который князья собирали деньги всем миром. К тому же, как говорят, Папа, или тот, кто решал за него, планировал создать еще один церковный трибунал, очень специфичный, надо сказать.
Ознакомительная версия. Доступно 73 страниц из 481
