Поблагодарив портье, Дима с тоской поглядел на мягкие, такие удобные кресла… И вышел из гостиницы в холодную шведскую ночь. Напротив гостиницы была небольшая пристань, у пристани — кораблики. Иллюминаторы одного из них уютно светились. Но светились они не для Димы.
Дима побрел по набережной, пытаясь на ходу навести порядок в мыслях.
После разговора с портье ему почему-то стало спокойнее и наконец пробудился здравый смысл.
«Дурак я был, — подумал Дима. — Вместо того чтобы шататься по Стокгольму и подбирать объедки, надо было сразу сказать тому полицейскому, что потерял документы и заблудился. Он бы забрал меня в полицию, а там уж они сами связались бы с посольством. Может быть, даже покормили. Завтра же иду в полицию!»
А собственно, что ему мешает отправиться в полицию прямо сейчас? Вместо того чтобы всю ночь болтаться по городу. Переночевать в уютной теплой камере, утром — сытный тюремный завтрак. Говорят, в Швеции лучшие в мире тюрьмы…
Дима остановился. Огляделся. Полицейских поблизости не наблюдалось. Прохожих — тоже. Как же узнать, где тут ближайший полицейский участок?
«Спросить в гостинице!» — подсказал здравый смысл.
Дима решительно развернулся и двинулся в обратном направлении.
Но до гостиницы он не дошел.
— Димочка! Какая приятная встреча.
До дверей гостиницы ему оставалось шагов двадцать. Просторный пустынный холл стокгольмского отеля манил теплом и светом. Но Дима уже знал: в гостиницу ему не попасть. Между Димой и вожделенными ступеньками, очаровательно улыбаясь и маня его изящным пальчиком, неприступной стеной стояла Карина.
Дима понимал: надо удирать со всех ног, но эти самые ноги будто примерзли к асфальту.
— Иди-ка сюда, моя радость, — проворковала эльфийка.
И Дима покорно шагнул к ней. Ну не мог он, не мог иначе…
— Где ты шлялся, моя радость? — нежно осведомилась Карина. — Фу, совсем запаршивел. Весь ограми провонял. Ну и зачем тебе было удирать? Чтобы тебя скушали эти уродливые создания?
Дима что-то промямлил. Как и раньше в присутствии Карины, он онемел и отупел. И все-таки он видел: Карине тоже досталось.
От похожей на солнечный зайчик вечно юной девушки не осталось почти ничего. Карина все еще была красива, но теперь от ее красоты веяло стужей и затхлостью. Дима содрогнулся. Как будто вновь ледяная «эльфийская стрела» ударила его в позвоночник.
— Так где же ты болтался, моя радость? — повторила Карина.
— Тролли, — пробормотал Дима. — Меня унесли тролли. Они пришли в номер, когда вы ушли. Искали своего… своего… которого Ротгар… ну в общем…
— А-а-а, — протянула Карина. — Кое-что проясняется. Непонятно только, почему тебя до сих пор не скушали, моя радость.
— Они хотели. Я убежал.
— Да-а, измельчал нынче огр, измельчал… — Карина криво улыбнулась. — Даже человечка удержать не могут. А сюда ты зачем пришел?
— Ну, это, захотелось…
— Захотелось повидаться со мной, да, моя радость?
Дима молчал. Может, ему стоило соврать, сказать «да»?
— Ах эти грязные огры, — сказала эльфийка. — Когда я перестала тебя чувствовать, то подумала: мы никогда больше не увидимся. Я очень огорчилась. И господин Ротгар — тоже. Веришь?
— Верю, — буркнул Дима. Еще бы не верить. Вампиры чертовы.
— Но теперь мы вместе. — Еще одна лучезарная улыбка. Карина расцветала на глазах. — Пойдем со мной, Димочка. Нам некогда.
Повернулась к нему спиной и зацокала каблучками.
Дима поплелся за ней, проклиная свою покорность.
— Куда мы идем? — спросил он, набравшись смелости.
— К машине, — не оглядываясь, бросила Карина.
— А потом?
— Потом — к Ротгару. Господин высший ши очень устал. И желает тебя видеть. Кстати, знаешь, почему он устал?
— Почему? — спросил Дима, механически, как автомат, переставляя ноги.
— Господин Ротгар поймал Охотника. И придумал для него очень миленькую казнь, — Карина захихикала. — Он такой затейник, наш высокий ши, такой фантазер! Окунуть огра в водичку… В глубокую водичку… И оставить его там. Как это мило!
Дима остановился. На углу набережной и той самой счастливой улочки Хувслагаргатан, которая вывела его к гостинице. Там, на этой улочке, была автостоянка. Туда они и шли.
Карина почувствовала, что Дима остановился. А может, просто перестала слышать его шаги. Так или иначе, но она обернулась.
— В чем дело, моя радость?
— Зачем мы идем к Ротгару?
— Ого! Послушный мальчик снова начал задавать вопросы! — проговорила она насмешливо. — Дурное влияние огров, да? Мальчик хочет знать, зачем его ведут к Ротгару? Хорошо, я скажу тебе. Ты — мой подарок высокому ши. Я подарю ему тебя, а он, в свою очередь, тоже сделает мне подарок. Небольшой, но очень важный для меня. Господин Ротгар позволит мне уехать домой! Да, да! Пока он будет заниматься моим хорошеньким мальчиком, я соберу вещички, рвану в аэропорт и улечу отсюда далеко-далеко! Туда, где не будет ни огров, ни высоких ши… Пошли, я сказала! — уже совсем немелодично прикрикнула она на Диму.
— Никуда я не пойду!
— Да ну? Человечек осмеливается спорить! Значит, не пойдешь? А это мы сейчас посмотрим! — Карина подняла руку, шевельнула пальцами — и Димины ноги сами сделали шаг, потом еще один… Дима сжал челюсти — аж зубы заскрипели. Несмотря на ночную прохладу, на лбу его выступил пот… Ничего он не мог сделать. Шаг, еще шаг…
И тогда Дима упал. Просто согнул колени и упал на асфальт. Больно ударился локтем… Плевать. Он смотрел на Карину снизу вверх и счастливо улыбался. Карина остановилась над ним. Идеально стройные ноги в туфельках на десятисантиметровом каблуке. Соблазнительная красавица-эльфийка, вид снизу. Роскошный вид, надо признать. Дима улыбнулся еще шире.
— Ах какой сообразительный мальчик, — прошипела Карина. — Обманул меня, да? Ладно же!
Дробный стук каблучков. Неужели ушла?
Дима все еще улыбался, когда в полуметре от его головы взвизгнули шины. Распахнулась дверца, стройные ножки ступили на асфальт.
— Ты как, не замерз еще? — Карина ухватила Диму под мышки, потянула с силой, неожиданной для ее хрупкой фигурки.
Димка в последний раз глянул на вожделенные двери гостиницы… И вдруг увидел Катю.
— Катька! — отчаянно завопил Дима. — Катька! Зови поли…
— Ах ты паршивец! — Карина заткнула Диме рот… И он тут же яростно вцепился зубами в ее руку.
Карина вскрикнула, Дима плюхнулся обратно на асфальт, успев увидеть, что Катя смотрит в его сторону, сообразил, что в темноте переулка она вряд ли сможет что-то разглядеть…
