– Вижу… Ладно – отдыхай. Пойду посмотрю как там остальные.
…
На входе в Кают-Кампанию Старпома перехватила Лисса. Судя по поблескивающим глазам, она уже предвкушала рандеву с Лейлой.
– Могу я обратится с одной просьбой?
– Одолжить вам мою каюту на часок – другой? Да не вопрос.
– Хорошо что мы так быстро друг друга поняли…
– Ганс там уже закончил?
– Да. Просил подойти тебя.
– С Черри или без?
– Не уточнял, но если ты оставишь её с нами, мы против не будем.
– Как нибудь потом…
Старпом спустился в лазарет где играла приятная музыка. Лейла слушала её прикрыв глаза от наслаждения, а Доктор делал какие-то заметки поглядывая на исчерченный цветными мелками гипсовый слепок.
– Ну как? Вы продвинулись?
– Йа! Я и до этот момент имейт кое-какой теорий, но сейчас они полностью подтверждайтся. Вы слышайт о «лейкотомия»?
– Признаться нет…
– Это новый методик лечений психический расстройств и буйства путём иссечений участок мозга. После неё пациент становийтся покорный и управляемый. Я предполагайт что тут применен похожий принцип…
– Это можно исправить?
– Думайт что да… Шеаа заверяйт что ей это под сила…
– Но…
– Айн момент… На пару слов… – Доктор вывел Старпома в лабораторию, – Есть ещё айн аспект… Не подумайт что я лезть не в свой дело. Просто слышайт что фрау Черри подвергайтся противоестественный домогательств…
– Это проблема?
– Йа… Сейчас, ввиду свой состояний, она не осознает весь ужас того, через что она есть проходийт. Но если мы вернем ей чистота рассудка, данный воспоминаний…
– Понимаю.
– Это может отражайтся на её психический здоровье. И я нихт имейт понятий как именно.
– Я считаю что надо рискнуть. Представьте себя на её месте. Вы бы хотели что бы вам вернули ясность ума несмотря на то что вам придётся пережить неприятные воспоминания?
– Я есть иной случай. Ясность ума для меня есть все.
– Для неё тоже. Сейчас она просто кукла без собственной воли и мнения. Игрушка. Те воспоминания – она справится. В крайнем случае мы поможем. Но попробовать в любом случае стоит.
– Гут… Я думайт что вы в какой-то мера правы. Приглашайт её – начнём.
Старпом вернулся в лазарет и пригласил Лейлу.
– Госпожа… Вас кое-кто ждёт. Пойдёмте я провожу – мне по пути.
…
Чума в город идти не хотела, но её заверили, что на бой делегация выдвигается более чем внушительная, поэтому бояться нечего. Несмотря на то, что она прожила в Аргесаеванне почти всю жизнь, в порту ей все было в диковинку, ибо местная банда чужих не жаловала и карала жестоко. Долго не погуляешь. Особенно с её особым везением натыкаться на тех, кого не стоит встречать.
Например, на Латифа с компанией, в который был и пострадавший от Ура Зуб. Но, к её огромному удивлению и радости, те быстро скрылись в каких-то переулках, только заметив делегацию с «Интернационала» на горизонте. Капитан, Марио и Доктор вообще не обратили на тех внимания. Старпом заметил это движение и покосившись на Чуму одними глазами задал вопрос: «Твои знакомые?», Чума в ответ так же молча кивнула. Усмехнувшись, Старпом показал следующему за ними по крышам Уру, чтобы тот присмотрел за тылами, а Чуме – сигнализировать, если ещё кто знакомый объявится.
На площади поединков было полно народу. Местные воспринимали это как занятное зрелище, а у знати даже имелись собственные ложи чтобы наблюдать за боями. Насколько все поняли, суд поединком был способом решения дел об оскорблении чести. Понаблюдав за происходящим Капитан заключил что здравое зерно в этом есть. Большинство спорщиков, оказавшись лицом к лицу с оружием в руках, предпочитали примирится и не рисковать жизнью по пустячному, в целом, поводу.
Те же, кто бились, поводы имели серьезные и приговором простого суда жажду возмездия было бы не унять. Чума, как могла, объясняла что тут творится.
– Вабще можна па разнаму дратся. В аснавном проста все баятся паэтому нимного памашут и расбегутся. Те двое каторый сейчас прям бились – эта наемныи байцы. Специальна штобы зрители ни скучали.
– То есть шоу устраивают дабы интерес не ослабевал… – понимающе кивнул Старпом оглядываясь по сторонам, – Марио – внимание вон на того деятеля…
– Си… Похоже он целенаправленно идёт к нам.
– Эта Омар… – вытянувшись словно суслик, Чума посмотрела в указанном направлении, – Он наемный убицца. Фсе Омара бояцца…
– Марио – справишься?
– Си! – Марио натянул фехтовальные краги, – Не извольте сомневаться.
– Хорошо. Тогда приготовься – он уже близко.
Омар, протискиваясь сквозь толпу, подобрался к Капитану и потянулся за кинжалом. Дага Марио уперлась ему в щеку.
– Язык стали ты понимаешь в любом случае… И моя сталь говорит, что лучше этого не делать…
Замерев, Омар некоторое время оценивал ситуацию, потом резко поднырнул под клинок выхватывая кинжал… И получил коленом в зубы. А потом – пинок сапогом в грудь от чего перевалился через ограждение и по ступенькам скатился на песок арены… Следом, неторопливо доставая шпагу, спустился Марио.
Зрители, предчувствуя веселье, замерли.
– Уважаемый синьоры… – обращаясь к судьям, Марио перешёл на высокопарный слог, – Прошу прощения за то что прерываю сие действо, но этот господин – подлец!
И я собираюсь призвать его к ответу. С вашего позволения, конечно!
Судьи, судя по лицам, ни слова на ислас не поняли, но Марио вежливо поклонился, выглядел представительно, говорил уважительным тоном, и почтенным старцам это льстило. Тем более что сидеть на жаре и смотреть на вялые пируэты двух торговцев, которые уже сильно жалели что вынесли свои дрязги на арену, было не выносимо скучно. Предыдущих поединщиков, к их облегчению, выставили вон, опосле чего жестом показали что можно начинать.
Кто-то сверху кинул Омару саблю. Старпом взял его на заметку и жестом приказал Уру, прикрывавшему их с крыш, проследить. Зрители загалдели делая ставки – этот бой обещал быть интересным.
Сходится противники начали плавно, внимательно следя за движениями друг друга и остановились в трёх шагах. Качнувшись сперва влево, потом вправо Омар попытался спровоцировать Марио, но тот не шелохнулся. Только кончик его шпаги, как стрелка компаса двигался все время нацеленный противнику в лицо. Решив продолжить провокацию, Омар отвел саблю в сторону и хотел поманить оппонента, попутно выкрикивая насмешки, но едва успел парировать стремительный выпад.
Отскочив он ощупал щеку на которой кончик шпаги оставил длинный порез и посмотрел на Марио, который с презрительной усмешкой делал то что не позволил сделать ему – зажав дагу тремя пальцами, оставшимися двумя манил его под хохот публики.
Зарычав, уязвленный Омар кинулся в атаку. Зрители взвыли от восторга – противники стальными вихрями сталкивались со звоном мелькавших как крылья стрекозы клинков, расходились и снова шли в атаку.
Сперва казалось что преимущество на стороне Омара – он постоянно давил заставляя Марио отступать и пятится, но быстро выдохся преследуя более легкого и подвижного противника, который ловко ускользал от всех попыток загнать в угол. Так что уже Омар начал отступать сам надеясь набрать дистанцию и перевести дух, однако Марио не собирался позволять ему это сделать и перешёл в контратаку быстро прижав его к краю арены.
Видя что положение становится угрожающим Омар метнул в Марио кинжал и перехватив саблю двумя руками принялся ожесточенно рубить целясь в клинок шпаги. Расчет был ясен – шпага бы не выдержала мощного сабельного удара и переломилась оставляя противника с короткой дагой, однако Марио, изящным движением, каждый раз убирал оружие из под удара и снова возвращал его на прежнее место, а после третьего взмаха сделал выпад нанося укол в плечо.
Выронив саблю Омар затравленно озираясь прижался к стене.
– Вы понимаете ислас? – осведомился Марио, – Я предлагаю вам сдаться…
– Что? Духу не хватает меня прикончить?
– Нет. Думаю что для мясника вроде вас, милосердие будет хуже чем смерть.
