— Пожалуй, с меня хватит. — Мартин встал из-за стола. — Матушка, уверен, Эмилия с удовольствием посвятит вас в подробности достижений современной медицины, как только освободится. А сейчас ее ждет портниха. Дорогая, если ты закончила, я тебя провожу. Фло, ты можешь заказать пять новых платьев взамен испорченного мною. Каро, не подпрыгивай на стуле, с тебя хватит и одного, у тебя их более чем достаточно. Эми?
— Я велела Глории начать с меня, — сухо объявила леди Айрин. — Мне нужно кое-что обновить в гардеробе.
— Я был бы благодарен тебе, если бы ты немедля послала ее к Эмилии, — бесстрастно ответил Мартин. — У нее нет своих вещей, они ей необходимы, я дал обещание. Спасибо, матушка. Эми, пойдем.
Эмилия поспешила покинуть столовую. Вот это да! А Мартин, оказывается, не подкаблучник. И вполне умеет настоять на своем, когда нужно. «Три — ноль» в ее пользу! И муж играет на ее стороне.
— Не люблю спорить с мамой, — неожиданно сказал Мартин, когда они почти пришли, — но иногда она становится совершенно невыносимой. Будь осторожна, она опытнее тебя.
Эмилия изумленно уставилась на мужа. Он раскусил ее игру с самого начала? И не возражал? Ох, сколько же в тебе сюрпризов, лорд Мартин!
— Ты останешься со мной? — спросила она. — Мне бы хотелось поговорить.
— Не сейчас. Я отъеду по делу, а вечером буду в полном твоем распоряжении, клянусь. Нам действительно нужно поговорить. Мне тревожно оставлять тебя одну с моими… родственницами. Но, надеюсь, пару часов ты выдержишь. Занимайся гардеробом, не стесняйся, заказывай все, что сочтешь необходимым.
Он поцеловал Эмилию в щеку и ушел.
Глория ждала в гостиной и заявила, как только Эмилия переступила порог:
— Я не портниха, я — модельер. И относиться ко мне попрошу соответственно.
Странное заявление, тем более что Эмилия не успела и рта раскрыть. Решив, что это науськивания леди Айрин, она промолчала. В конце концов, ей целый год придется пользоваться услугами Глории, и желательно одеваться удобно и стильно. В рамках «жанра», конечно.
Глория оттаяла быстро. Маленькая, юркая, она напоминала пчелку-труженицу. Выяснилось, что у нее свое ателье, где работают швеи и модистки. Эмилия разглядывала каталоги с рисунками, щупала образцы тканей, перебирала ленты и кружева. Глория составляла список необходимого, снимала мерки. Как только она поняла, что Эмилия разбирается и в фактуре тканей, и в цветовой гамме, и даже способна нарисовать эскиз необходимой модели, она перестала поджимать губы. Обе увлеклись настолько, что не заметили, как пролетело время.
Обед им подали прямо в комнату.
— Распоряжение милорда, — сказала Элис.
Эмилия почувствовала благодарность к мужу. В его отсутствие ей было бы совсем некомфортно в столовой с чопорными дамами. Перекусив, они с Глорией снова вернулись к обсуждению платьев и костюмов, но идиллию нарушила леди Айрин.
— Не понимаю, чем вы тут занимаетесь? — раздраженно спросила она, выхватывая из рук Глории блокнот со списком. — Между прочим, мы все ждем тебя одну.
Эмилия опешила от такой бесцеремонности. Глория же привычно закатила глаза.
— Миледи, у леди Эмилии большой заказ, — проворчала она.
— Она не леди! — отчеканила Айрин. — И никогда ею не будет.
— Счастлив тот мир, где статус определяют мозги, а не титулы, — произнесла Эмилия, ни к кому не обращаясь.
— Посмотрим, что тут у нас… — Леди Айрин сделала вид, что не слышала колкости, и стала изучать список. — Нет, слишком много, хватит и трех пар. Нет, двух, — она взяла карандаш и стала исправлять записи. — Нет, слишком дорогая ткань, возьми подешевле. Одного костюма для прогулок вполне хватит, и цвет возьми другой, неброский.
Эмилия молча сжимала кулаки. Начать спорить сейчас, при Глории? Запросто! Только она не сумеет переубедить леди Айрин, и получится знатный скандал при портнихе, не более. Мартину не понравится, и он встанет на сторону матери. Значит, нужно перетерпеть. Пусть говорит, что хочет.
— Миледи, милорд приказал выполнить любые распоряжения его жены, — попыталась возразить Глория. — И велел не ограничивать ее в праве выбора.
— Вот как? — Леди Айрин даже бровью не повела. — Ничего, я решу этот вопрос со своим сыном. А вам следует задуматься, стоит ли рисковать постоянными клиентами ради девушки, которой скоро тут уже не будет.
Ногти впились в ладони. Эмилия приказала себе терпеть. Ничего с ней не сделается, а Глории ни к чему страдать от самодурства леди.
— Сделаем так, как говорит миледи, — выдавила Эмилия.
Глория посмотрела на нее сочувствующе, но ничего не сказала.
— Эскизы, — потребовала леди Айрин.
Пересмотрев рисунки, она забраковала больше половины.
— Это моя невестка никогда не наденет, — отрезала она, разрывая бумагу на мелкие клочки. — Платья замужней женщины должны быть скромными.
От злости у Эмилии из глаз потекли слезы. Столько работы! Они обговаривали, рисовали, планировали, мечтали… И теперь весь пол усыпан мелкими обрывками, которые даже не склеить. Глория только горестно вздохнула.
— Убрать, — указала на пол леди Айрин, подозвав Элис. — Глория, за мной. Эмилия, в голубую гостиную. Живо!
Эмилия задохнулась от негодования. Мало того что испортила настроение, так еще и приказывает, как собачонке?! Ничего, она еще отомстит! Пусть сейчас счет «три — один», но все еще в ее пользу!
— Я бы послушалась, миледи, — тихо шепнула ей Элис, как только они остались одни. — Милорд и сам не любит, когда мы делаем уборку при господах. А в той гостиной сейчас только девочки, познакомьтесь с ними поближе, милорд любит сестер.
Она сильно смущалась, но Эмилия не стала сердиться и решила не пренебрегать хорошим советом.
Девочки занимались рукоделием. Мередит вышивала, Каролина вязала кружево, а Флоренс стояла перед мольбертом с кистью в руке.
— Эмилия, иди к нам, — обрадовалась Каролина, отложив нитки.
Мередит вежливо улыбнулась, оторвавшись от пяльцев. Флоренс даже не обернулась.
Эмилия подумала о красивом платье, испорченном во время свадьбы. Мартин сказал, что компенсирует потерю, но, возможно, для Фло оно имело какое-то особенное значение?
— Флоренс, я бы хотела извиниться. Мне жаль, что так вышло, с платьем.
— Картину тебе тоже жаль? — равнодушно спросила Флоренс, вытирая кисть тряпочкой.
— Картину?
— Ах, да. Такие мелочи, верно? Одной мазней больше, одной меньше! — Она наконец-то посмотрела на Эмилию, гневно и презрительно.
— Прости, — пробормотала Эмилия, вспомнив про картину, испорченную во время первого скандала с Мартином. — Я… я тогда… мне очень…
