Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 227
— Что здесь происходит? — грозный окрик заставил незадачливых налетчиков подпрыгнуть и практически мгновенно скрыться из виду.
— Ты как, парень? — подошедший сзади хлопнул меня по спине.
У-урр-о-ю…
— Спасибо, хорошо.
Надеюсь, он решит, что дрожь — это от страха, а не от ярости, потому что кидаться с кулаками на жандарма в моем положении — последнее дело. У скамейки стоял типичный представитель власти — с брюшком, в не очень новом, но тщательно отглаженном мундире капрала. Он внимательно осмотрел меня, мой убогий багаж и дружелюбно поинтересовался:
— Ничего не взяли?
— Нет, — в лицо ему я старался не смотреть — глаза меня выдадут.
— Путешествуешь в одиночестве, да? И куда направляешься?
— В Редстон, — виновато улыбнулся я. — Буду поступать в Университет.
— А ты — отчаянный парень, как я посмотрю! Пойдем со мной, нехорошо сидеть одному в таком месте.
Документов у меня не спросили и это хорошо, потому, что одолженный Йоханом паспорт никакой проверки не выдержал бы. Сердобольный капрал отвел меня в привокзальный участок, напоил горячим чаем и лично посадил на нужный поезд. Никогда бы не подумал, что жандармы на такое способны! С другой стороны, обычно черные доставляют им проблемы совсем иного рода.
Урок был усвоен. После этого инцидента я перемещался только с толпой, а отдыхать устраивался вплотную к жандармским гнездовищам, то есть, делал все прямо противоположенное своим обычным привычкам. Не потому, что чего-то боялся — это чувство было мне по-прежнему недоступно. Просто льва под овечьей шкурой лучше всего видно именно волкам. А я еще удивлялся, почему белые так не любят путешествовать! Для них любой переезд — настоящий ад. Обычные люди могут вести себя хуже всяких черных, особенно, если имеют дело с безответными чужаками.
Со всеми пересадками и путанием следов, путь до Редстона занял восемь дней. К моменту прибытия мои нервы были на пределе. Меня два раза пытались тупо обмануть, один раз — ограбить, и это не считая мелкого хамства и пренебрежения. Было такое чувство, что еще чуть-чуть, и я сам запишусь в Искусники, что б всем кисло стало. На последнем перегоне мне удалось прибиться к компании путешествующих белых и стало проще, хотя их тоже пытались развести. При расставании очаровательная блондиночка чмокнула меня в щеку и назвала самым решительным белым магом (!) в мире. Мысли о том, что неинициированный белый способен проявить такую же твердость, у них просто не возникало.
К офису НЗАМИПС я несся, как мотылек на огонь. Желания снимать номер в гостинице и выяснять, каким еще приколами это обернется, у меня не было никакого. Оставался последний рывок — достучаться до Ларкеса. Свое удостоверение сотрудника НЗАМИПС я сдал при увольнении, поэтому мне предстояло привлечь внимание старшего координатора по обычным каналам. Иначе, нафига был весь этот цирк?
Дежурный, увидев посетителя с мешком и чемоданом, напрягся и что-то передвинул на конторке, вероятно, активировал какую-то защиту. Вот, пожалуй, единственный раз, когда к белому отнеслись с подозрением.
— Как я могу найти господина Ларкеса?
— Вам назначено?
— Нет, но мне очень нужно с ним поговорить.
Дежурный нахмурился.
— Господин Ларкес занят и не принимает без записи. Записаться на прием вы можете по телефону у секретаря.
— Если он занят, то я подожду.
Бессмысленно препираться с клерком! Я устроился в кресле для посетителей и поймал себя на мысли, что уже делал так раньше, правда, с другим координатором. Не впервой. Если потребуется, я тут даже заночую.
Где-то через полчаса дежурный выбрался из-за конторки и принес мне чашку чая. Наверное, это общее свойство белых — от них либо требуют денег, либо дают чай.
— Вообще-то, это не входит в мои обязанности, но я хочу сказать, что старший координатор в ближайшее время не появится. Он уехал.
Мое сердце натурально пропустила удар.
— Куда? — потрясенно прошептал я.
— В Суэссон, руководить каким-то расследованием.
Если вам кто-то скажет, что умереть от потрясения способны только белые, плюньте ему в глаза. Моя жизнь была на волоске. В глазах потемнело, голос дежурного, который что-то предлагал и советовал, доносился из немыслимой дали, перед глазами мелькали картинки прошедшей жизни, причем, не моей. Еще чуть-чуть, и планы Искусников воплотились бы в реальность. Но тут мужик попытался вызвать мне целителя, я представил, что начнется, если меня осмотрит белый маг, и резко вернулся к жизни.
— Извините за беспокойство, счастливо оставаться!
И я выметнулся из управления раньше, чем дежурный задался вопросом, что это за странные белые тут шляются.
Ненавижу! Я столько сил потратил, чтобы добраться к нему, а он укатил туда, откуда я приехал. И почему мне кажется, что расследование, которым Ларкес собрался руководить, имеет непосредственное отношение к моей персоне? Интересно, сколько времени потребуется старшему координатору, чтобы сложить два и два и понять, что его надули? Он ведь мужик умный. Пожалуй, лучше мне не рассчитывать на помощь НЗАМИПС и вообще — держаться от «надзора» подальше. Упаси предки, они сговорятся с Искусниками и начнут меня травить всей кодлой!
Я отчетливо понимал, что фарс, начатый почти без надежды на успех, слишком затянулся, и чем дальше, тем сложнее мне будет «воскреснуть». Но как быть с предчувствиями? И что хуже — с моим положением старшего? Не зря ведь среди черных так мало охочих до власти. Приятно, конечно, ощущать себя главой семьи, пусть и состоящей наполовину из белых, но такое положение подразумевает определенные обязанности. Я должен защищать клан! У черных старший не может оказаться слабаком, это страшный позор до конца дней, а маги живут долго. Если кто-либо догадается, что я знал об угрозе для семьи, но все равно отступился, мое общественное положение никогда не поднимется выше плинтуса. И плевали остальные черные на мою силу! Клеймо неудачника будет преследовать меня до самой смерти.
Мне нужен был план, и мне нужно было убежище. Последнее я понял с некоторым опозданием. За прошедшие два года Редстон изменился, стал тревожнее, что ли, недоверчивей. Добавилось жандармов на улицах, защитных амулетов на домах и подъездах (кто-то неплохо на этом заработал). В суэссонской глуши я порядком отстал от жизни, может статься, что при попытке вселиться в гостиницу, портье отнесется к своим обязанностям серьезней, чем служащие чугунки, и потребует активировать печать на паспорте. И тут же выяснится, что бумаги принадлежат не мне. Причем, проверку документов может устроить любой жандарм — это их законное право.
Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 227
