Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 110
— Тринадцатый, Вы меня слышите? Майор, отвечайте! Тринадцатый, я — Андрей, прием! — Знакомый голос монотонно повторял одну и ту же фразу уже полчаса, не давая спокойно поспать. Что еще такое произошло?!! Снова без меня никак? Тринадцатый недовольно поморщился и открыл глаза. Он с удивлением отметил, что привычный потолок спального подуровня пропал. Его заменяло вечернее небо, заляпанное кусками грязи. Постепенно сознание начало возвращаться, восстанавливая в памяти события прошедшего дня. Майор поднял руку и потер лицевой щиток гермошлема. Куски грязи исчезли с неба, но вечерние сумерки и мутные желтые облака остались. Значит, действительно вечер.
— Я — Тринадцатый. Слышу тебя хорошо. — Устало ответил майор, прерывая заунывно бубнившего ученого.
— Тринадцатый! Я рад Вас слышать! — Монотонный голос Серебрякова-младшего мгновенно вспыхнул жизнерадостными интонациями. — Я знал, что от Вас не так просто избавиться! Как Вы себя чувствуете? Сможете добраться до Бункера?
— Сейчас и узнаем. — Майор попытался сесть. Это удалось довольно легко. Боли не было, зато в месте раны было такое ощущение, словно туда засунули большой ледяной шар. Почти вся грудь онемела и ничего не чувствовала. Тринадцатый встал. Голова кружилась, тело пошатывало, ноги подгибались. Но идти было вполне возможно. Он попытался рассмотреть рану, но в сумерках ничего не было видно, кроме вымазанных кровью рваных краев дыры в скафандре.
— Идти могу. — Он сделал шаг, второй, и, стараясь не упасть из-за головокружения, нетвердым шагом поплелся к шлюзу.
— Я Вас вижу. Постарайтесь дойти, у меня все готово к лечению. — Старался ободрить его ученый. — Я видел, как вы сняли себя с обломка. После такого грех не дойти.
— Голова кружится. А так нормально вроде. — Тринадцатый остановился, и постоял на месте пару секунд, пытаясь унять головокружение.
— Это от потери крови. — Объяснил Серебряков-младший. — Давайте, майор, осталось совсем немного.
— Может, и от потери. — Согласился майор и поковылял дальше. — Хотя снаружи крови нет. А изнутри я ничего не чувствую, все замерзло, словно морозильное отделение от холодильника проглотил. Что-то холодновато мне. — Наконец он добрался до шлюза и вошел внутрь.
— Сколько я провалялся там? — Тринадцатый оперся плечом о стену, пережидая процесс шлюзования. — Что произошло за это время?
— Сначала полчаса, потом, после того как Вы сняли себя с обломка, еще почти шесть. — Ученый открыл перед майором вторую камеру шлюза. — После атаки корвет сделал несколько кругов и ушел, видимо, решил, что Вы уничтожены. Потом в центр управления пришел запрос с орбиты. Я немного подкорректировал ответ, и получилось, что в Бункере пусто, всё обесточено, даже дежурное освещение, работают только системы хранения информации в режиме минимального энергопотребления. Вот, собственно, и всё. С тех пор тихо. Мышонок Ваш все летал над Вами, потом пропал.
Тринадцатый вошел на платформу лифта, и начался спуск.
— Шесть часов? — Покачал головой майор. — Долго… даже удивительно, что ты за это время не перебудил всех с перепугу.
— Вы ко мне несправедливы. — Обиделся Серебряков-младший. — Мы же решили будить остальных только в крайнем случае. А я видел, что он еще не наступил. — Ученый вздохнул. — Да и что они могут сейчас сделать… на данный момент мы стеснены в средствах.
— Это точно подмечено, насчет «стеснены». Причем не только в средствах, но и в движениях. — Тринадцатый поморщился. — Андрей, больше я в этот гроб в виде одежды не залезу ни за что. Эта штука словно предназначена для максимального удобства расставания с жизнью. Нам потребуется нормальное снаряжение и оружие. Всем. В любой момент сюда могут прилететь веселые оранжевые ребята.
— Да, да! Разумеется! — С готовностью откликнулся ученый. — Я доработаю и изготовлю все образцы в ближайшее время. Теперь энергии хватит.
Лифт достиг Бункера, и майор прошел в дезактивационный сектор.
— И еще, Андрей, — Автоматические устройства принялись за очистку скафандра. — Надо решить проблему со знанием современного языка. Я его совсем не понимаю.
— Я уже думал об этом. — Отозвался Серебряков-младший. — Я поработаю над лингвистической программой.
Первичная обработка завершилась, и Тринадцатый стал вылезать из скафандра.
— Бросайте его тут, автоматика позаботится обо всем. — Сказал ученый, и к человеку подкатился автоуборщик. — Проходите сразу в лифт, Вам надо немедленно в медицинскую лабораторию. Я подготовил…
— Очень интересно! — Глубокомысленно изрёк майор. — И что это ты тут делаешь?
После того, как вслед за пробитым скафандром на пол полетела порванная и испачканная в крови форма, взгляду майора предстала неожиданная картина. На пробитой груди, прямо на ране, туго запечатывая ее собой, словно пластырь, прилип мышонок.
— И как ты только сюда влез? — Риторически поинтересовался Тринадцатый. — Через дыру в скафандре, надо полагать…
Мышонок, увидев, что на него обратили внимание, моргнул черными глазками и пискнул в ответ.
— Феноменально! — Мгновенно возник Серебряков-младший. — Тринадцатый, пройдите в медлабораторию пока он не отлепился. Похоже, мышь спасла Вас от потери крови. Надо срочно провести все необходимые анализы! — В голосе ученого явственно послышались нотки исследователя. — Он мог занести заражение!
Майор подозрительно взглянул в камеру видеонаблюдения.
— Андрей, я надеюсь, ты не собрался препарировать меня во имя науки? — Он вошел в межуровневый лифт. — Если бы Чебурашка меня чем-нибудь заразил, я бы вряд ли сюда дошел спустя шесть часов потери сознания.
— Ни в чем нельзя быть уверенным! — Тоном маньяка успокоил его ученый. — Я должен во всем убедиться.
Майор зашел в лабораторию, улегся на ложемент биорегенератора и легонько пощекотал мышонка пальцем.
— Ты так и будешь там сидеть? Биорегенератор закроется, и заполнится биораствором. Не боишься захлебнуться? — Тринадцатый двумя пальцами легонько попробовал отлепить от себя мышонка.
Чебурашка недовольно пискнул, взлетел к потолку, сделал круг по лаборатории и повис на каком-то приборе.
— Раны нет. — Майор с любопытством разглядывал большое розовое пятно молодой кожи, образовавшееся на месте ранения.
— Удивительно! — Восхитился Серебряков-младший и тут же добавил: — Это ничего не меняет. Я должен провести полное обследование. А Вашему летающему лейкопластырю очень бы не помешало научиться пользоваться дезактивационной кабиной. Мне теперь придется тратить энергию на восстановление стерильности везде, где он побывал после поверхности!
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 110
