Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 90
– Как теперь с провиантом-то? – тревожно спросил Айча. – Вдруг и он тоже…
– Да нет, – подумав, сказала Алият. – Провиант грузили прямо со склада. Когда бы они его успели отравить!..
– Вино… – вдруг прохрипел Ар-Шарлахи, рванув плащ на груди, словно тоже вдруг почувствовал удушье. – За борт его!..
– Ну зачем же за борт? – спокойно возразила Алият, – Вино дорогое, вдобавок отравленное… Пригодится.
Верблюд его знает, по какой причине, но досточтимый Тамзаа побаивался своего секретаря. Даже самому себе в этом было как-то неловко признаваться. Преданность молодого человека сомнений вроде бы не вызывала: достаточно вспомнить, что юный Ирва получил место по просьбе Ринад, старшей жены государя, приходившейся сановнику двоюродной сестрой.
К общему удовольствию, рекомендованный любимчик (дальний родственник кормилицы Ринад) оказался прирожденным чиновником. Не принимая во внимание редкие просчеты по мелочи, можно было сказать, что ставленник любезной сестрицы за полтора года еще ни разу не подвел досточтимого Тамзаа в каком-либо серьезном деле. Нет, с этой стороны к молодому человеку претензий не было. Беда в том, что их не было вообще ни с какой стороны. Однако безгрешных людей, как известно, не бывает. И вполне естественно, что в душу досточтимого невольно закрадывалось подчас такое, скажем, сомнение: а не погоняет ли сразу двух верблюдов его старательный, смышленый Ирва?
То, что он наверняка делится замыслами своего господина с самой Ринад, досточтимого Тамзаа нисколько не беспокоило. В конце концов, для того она его и рекомендовала. Пугало другое: спокойствие и невозмутимость, свойственные старым придворным интриганам, но уж никак не юным секретарям. Будучи во гневе, Тамзаа не видел, например, в глазах своего расторопного помощника приличного случаю страха, а это опять-таки наводило на мысль, что для Ирвы существуют вещи куда более серьезные, нежели потеря секретарского места.
Совершенно исключено, чтобы юноша, происходя из семейства кормилицы, передавал служебные и прочие тайны родственникам Айют, второй по старшинству жены государя. И все же Тамзаа в свое время через надежнейших своих осведомителей на всякий случай проверил, не связан ли каким-нибудь образом его секретарь с враждебным досточтимому семейством. Как и следовало ожидать, Ирва был чист. И все же подозрение не отпускало…
Кому же он все-таки служит? Самому Улькару? Честно говоря, от одной мысли о таком пробирал озноб… В конце концов, если непостижимый наш государь, уже объявив себя бессмертным, тем не менее снарядил караван за целебной морской водой, то вполне возможно, что, прозревая в душах подданных, он мог, однако, проверять истинность своих прозрений с помощью того же Ирвы.
– Жалоба от судьи Ар-Мауры, – сдержанно сообщил секретарь. – Прислана с почтовой каторгой.
Досточтимый Тамзаа, не торопясь с ответом, окинул склонившегося перед ним юношу неприязненным взглядом. Даже сама внешность Ирвы почему-то беспокоила досточтимого. Рослый, обещающий раздобреть с годами секретарь статью своей мало чем отличался от большинства жителей Харвы, но вот лицо… Смуглое, тупоносое, широкоскулое, оно невольно приковывало взгляд. Мысль об уродстве, мелькнув, исчезала бесследно. Вполне правильные черты… Только вот правильность какая-то нездешняя, незнакомая…
– Опять Ар-Маура? – ворчливо осведомился досточтимый, и, как всегда, Ирва понял его с полуслова. Действительно странно. Вроде умный человек этот Ар-Маура и тем не менее постоянно напоминает о себе государю… Да на его месте затаиться нужно и не дышать…
– Что-нибудь из ряда вон выходящее?
– Да. – По обыкновению, Ирва был очень серьезен, – Четыре дня назад караван под командой Шарлаха…
Секретарь умолк, ибо глаза досточтимого широко раскрылись, выразив одновременно радость, страх и недоверие.
– Шарлаха? – переспросил наконец сановник, вздымая бровь. – Может быть, Хаилзы?
– Нет. Именно Шарлаха. Караван в составе двухмачтовика «Самум» и боевой каторги «Белый скорпион» вошел в порт, поджег зеркалами несколько строений, потребовал провианта и выкупа. Требования были удовлетворены. – Секретарь склонился еще ниже и протянул досточтимому два свитка. – Вот жалоба Ар-Мауры, а вот доклад капитана почтовой каторги…
– А это еще зачем?
– Имеется в виду почтовая каторга, захваченная мятежниками в порту тени Ар-Мауры, – пояснил секретарь.
– Странно… – с недоумением и тревогой произнес сановник, развивая первый пергамент. – «Самум» – это головной корабль караванного Хаилзы… насколько мне известно. А про каторгу… Как ее?.. «Белый скорпион»?.. Про нее я вообще в первый раз слышу… И куда мог деться весь остальной караван?.. – Он поджал губы и углубился в чтение. По мере ознакомления с четкой, словно оттиснутой вязью брови досточтимого вздымались все выше. На столь полный и стремительный успех своего предприятия Тамзаа даже и не рассчитывал. Изучив оба свитка до конца, он тем не менее долго еще сидел с опущенной головой и шевелил губами, словно перечитывая отдельные строки. Досточтимый не мог сейчас поручиться за выражение собственного лица.
– А где же донесение от самого Хаилзы? – спросил он, так и не подняв головы.
– От досточтимого Хаилзы донесений не поступало.
– То есть… бунт? – Тамзаа наконец взглянул на секретаря.
Ирва по-прежнему гнулся в полупоклоне, но большие карие глаза его были скорее внимательны, нежели почтительные Кому же он все-таки служит, верблюд его затопчи?..
– Досточтимый Ар-Маура употребляет именно это слово, – напомнил юноша. – Однако, думаю, он просто опасается назвать грабеж грабежом.
– Я достоин казни, государь!
Досточтимому Тамзаа без особых усилий удалось изобразить предел отчаяния – он и впрямь сильно рисковал, явившись к Улькару с подобным докладом, да еще и в священные часы, когда непостижимый и всемогущий в божественном уединении творил очередной указ. Однако помедлить он тоже не мог – жалоба Ар-Мауры прошла уже через несколько рук, включая руки секретаря.
Государь с любопытством и тревогой взглянул на распростершегося перед ним сановника, лицо которого почти касалось лилово-черных разводов кимирского ковра, и мановением мизинца приказал секретарю удалиться. Тот вскочил, спрятал перо и, завинчивая на ходу медную чернильницу, исчез за вздувшейся с шелестом занавесью.
– И в чем же твоя вина, досточтимый Тамзаа?
Не разгибая спины, сановник вскинул бледное перекошенное лицо:
– Я приказал досточтимому Хаилзе возглавить караван, отправляющийся к морю… полагая, что он… при его умении и опыте… достойно справится с этим делом…
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 90
