— Стандартный побочный эффект заклинания мертвой воды, — пожала плечами блондинка. — Пошли на кухню, выпьем чаю в ожидании нашей красотки. Заодно посмотрим, чем там занята Кайре. Что-то ее давно не слышно…
Черноволосая Кайре с интересом и без всякого отвращения изучала содержание мусорного ведра. Ведро, впрочем, было почти пустое. Пара пакетиков из-под чая, яичная скорлупа, какие-то бумажные обрывки и еще…
— Сестра, ты что-то говорила насчет отпечатков зубов?
Кайре двумя пальцами подняла в воздух говяжью кость. Кость была обгрызена дочиста. И отпечатков зубов было хоть отбавляй. Даже не зубов — зубищ!
— Но это же не человеческие зубы! — воскликнула Майра.
Лиадан прищурилась.
— В самом деле… Для собачьих великоваты…
— Это зубы тролля, — уверенно сказала Кайре. — Поверьте, я в этом разбираюсь.
— Какого именно тролля? — деловито спросила блондинка.
— Хищника.
Майра и Лиадан переглянулись. И насторожились.
— Кость глодали дня два назад, — сообщила Кайре. — Не бойтесь, девочки. Твари нет ни здесь, ни поблизости.
— Кто тут боится? — возмутилась Майра. — Что нам какой-то тролль?
— Значит, девчонку охраняет тролль, натасканный на сидов, — пробормотала Лиадан. — Все-таки это очень необычная смертная девушка… Я начинаю понимать, почему наш малыш сам за ней не поехал. А ты говоришь — послать Лу.
— Извини, ошиблась, — качнула головой Майра.
— Где Хищник, там и Охотник, — задумчиво произнесла Кайре. — Они работают в паре. Значит, здесь должны быть следы Охотника. Поищем?
И они принялись искать. Безрезультатно. Впрочем, кое-что они все-таки обнаружили.
На буфете, тщательно укутанный в пыльную газетку, лежал бесценный меч — «Последний Довод» Ротгара.
— Знакомая вещица! — удивленно сказала Лиадан, погладив рукоять-пряжку. — Помнится мне, правнучек тосковал по этому клинку. Пожалуй, его стоит вернуть хозяину.
И надела пояс-клинок на собственную талию.
— Как пожелаешь. — Майра подошла к столу и включила электрический чайник. — Кто-нибудь еще хочет чаю?
— Этого? — Кайре брезгливо подняла за веревочку пакетик. — Фу! Вернемся в «Кемпински», попьем настоящего…
Катя вышла на Дворцовую. Здесь было довольно людно. По площади шлялись толпы народа. Главным образом — молодежь. Многие — в масках. Хеллоуин. Все — выпимши. Катю раз пять окликнули. Пару раз попытались напугать, но она только отмахивалась от пластиковых «страшилищ». Ей по жизни вполне хватало настоящих.
Ее не покидало странное ощущение: будто за ней наблюдают. Один раз даже почудилось, что нечто прикоснулось к ее лицу… И сразу стало как-то неуютно. Остро захотелось домой. Не к Лейке, а к себе.
Осталось только поймать такси… Но подходящего авто не подворачивалось. То есть автомобилей было много: на набережной Мойки было тесно от припаркованных машин, Певческий мост был заставлен еще плотнее. Но все они стояли, а не ехали.
По ту сторону ярко и приветливо сверкал вход в гостиницу. Катю внезапно посетила неожиданная мысль: а не зайти ли внутрь? Выпить чаю… Да, именно чаю! С пирожным. Вот чего ей действительно хочется. Гостиница, само собой, дорогая, но в Стокгольме Катя видала отели и пороскошнее. А деньги у нее есть.
Решено. Катя уверенно двинулась через мост и оказалась у стеклянных дверей. Двери открылись, но внутрь Катя войти не успела. Дорогу внезапно заслонил затянутый в кожу атлетический мужской торс.
— Какого черта ты сюда приперлась!
Катя даже возмутиться не успела, как пара сильных рук подхватила ее и оторвала от пола. Игнорируя Катино слабое трепыхание (признаться, она была слишком шокирована, чтобы активно сопротивляться), мужчина попросту вынес Катю наружу, но не остановился, а довольно грубо, практически держа под мышкой, поволок Катю через мост обратно на Дворцовую.
Катя рванулась уже по-настоящему:
— Немедленно отпустите меня!
Похититель только презрительно фыркнул.
Какой-то мужчина, открывавший дверь в машину, обратил на них внимание.
— Эй, ты! Ну-ка отпусти девушку!
— Не лезь не в свое дело! — процедил волокущий Катю злодей. — Пополам порву!
Катя не видела лица сцапавшего ее, зато она очень хорошо видела того, кто попытался за нее вступиться. Мужчина побледнел и отшатнулся, будто увидел чудовище. Мигом нырнул в машину и там затаился. А похититель уже забыл о нем. С Катей под мышкой он быстренько перебежал через мост, скорым шагом преодолел еще метров триста и остановился лишь тогда, когда фасад отеля скрылся из виду.
Только тогда Катя наконец ощутила землю под ногами.
— Что это значит? — звенящим от гнева голосом поинтересовалась она.
— Ты что — совсем дура? — бешено произнес мужчина, поворачиваясь к ней.
— Тэм?!
— Я тебе ясно сказал: держись от нас подальше! — прошипел Тэм.
Его идеальные зубы по-волчьи блеснули в полутьме.
Кате стало страшно, но она не подала виду.
— Я всего лишь хотела чаю попить! — заявила она. — Кто тебе позволил…
— Ах, чаю! — перебил ее Тэм. — И заявилась для этого именно в «Кемпински»!
— Да в чем дело? Я просто шла мимо! Домой, если хочешь знать! — Катя сообразила, что уже оправдывается, и взбесилась. — И вообще, не твое дело, где я пью чай, понял! — закричала она сердито. — Кто ты такой, чтобы…
И тут этот бешеный красавец внезапно схватил Катю и поцеловал.
Боже, какой он сильный и быстрый. Катя и трепыхнуться не успела. Как тогда, у входа в гостиницу.
Губы Тэма показались Кате ледяными. Но обожгли, как огнем. У Кати закружилась голова и ослабли коленки. Неизвестно, что бы с ней произошло, если бы этот поцелуй длился больше секунды. Упала бы, наверное…
— Зачем ты это сделал? — слабым голосом проговорила Катя.
— Я… Потому что ты… — Великолепный Тэм, похоже, сам был не в лучшем состоянии, чем Катя.
Блуждающий взгляд… Прерывистое дыхание…
— Никогда! — яростно прошипел Тэм, озираясь. — Никогда больше этого не повторится! Никогда! Не ищи меня! Держись подальше! Понятно? И домой… Слышишь, домой не возвращайся! Или умрешь! Хуже, чем умрешь!
— А куда же мне идти? — Катя совершенно потерялась. Сначала — дикий поцелуй, потом — новая вспышка ярости.
— К Лейке иди! — рявкнул Тэм. — Какого черта ты оттуда ушла? Сидела бы там и не рыпалась!
«Ах! — задохнулась Катя. — Значит, это действительно был он!»
И сразу — догадка. Лейка! Он сказал: иди к Лейке! Значит, он ее знает. И знает, где она живет…
— Димка… — негромко сказала Катя. — Это ведь ты, все-таки ты, правда?
