— Туда! — громко воскликнул он. — Надо плыть туда!
Но плот относило в сторону, и Дильс со Свеггом напрасно били по воде сосновым хлыстом: плот слегка разворачивало, а волны по-прежнему относили его в сторону. Вягу уже развязали руки, и он перебрался на край плота, наблюдая оттуда за всем происходящим.
— Ан-та-а! — вдруг крикнул он. — Гви-иэйя!
— Но-тамау-ки! — ответил Гильд.
Кетты притихли, словно почувствовав, что разговор идет о жизни и смерти.
— О чем он? — спросил Эрних.
— Он говорит, что, если мы хотим попасть в страну айнов, нам надо растянуть на кольях шкуру и поймать ветер, — сказал Гильд.
— Растягивайте шкуру! — крикнул Эрних.
Янгор, Бэрг и другие охотники раскатали на краю плота скатку, а Гильд опять поговорил с вягом, как будто прося его о чем-то. Тот вначале не соглашался, затем, по-видимому, стал выставлять какие-то условия, и тогда уже Гильд спросил у Эрниха, что они сделают с пленником, когда с его помощью достигнут суши.
Эрних ответил не сразу. Он отошел на угол плота, встал спиной к волнам и посмотрел на людей племени. Все слышали его разговор с Гильдом и теперь переглядывались между собой. Кьонд уже совсем пришел в себя и теперь полулежал, положив голову на колени одной из молодых жриц. Дильс и Свегг косились на вяга, и Эрних видел, как тот напрягается под их враждебными взглядами.
— Что мы сделаем с ним? — громко выкрикнул Эрних, выбросив руку ладонью вниз и указывая сжатыми пальцами на пленника.
— Его надо принести в жертву Лику Воды! — послышался голос старой жрицы.
— Мэгея права, — подхватил Дильс, — если мы сами не хотим попасть в его лоно, нам надо принести искупительную жертву!
— Да! Да! — загалдели кетты. — И чем раньше мы это сделаем, тем будет лучше!
Эрних подождал, пока крики немного утихнут. Встретился взглядом с Дильсом, посмотрел на Свегга, на Янгора.
— Хорошо, — сказал он, взявшись за рукоятку клинка, — я могу сделать это прямо сейчас! Но кто из вас знает путь в страну айнов? Кто может поймать ветер, накинуть на него сеть, заставить его тащить плот к тверди, если она еще существует? Если есть среди этих волн хоть один кусок твердой земли!
— Принеси жертву! Принеси жертву! — завопили перепуганные кетты. — Лик Воды перестанет гневаться, разгладится, и тогда мы увидим твердую землю!
— Его гнев уже обрушился на нас, — сказал Эрних, — кто не верит, пусть попробует воду!
Дильс не раздумывая перегнулся через бревно, зачерпнул воду ладонью, отпил и тут же выплюнул в волны длинную струю. На лице его отразились недоумение и страх.
— Вода отравлена! — испуганно пробормотал он.
Все лица обернулись к нему. Дильс стоял на корме и ладонями ощупывал свой мускулистый живот и выпуклую грудь. Затем он вдруг схватил копье и несколько раз с силой ткнул наконечником в набегающую волну.
— Воин должен умереть в бою! Воин должен умереть в бою! — решительно и яростно выкрикивал он. Но волны никак не отвечали на его вызов. Они все так же катились по обеим сторонам плота, равномерно поднимая и опуская его. Вяг отступил на самый угол и, наверное, свалился бы в воду, если бы Бэрг не подскочил к нему и не удержал, вцепившись рукой в набедренную повязку.
— Бэрг, дай ему копье! — прокричал Дильс. — Пусть он убьет меня!
Кетты забеспокоились. Кое-кто поглядывал в сторону Эрниха и Гильда, ожидая, быть может, какого-нибудь чуда. Но Дильс уже перебежал на край плота и встал против пленника, выставив копье с кремневым наконечником.
— Развяжи ему ноги! — кричал он Бэргу. — Дай ему копье! Эрних, подай сигнал к началу схватки! Я сам стану вашей жертвой Лику Воды!
— Что делать, Гильд? — тихо прошептал Эрних.
— Остановить их, — сказал старик, глядя, как Бэрг острым краем кремня перетирает короткие, в полторы ладони путы на лодыжках пленника.
— Но как?
— Скажи Дильсу, что я дам ему противоядие!
— Дильс, остановись! — крикнул Эрних. — Мы пожертвуем Лику Воды рыбу, и он пошлет тебе противоядие! Ты не умрешь!
С этими словами он вонзил острогу в белый бок рыбы, выловленной Бэргом, поднял ее над головой и перебросил через плечо. Рыба упала в воду и скрылась в волнах. Гильд зачерпнул чашей гребень волны, поставил чашу на колено, отцепил от пояса мешочек из рыбьей кожи и, развязав его, всыпал в чашу щепотку желтой пыльцы. Затем он протянул чашу Эрниху. Тот подозвал Дильса повелительным жестом повернутой вверх ладонью руки, и могучий воин, переступая через жриц и женщин, расположившихся посреди плота, подошел к нему.
— На, — сказал Эрних, протягивая ему чашу, — пей!
Дильс покорно принял чашу из его рук, поднес к губам и сделал большой глоток.
— О! — воскликнул он. — Лик Воды пощадил меня!
— Лик Воды принял жертву! — строго сказал Эрних. — Пленник останется жить до тех пор, пока мы не доплывем до суши! А там его судьбу буду решать я! Пусти чашу по кругу!
Дильс передал чашу в руки ближайшей жрицы, та отпила и передала чашу дальше. Вяг следил за всем происходящим, переводя немигающий взгляд с одного лица на другое, и в его темно-синих глазах не было страха. Он сказал Гильду еще несколько слов, тот кивнул и передал Эрниху: «Вяг сказал, что он может поймать ветер. Пусть Бэрг и Янгор помогут ему!» Охотники, услышав свои имена, повернули головы, и Эрних объяснил им, что они должны во всем слушаться вяга. Янгор нахмурился, но подчинился, а Бэрг согласился даже с какой-то охотой и, подойдя к вягу, дружелюбно положил руку ему на плечо.
— Бэрг! — воскликнул он, кулаком ударяя себя в грудь.
— Сконн! — ответил вяг, коснувшись двумя пальцами лба и густой рыжей бороды под нижней губой.
По его знаку Бэрг взял из связки длинный прочный кол и под тупым углом вогнал его в расщелину между бревнами. Янгор пропустил два бревна и вогнал еще один кол. Выставив таким способом пять кольев, охотники раскатали полог и вздели его на верхушки, образовав изогнутую меховую полость, похожую на крыло летучей мыши. Ее тут же наполнил слабый, но настойчивый ветер, колья выпрямились и едва не вырвались из расщелин, и тогда вяг положил поверх шкуры длинную жердь и жилами привязал к ней верхушки кольев. Затем он взял две веревки, привязал их к концам жерди и, взяв один свободный конец в руку, протянул другой Бэргу. Теперь растянутым на кольях пологом можно было немного управлять, поворачивая его то в одну, то в другую сторону.
Гильд еще раз посмотрел на плавающую в чаше щепку, подождал, пока она замрет посреди глиняного круга, и опять перебросился с вягом несколькими фразами, где часто повторялись слова «Синг», «суша» и «айны». Затем они оба уселись перед чашей и, не обращая внимания на подозрительное и даже враждебное любопытство окружающего народа, стали встряхивать воду, вынимать и опускать в нее щепку, поглядывать на склоняющегося к выпуклой черте между небом и водой Синга и, привставая на пальцы, вглядываться в горизонт по ту сторону полога, растянутого на кольях. Свой конец веревки вяг передал Янгору, ухватившемуся за него двумя руками, словно боясь, что тот внезапно оживет, обовьется петлей вокруг шеи и придушит или утянет в воду.
