Фея (не) против любви

Гриня слушал молча, так как даже припомнить не мог, чтобы они что-то решали.

– Спасибо, девочки. Но это лишнее. От судьбы не уйдешь, свадьба уже оговорена. Да и как я полечу?

– Вот еще! – запричитали наяды, испуганно округлив глаза, будто это их насильно замуж выдают. – А Гриня нам на что?

И вот спустя четверть часа я оказалась на широкой спине перевоплотившегося дракона. А еще спустя час мы были далеко от Светлограда, рассекали облака, ныряли в воздушные потоки, чтобы поскорее добраться до столицы светлых эльфов.

В какой-то момент, а обледеневшая я, признаться, абсолютно потеряла счет времени, Гриня сбился с привычного ритма, пропустил мах, затем второй. И вот я держусь не за наросты на шее дракона, а за плечи щуплого паренька, вместе с которым мы уже не парим, а отправляемся в свободное падение.

Говорила мне бабушка, не летай Капе́люшка, пока крылышки не окрепнут. Не послушала глупая феечка бабушку…

– Крылья! – сквозь свист в ушах я еле расслышала крик друга и не сразу догадалась, что он имеет в виду.

Я же вцепилась в него мертвой хваткой клеща-кровососа, мешая обратиться снова в крылатого ящера. Нехотя ослабив захват, уговаривая себя лишь тем, что это наше единственное спасение, я увидела, как друг вырвался из моих цепких объятий, обрастая чешуей и увеличиваясь в размерах на глазах. Несколько секунд и огромный ящер взлетел ввысь, чтобы, заложив крутой вираж, броситься вниз стрелой за горе-феей.

Всего лишь жалкая сотня метров отделяла нас, когда мой друг наткнулся на невидимую преграду и клацнув когтистой лапой в воздухе так и не достиг меня. Зеленый дракон бился о мерцающий купол, не в силах добраться до меня и ревел от ярости. От его рыка уши заложило похлеще ветра. Но меня это уже слабо волновало. Даже если я смогу призвать свои крылышки, которыми ни разу еще не пользовалась по назначению, спасут ли они меня? Сомнительно.

Итак, она звалась Капе́ль…